Князь Беркутов-Туманный (СИ)

Показывать ей плавание с использованием всплеска мы были не готовы, так что по пути «туда» устроили что-то вроде мини-тренировки — работали на технику скольжения и длину гребка. Кувалда плавала намного лучше нас, тем не менее, подхватила наш почин и порядка сорока минут выкладывалась, как в последний раз. Отзеркалила наши действия и в точке поворота — несколько минут с большим удовольствием полежала на спине и полюбовалась белыми облаками. Не «просела» и на обратном пути — ныряла с нами наперегонки, на дальность и в глубину, играла в лапту, катала уставшую Полину и так далее. А после того, как мы доплыли до мелководья и встали на дно, очередной раз приоткрыла душу. По утверждению Дайны, из внутренней потребности:
  
— Здорово тут у вас — тихо, спокойно и абсолютно ненапряжно: вы видите во мне не состоятельную аристократку, не беспощадную Княгиню-дуэлянтку и не женщину, которую и можно, и нужно соблазнить, а интересную личность, а ваши подруги не боятся ни за вас, ни вашей непредсказуемости, ни меня, а просто наслаждаются времяпрепровождением в хорошей компании. Приятно, черт подери… А вот то, что на выходных не будет тренировок на автодроме, признаюсь, расстраивает: я подсела на это удовольствие и жажду как можно быстрее сдать Ирине Сергеевне переходной экзамен, чтобы дорваться до гоночной трассы!
— Изначально я планировал посвятить подготовке к гонке последнюю неделю марта, поэтому руководство «Старта» продало постоянным клиентам оба выходных дня… — вздохнул я и предложил ей альтернативу. — Но если вам так хочется погонять, то могу предложить попробовать себя в очень неплохом тренажере.
— А у вас есть и тренажеры? — удивилась она.
— Есть. И мы их нещадно эксплуатируем… — улыбнулась младшенькая, первой вышла на берег и добавила: — Но в половине десятого Игнат и Иришка улетят встречать Лизу, так что можете составить компанию мне и Полине…
— Составлю. С большим удовольствием! — пообещала Карамзина, тоже вышла из воды, вытерлась полотенцем, накинула халат и спросила, к которому часу подходить на завтрак.
— Как будете готовы… — хором ответили мы и утопали в дом…
Трапеза ничем особенным не запомнилась — гостья наслаждалась вкусом блюд, легким застольным трепом и возможностью быть самой собой, изредка шутила и пару раз уходила в свои мысли. После нее, по своему обыкновению, похвалила хозяек за уют и гостеприимство, а потом вместе со Светой и Полей ушла тренироваться. Ольга, остающаяся на хозяйстве, предложила подкинуть нас с Ирой до «Орлана», но мы предпочли прогуляться. Поэтому чмокнули ее в щечку и забежали в гардеробные за куртками, вышли из дому на обратную сторону холма и неспешно потопали по аллеям.
Пока добирались до квадрокоптера, болтали о всякой ерунде. А после того, как добрались до пилотской кабины и попадали в кресла, Дайна сочла необходимым еще раз поднять вопрос с предложением Карамзиной. Правда, в этот раз зашла с другой стороны:
— Скажи, а чего ты, собственно, маешься?
— То, что старушка-молодушка человек слова, не отрицают даже ее враги. То, что она не умеет предавать, зато за своих рвет глотки кому угодно — тоже. А о том, что нашей компании повезло заинтересовать ее в период очередной Великой Депрессии, я уже говорила. Вывод напрашивается сам собой: у нас есть великолепный шанс обзавестись надежной союзницей. Причем не на год-два, а на десятилетия. Ты же почему-то тупишь. Зря: в данный момент мы, увы, можем просить помощи только у Воронецких. А любое обращение к ним вгоняет нас в неоплатные долги не перед конкретными личностями, а перед всем Императорским родом, ибо власть имущие об оказанных услугах не забывают. С Карамзиной все иначе: она предложила вам помощь с раскачкой Дара, как Одаренная Одаренному. Более того, уже сделала несколько по-настоящему очень серьезных шагов навстречу по велению души. Далее, как мужчина, ты ей неинтересен — она спит только со своим телохранителем, раз в сто лет и без особого энтузиазма, ибо давным-давно «объелась» этим делом. Денег у нее завались, и она к ним абсолютно равнодушна. Зато за сильные положительные эмоции продаст душу. И последнее: с момента заселения в покои гостевого коттеджа она ни разу не пыталась сунуть нос куда не следует, хотя у нее в мобильном терминале имеется последняя версия программной оболочки для хакеров. Кстати, ее Карамзина использует только для защиты от лишних глаз и ушей. А в чужие тайны не лезет. В общем, на удивление цельная особа и… сама просится в стойло! Ну, и чего ты теряешься?
— Пока думаю… — хмуро буркнул я и сменил тему беседы на еще менее приятную — спросил, как дела у Максакова.
— Ты его сломал… — ответила она, поймала мой вопросительный взгляд и объяснила подробнее: — После исцеления он перестал убиваться в спортзале и сосредоточился на условно гуманных аспектах службы: проштудировал уставы, нашел пяток законных способов забивать на боевую и физическую подготовку, пользуется ими при любой возможности, рвется в наряды, так как в них не заставляют тренироваться, и, как я поняла, тупо ждет, пока закончится контракт.
— А информация о виновниках его травм до Максаковых не доходила?
— Неа: Витя перестраховался и организовал для родственника Пашеньки, командующего Саранским учебным центром, командировку сроком на четыре месяца. Особист не захотел разочаровывать Великого Князя, поэтому провел эти травмы, как результат падения с движущейся бронемашины. А сам Паша молчит и изображает бледную немощь.
— Плохо… — вздохнул я и тут же уточнил: — Но его прежние прибабахи были в разы хуже…
…Злобную мелочь встретили по уже опробованному алгоритму. Только телохранителя и горничную отправили не в Лукоморье, а в город. Дожидаться вечерней «Молнии». Потом дошли до «Орлана», поднялись в салон, и Лиза сменила режим, превратившись из чрезвычайно деловой юной аристократки в буйную и невероятно счастливую почемучку.
Первым делом спросила, почему на вокзал не прилетела Полинка, сочла мой ответ «Тренируется под началом наставницы» уважительной причиной и заявила, что страшно соскучилась по своей наставнице, ее ценным указаниям и тренировкам в нашей компании. Потом немного пострадала из-за того, что страшно отстала от подруги, уже освоившей четыре упражнения спецкурса по вождению, пообещала ее быстренько догнать и… посерьезнела:
— Мне ее не хватает. Несмотря на то, что учебные курсы, подкидываемые Татьяной Тимофеевной, съедают абсолютно все свободное время…
— Что за курсы? — полюбопытствовал я и удивился, узнав, что Ростопчина грузит злобную мелочь деловым этикетом, экономикой и финансами, военной администрацией и военной статистикой! И пусть курсы, если я правильно понял, были адаптированными под возраст Максаковой, сам факт заставил задуматься о векторе развития девочки, заданном дворцовыми наставниками. А потом Лиза поделилась «интересной новостью», и я вообще выпал в осадок:
— О том, что Виктор Михайлович отобрал для службы под своим началом первые пятьдесят человек и отправил их на одну из тренировочных заимок спецотдела, вы наверняка знаете. А о том, что четвертого или пятого апреля он, Татьяна Тимофеевна и я отправимся на эту самую заимку с инспекцией и проведем вместе с будущими подчиненными Великого Князя недели полторы-две, наверное, нет. И пусть за это время я в шестой ранг прорваться не успею — заимка находится в «семерке» — зато пройду курс молодого бойца и подтяну выносливость, вот!
Не успел я уложить в голове эту информацию, как ожил мой телефон и вывел на экран фотографию госпожи Искрицкой.
Я попросил Лизу помолчать, принял звонок, поздоровался с Валентиной Семеновной и спросил, чем могу быть полезен.
— Здравствуйте, Игнат Данилович… — поприветствовала меня она и сразу перешла к делу: — Хочу пригласить вас и Полину Сергеевну на празднование дня рождения нашего старшего сына: он родился двадцать восьмого, но в этом году двадцать восьмое приходится на среду, поэтому отмечать мы будем в субботу, тридцать первого. И мы очень надеемся на то, что неприятный осадок от происшествия на дне рождения Тихона не помешает вам порадовать своим приездом Егора…