Князь Беркутов-Туманный (СИ)

Выбираться из джакузи я категорически отказался, заявив, что мы и так тренируемся чуть ли не круглые сутки. Спорить с главой рода девчата сочли невместным, поэтому «просто-напросто» подняли клетку с тетеревами' на площадку и поставили метрах в четырех от бортика. Нормально расслабиться под их «жизнеутверждающие» крики можно было даже не мечтать, поэтому дамы ввинтились мне под руки и включили фантазию на полную катушку.
  
В этот раз начала Оля:
— Игнат, а давай в следующем рейде поищем место под второе «Гнездо»? Полинка взяла два ранга менее, чем за три недели за счет того, что прорывала аструмовую блокировку под магофоном, на шесть рангов выше ее восьмого, а у нас превышение всего в один!
— Оля права: убиваться ради прорыва в Князи пару-тройку месяцев — это извращение! — поддержала ее младшенькая, царапнула мой живот ноготками и добавила этому предложению «объема»: — А еще нам пора ставить «большую ловушку». Чтобы она добывала Искры Кошмаров так же, как моя «каменная». Кстати, о ловушках: я, кажется, поняла, как доработать защитный комплекс так, чтобы он лупил «ментальной составляющей» ледяного ада. Но создание такого артефакта я не потяну — не хватит уровня навыков и опыта. А папу он убьет. При первом же тестировании. А такая штука нужна, как воздух. Хотя бы для защиты Расщелины…
— Нужна — не то слово! — обрадованно воскликнул я, представив реакцию французов на такой сюрприз, от всей души чмокнул Свету в щечку и озвучил решение: — Завтра-послезавтра поохотимся на горностаев и попробуем добыть хотя бы пару оглушений, дабы Надя, Ульяна и Ксения Станиславовна помогли твоему отцу прокачать сопротивление к Разуму. И еще: сборку и тестирование этого артефакта надо будет проводить тебе. Само собой, в нашем присутствии, в каком-нибудь глухом углу родовых земель и через полноценный рейд, а то и через два-три: я не готов терять из-за ошибок в уровне воздействия ни Валерия Константиновича, ни тебя.
Она благодарно потерлась щекой о мою грудь и полюбопытствовала, сколько горностаев я планирую завалить.
— В этом рейде — штуки четыре… — честно ответил я. — А в дальнейшем — еще двенадцать-пятнадцать. Чтобы постепенно усилить ветеранов…
Тут мелкая отстранилась и «возмущенно» посмотрела на меня:
— Каких, к этой самой матери, двенадцать-пятнадцать, и каких, к ней же, ветеранов⁈ Глава Беркутовых-Туманных обязан ходить в ГОРНОСТАЕВОЙ МАНТИИ…
 Глава 25 
12 марта 2514 по ЕГК.
…На пристань Бехтеевых приземлились в понедельник в пять двадцать пять утра и сразу же вскрылись. К этому моменту бодрячки не обновляли часа два, если не больше, поэтому усталость не изображали, а чувствовали. Вот и вели себя перед камерами СКН естественнее некуда.
В этот раз СБ-шники отца Романа Андреевича шевелились заметно шустрее, чем в прошлый — уже через тридцать восемь секунд к нам подкатила машина ГБР, а на сорок пятой старший группы поднял Геннадия Романовича. Да и в гараж нас доставили очень быстро, пусть на подножках «Мастифа», зато с ветерком. И, оставив рядом с нашим разъездным «Эскортом», доставленным в это поместье и благополучно «забытым» вояками спецотдела, отъехали чуть в сторону.
Пока мы закидывали в багажное отделение рюкзаки, снимали куртки и доставали из сейфа электронику, спрятанную туда в день вылета в Пятно на «Стрекозах», в гараж принесся «наш» Воздушник. Затолкать гарнитуру в ухо я, увы, не успел, поэтому первые новости услышал не от Дайны, а от него. Само собой, после обмена приветствиями и «исчезновения» СБ-шников:
— Игнат Данилович, насколько я знаю, вы ушли в Пятно четвертого марта поздно вечером. Поэтому коротко перечислю все, что произошло за это время, и, если понадобится, отвечу на вопросы. Итак, седьмого числа в двадцать два ноль-ноль ко мне приехал этот «Эскорт», а минут через десять на задний двор приземлилось десять парашютистов, оказавшихся сотрудниками спецотдела.
Старший группы показал мне предписание генерала Ляпишева и ваше письмо, загрузил своих людей в один из катеров на воздушной подушке и ушел вниз по течению. Дальнейшие события опишу с чужих слов и предельно коротко, ибо за достоверность этой информации не ручаюсь: в начале девятого утра следующего дня к пристани форпоста «Дальний» подошли три аналогичных катера, но с эмблемами спецотдела, и выгрузили на настил двадцать два трупа. Через полчаса эти трупы были загружены в армейские вертушки и ушли на юго-восток. В районе шестнадцати часов того же дня военнослужащие первой ОБОН почти одновременно взяли штурмом городские и родовые поместья Артамоновых, Плахиных и Костолевских, упаковали в блокираторы магии глав родов, их наследников, командиров боевых дружин и кого-то там еще, затолкали в вертушки и увезли. А на следующий день в семь ноль-ноль по времени Новомосковска на официальной страничке спецотдела появились видеозаписи медикаментозных допросов, в которых вышеперечисленные лица признались в организации убийства вашей команды. Там же обнаружился и фотоотчет с места нападения на наш с вами катер на воздушной подушке двух боевых групп этих родов. Кто и как положил атакующих, откровенно говоря, не знаю — на фотографиях были их трупы и их изуродованные катера. Однако я уверен, что бой получился чрезвычайно сложным. Ибо позавчера днем мне пригнали совершенно новый КВП на замену пострадавшему, поблагодарили за содействие и настоятельно попросили забыть о том, что тот, первый, КВП, ушел в Пятно из нашего поместья…
Остальные новости он изложил в том же стиле, а после того, как иссяк, как обычно, пригласил на завтрак. Я отказался и в этот раз, заявив, что спешу, пожал протянутую руку, забрался за руль, завел двигатель и покатил к выезду из гаража. Машину «сканировал» на ходу. А после того, как закончил делать вид, что ищу жучки, набрал Куклу.
Она тоже отыграла свою роль — забыв о необходимости поздороваться, встревоженно спросила, как все прошло, безумно обрадовалась, услышав, что мы живы и здоровы, облегченно перевела дух и в инициативном порядке ответила на все незаданные вопросы:
— Слава богу! У нас тоже все в порядке. Если не считать того, что живем в осадном режиме, из-за чего Ксения Станиславовна принимает особо упертых пациентов прямо в поместье, а Полинка учится, не выходя из своих покоев. Но это мелочи — главное, что парни генерала Ляпишева проводят задержания за задержаниями, главы двух родов из Клана Добытчиков уже наговорили себе на пяток расстрелов, а остальные забились в самые глубокие подвалы и молят бога, чтобы пронесло.
— Не пронесет! — твердо сказал я, кинул взгляд на экран снова «ожившей» трубки и извинился: — Прости, Ириш, тебе придется немного поскучать: мне звонит государыня…
Воронецкая о вежестве не забыла. Но скомкала приветствие до предела и забросала меня вопросами:
— Игнат Данилович, вы и ваши подруги не пострадали?
— Нет, Людмила Евгеньевна.
— Точно-точно?
— Точно-точно.
— А боестолкновения были?
— Да. Пять.
— Пять?!!! С боевыми группами, состоящими из десяти высокоранговых Одаренных?!!!
— Да. Но они сражались в Страшном и Ужасном Пятне, а мы убивали. Тех, кто охотился не на зверье, а на людей…
— И…?
— И вынесли все пять групп плюс экипаж катера на воздушной подушке! — сообщил я и продолжил сводить ее с ума: — Кроме того, нашли возможность взять живым и вдумчиво допросить одного из горе-охотничков, отправленных по наши души… Как оказалось, не зря: услышанное взбесило. Причем так сильно, что я приложу все силы, чтобы получить разрешение на объявление межродовой войны Реутовым!
— Вас взбесило то, что этой группе было приказано изъять ваши Искры и доставить главе рода? — после небольшой паузы поинтересовалась она.