Феечка в драконьей академии (СИ)
— Да брось, Лей! — хохотнул Тарвин. — Я тоже по тебе соскучился, братишка! А это у нас кто? — И он прищурился, изучая меня.
— Моя невеста. Виана Лобелли.
Глава 14
Лей сказал это так быстро, что я и рта раскрыть не успела. Желудок скрутило в тугой комок, руки похолодели… Он официально представил меня своему герду! Музы, что же делать?! Как я теперь все объясню Деррику? И как теперь разорвать помолвку?! Для Лея это будет страшный позор!..
— Пресвятые музы… — сорвалось с губ.
— Вот это я понимаю: наша кровь! Уже несешь ее брачную ночь репетировать? — сально осклабился золотой герд.
— Тарвин, ну как тебе не стыдно?!
Из-за шкафа вышла фея с яркими лазурными волосами и огромным животом. Да она же вот-вот родит! Кто ж на таком сроке летает по академиям? И как только крылышки выдержали ее на пару с будущим драконенком…
— Я — Найла, жена этого грубияна. Приятно познакомиться, дорогая! — обратилась она ко мне. — И добро пожаловать в семью!
— Лей, поставь меня, — тихо взмолилась я, и золотой немедленного опустил меня на пол.
При виде брата со снохой у Лея явно отпало всякое желание миндальничать. Обо мне и говорить нечего: такого отчаяния я давненько не испытывала. Сообщить Лею, что я теперь с другим, само по себе нелегко. Сообщить об этом в присутствии его старшего брата — вдвое тяжелее. А расстроить беременную фею… Ложь наказуема, и расплата за нее настигает в самый неподходящий момент, — этот урок я усвою на всю жизнь.
— Ты не представляешь, как я рада, что нас теперь двое! — продолжала щебетать Найла, не замечая моего состояния.
— Глядя на тебя, я начинаю думать, что вас как минимум трое, — хмуро отозвался Лей.
— Я не об этом! — лазурная скорчила ему рожицу, а потом схватила меня за руку. — Если бы ты знала, как я устала быть единственной феей в этом Аурвире!!! Лобелли… Подожди, ты ведь из тех самых Лобелли? Твоя матушка строила розовое крыло храма муз?
— Почти. Это была моя бабушка. Простите, но мне бы быстренько переговорить с Леем… — я аккуратно высвободила ладонь из пальчиков Найлы, пока она не вывихнула мне руку по новой. — Наедине. Дело в том, что вышло недоразу…
— Да ну его! Наболтаетесь еще! — перебила неугомонная женушка Тарвина. — Рассказывай скорей, что у вас там в академии? Я настолько выпала из фейского мира…
— Ничего особенного, — я скосила взгляд на Лея, всем своим видом пытаясь просигналить ему, что у меня к нему срочное дело. Какое там! Он копошился в комоде, бросив меня на произвол судьбы. Точнее — на растерзание беременной фее. Видно, искал ведьмину мазь. Ну, или таким странным способом пытался избежать разговора с родней.
— А Талея? — Найла впилась в меня, как изголодавшаяся пиявка. — Она до сих пор ректоресса? А та наша преподавательница по скульптуре? Старенькая… Она жива еще? Как же ее…
— Да. Да. Олия Ортензи, — едва успевала отвечать на шквал вопросов. — Она на удивление бодрячком. Почти ничего не слышит, видит только левым глазом, но продолжает летать туда-сюда, собирая все углы. При этом ее любимая фраза по-прежнему…
— Я с вас глаз не спущу! — лазурная рассмеялась. — Музы, как же я по всему этому соскучилась…
И тут она вдруг ни с того, ни с сего кинулась меня обнимать. Мало того, что я этого вообще не ожидала и слегка испугалась, так она еще и сдавила мое многострадальное плечо. А кто бы на моем месте не взвизгнул от боли и неожиданности? Нормальная адекватная реакция…
Но вот Найле так не показалось. Она отшатнулась, побледнела, схватилась за живот, и на лбу ее выступила испарина.
— О-о-о… — гортанно протянула она. — Ой-ой-ой…
— Огненный владыка, что ты наделала?! — накинулся на меня обезумевший Тарвин Гульдброк. — Ей же до родов еще две недели! Если что-то случится с моим ребенком…
— Отстань от Вианы! — подал, наконец, голос Лейгард. — У нее повреждено плечо! И никто не виноват, что твоей жене приспичило ее потискать!
— А ты на меня голос не повышай! — взревел герд.
— Катись обратно в пекло! Тебя сюда никто не звал! — не уступал его братец.
— Да как ты смеешь?! Я — твой герд! А ну склонил голову!
— А что, если я твой будущий король? А? — Лей с вызовом выпятил грудь. — Вот сам и склони!
— Что-о-о?!..
Я будто сходила с ума. Попала в какой-то эпицентр безумия. Вот тяжело дышит фея, внутри которой необъятных размеров драконье дитя, а вот и его папаша с дядюшкой. Стоят друг перед другом, как два петуха, и соревнуются, кто кого переорет. Сказка! Неудивительно, что Найле так хотелось, чтобы я составила ей компанию, — в кругу эдаких мужланов кто угодно рехнется.
А ведь Лей казался мне таким умным, воспитанным… Почти интеллигентным! Но ровно до того момента, как на горизонте появился его старший брат.
— Мальчики! — еле слышно простонала Найла, но кроме меня до нее уже никому не было дела: Тарвин и Лей сцепились намертво.
И хотя я никогда не планировала становиться повитухой, другого выбора у меня не осталось. Под громкие споры двух братьев о том, кто из них должен склонить голову, а кто — нет, я уложила лазурную на кровать Лей.
— У тебя схватки? — поправила ей подушку. — Я могу сбегать за лекарем…
— Ни в коем случае! — Найла вцепилась в покрывало. — У драконов такая медицина… Я лучше еще пару месяцев беременной прохожу, чем дам им к себе прикоснуться!
Она зажмурилась и резко выдохнула. Бедная феечка! Ее выгибало дугой, и мне страшно было даже представить, каково ей сейчас. Ох и зря я поторопилась принимать предложение Деррика! Брак ведь подразумевает детишек, а я через такое проходить не готова. То есть я и раньше подозревала, что роды — это не катание на карусели под веселую музыку, но увидеть все своими глазами… Мой мир уже никогда не будет прежним!
— Это не роды, — заверила меня жена Тарвина. — Просто… — она осеклась, стиснув зубы, и неудивительно: ее живот ходил ходуном, словно внутри у феечки шевельнулся не младенец, а некто пострашнее. — Просто когда я нервничаю… Или пугаюсь… Малыш тоже начинает волноваться. Ворочается так сильно… — тут несчастная феечка жалобно пискнула. — Иногда мне кажется, что он танцует на моих органах!
Выходит, я и правда во всем виновата? Слишком громко вскрикнула, когда Найла задела мое плечо, и невольно разбудила драконьего наследника? Нет, хорошо, конечно, что маленький ящер не появится на свет прямо сейчас, — вряд ли я бы пережила это зрелище, — но мысль о том, что лазурная страдает из-за меня, была невыносимой. Надо как-то ее успокоить… Срочно…
Рука сама потянулась к кисти: я носила ее за пазухой, потому что в драконьей академии предосторожность излишней не бывает. К тому же, магия иллюзии действует безотказно. Найла соскучилась по Тайфо? Что ж, будет ей Тайфо, воля беременных — закон.
Я воспроизводила все, что приходило на ум: сиреневые стены нашего общежития, цветы, бабочек, мольберты, очаровательные полупрозрачные занавески с рюшками, которые так мило колышутся от дуновения ветерка. Ах, да, и старушка Олия Ортензи, как же без нашего любимого профессора? Светло-голубые седеющие волосы, уложенные караваем, старомодное кружевное жабо, стоптанные туфельки, чуть вывернутые наружу…
Творчество поглотило меня с головой. Я так увлеклась, что не сразу заметила, как стихла драконья склока, и с каким изумлением Тарвин и Лей озираются по сторонам, разглядывая несуществующие вазы с цветами и полки с красками. Лейгард даже попытался взять одну из них, но его пальцы ухватились за пустоту.
Однако мое внимание было приковано к Найле, — из всех присутствующих только она могла разродиться на нервной почве. К счастью, кризис миновал. Во всяком случае, лазурная уже не извивалась от боли, бешеные скачки в ее животе утихли, а на лице, покрытом крупными бисеринами пота, проступило облегчение.
— Профессор Ортензи… — с улыбкой прошептала Найла. — Как живая!.. Ты можешь не стирать ее какое-то время? Мне стало так хорошо… У тебя талант, Виана, уникальный талант!