Принц, принцесса и странница (СИ)

— Ой, а мы где? — растерялась Оца.
— Вернись, вернись, — непонятно взывал в нескольких шагах от них Глиск, а через мгновение упал навзничь. Из его спины торчал оперенный хвост стрелы.
— Юль-ля! — взвизгнула Оца, и в тот же миг вторая стрела нашла шею Шеттака. Он рухнул на пол, в последний раз взмахнув руками — но уже напрасно.
— Ну, и где их хвалёная магия? — послышался со стороны входа незнакомый мужской голос.
Четыре молодых человека, желтоволосых ависа, натягивали тетиву луков, выпуская стрелы и добивая колдунов. Что-то знакомое в лицах и фигурах парней привлекло Юлино внимание.
Четверо. Как тех статуй у входа.
Стрела за стрелой вонзались в тела магиргов, не достигая только Мёрта.
Сила безумца вытянулась вокруг него абсолютным непробиваемым щитом. Но он ничего не замечал. Он развлекался, играясь со своими ногами и руками, словно младенец, впервые обнаруживший, что они у него есть.
Широко распахнув глаза и закрыв рот ладошкой, Юля смотрела на пришельцев.
Что же она натворила, взяв этот дурацкий Чёрный Шар, если тут даже статуи стали оживать? Или они ожили, когда шар разбился?
Ависы подошли к мёртвым колдунам, один из них поддел ногой Шеттака.
— Чисто, ребята, — хмыкнул он. — Колдуны-то колдуны, а против честной стрелы ничего поделать не успели.
— А это что за ненормальный? — поинтересовался второй из пришельцев, кивая на обсасывающего кулак Мёрта.
— А этот смог, — с уважением протянул первый. — Вот силища, да, ребята? Наверно, сама Айтл ему в подметки не годится.
— А он вообще заметил нас? — поинтересовался третий.
— Мама! — крикнул четвертый.
Лея приблизилась к парням, и тут же стало ясно, что, по крайней мере, двое из четверых похожи на нее лицами.
— Помнится, я оставляли своих сыновей совсем ещё детьми, — недоверчиво сказала она, разглядывая их.
— Мама, с тех пор прошло лет четырнадцать, — со смехом сказал четвертый, самый младший.
— Пятьсот, если быть точнее.
Пятеро ависов обернулись на незнакомый голос. Четверо парней ощетинились стрелами.
— А что? — смутилась высокая темноволосая девушка, возникшая на пороге. — Я в курсе, что Чёрный Шар для меня вреден, но ощутила, что его больше нет, и вошла.
— Армида! — закричала Юля. — Я здесь!
— О, Юленька, какое счастье! — воскликнула колдунья и тут же вскинула руки для магической атаки, обнаружив в зале Мёрта. — Великая Валлея! Магирг!
— Да он, похоже, неуязвим, — сказал ей один из парней. — Но вроде как безобиден. Он на нас вообще не реагирует.
Армида опустила руки, внимательнее присмотрелась к катающемуся на спине и агукающему Мёрту, мазнула взглядом по осколкам Чёрного Шара и вдруг рассмеялась.
— Так вот оно что! Сбылось пророчество-то. Про жизнь, которую невозможно собрать по кусочкам… как и сам Чёрный Шар. Вот о чём это было, вот о чём предупреждал Адинсул. Что ж, туда этому злодею и дорога. Смотрю, больше плохих колдунов не осталось? Лум, Алёнка, ребята, бегом сюда, Юля в порядке!
В главном зале замка сделалось заметно многолюднее. Армида торопливо объясняла вновь прибывшим, что опасности больше нет.
Юля восторженно смотрела, сколько народу пришло её спасать. Тут были все, кого она знала, и даже мауры, в одном из которых она узнала Ксена, соплеменника Кри-Кри. Неопознанным остался только грустный ншун, не отходивший от Алёны ни на шаг.
— Юлька! Ура, я нашла тебя! Это гадкие колдуны ничего тебе не сделали? — Алёна обняла сестру с намерением больше никогда её не оставлять.
— Не-а, не сделали. Порезали ручку только, но это ничего. А вот Оцу они заколдовали. Но теперь она расколдовалась. Всё хорошо, Алён, не плачь.
Алёна честно старалась не плакать, но как тут сдержаться? Она обняла и новую пушистую знакомую Юли, радуясь, что каким-то чудом сестрёнка успела подружиться и с кем-то из ншунов, и это уберегло её от опасного воздействия Чёрного Шара. Оца смущалась и, как только её отпустили, отбежала в сторону, пугливо посматривая на взрослых. Она удивлялась, сколько их пришло в замок, и всем непременно хотелось прижать к себе её подружку-тани и сказать ей что-нибудь хорошее: и высокой девушке, которая зашла первой и лицом походила на Юлю, и дяде с суровым лицом воина, швилю и даже мауру с серебристой шерсткой. Разве что только сородич Непоседы, в котором она признала Цатура из свиты восьмерика Цакры, жался на входе в зал, да несколько мауров улыбались чуть в стороне.
 
— Кто вы? — Лея с подозрением оглядела разношерстную команду спасателей.
— Ой, простите, я не представилась, — спохватилась темноволосая. — Я Армида, полумагирг-полутани. Пришла сюда за этой милой малышкой. А кто ты, я кажется, догадываюсь…
— Леэя Вианора, Владычица ависов, — не дожидаясь догадок, представилась ависа, разглядывая пришельцев.
— Да-да, — смущенная, Армида оглянулась почему-то на Лума. — Хотя, это как посмотреть…
— Куда посмотреть? — посуровела Леэя. — Ты ставишь под сомнения мои слова?
— Ничего я не ставлю. Лум, может, ты скажешь? Это же ты один из Восьмерки Валлеи.
— Ложь! — немедленно заявила Вианора. — Этот странный человек, больше похожий на тани или магирга, не был частью Восьмерки!
Лум прочистил горло, одарив Армиду уничтожающим взглядом.
* * *
Забытая Владычица ависов и наследница новой династии смотрели друг на друга с нескрываемым интересом и напряжением.
— Значит, теперь ависами будет править эта девочка, — после некоторого молчания спросила Леэя.
Её сыновья недовольно засопели, но ничего не сказали.
— Мой брат, — уточнила Алёна. — Когда мы его освободим от Колдуна. Девочка ничего не значит для династии Авелонгов.
— Какие глупости, — поморщилась Леэя. — Это что за новшества придумали эти твои Авелонги? Недаром у вас колдуны троны захватывают, раз правящая династия нарушает исконные традиции Валлеи. У Вианоров в роду правил достойнейший, без скидки на старшинство и пол. Я помню, был у нас в Совете Восьмерых такой Авелон, северный авис. Значит, после того, как ушли мои сыновья, престол занял этот прохвост?
— Прости нас, мама, — вмешался старший сын, Гемелл. — Мы так хотели вернуть тебя, что совсем не подумали, что будет с престолом.
— Что будет с… — младший, Валент, побледнел. — Но после меня оставался наследник. Моя жена ждала птенца.
— Твоя жена умерла, узнав, что ты сгинул, — сказал Лум. — После этого остро встал вопрос, кто будет правителем. На поиски Вианоров выслали несколько отрядов. Только один из них вернулся ни с чем, сообщив, что лес непроходим и охраняется магией. Ависы решили, что хотят видеть правителем Авелона, который уже успел зарекомендовать себя как хороший регент.
— Ясно, — подвела итог Леэя. — Вианоры теперь забыты и не при деле.
— Почему же! — воскликнула Алёна. Ей показалось, что вот оно, она нашла выход, благодаря которому Алёшка больше не будет нужен Гельсэру, и брат возвратится к ней. — Ты — настоящая Владычица ависов. Вы вернетесь, и всё будет как прежде. Ведь это же будет здорово! Форитэль даром не нужна вся эта власть, мне и Алёшке — тоже. А если вы вернетесь, то этот вредный колдун прекратит мучить моего брата, и Алё опять будет с нами!
— Спасибо тебе, принцесса, — улыбнулась Вианора. — Но пусть будет так, как должно быть. Ты и твой брат — наследники Беладора, последнего Владыки ависов. Сама Валлея признала вас. Значит, так тому и быть.
— Я не знаю, признала ли нас Валлея, — возразила Алёна. — Алёшка сейчас у Гельсэра, он заколдован. Его ещё спасти надо. И я пока не придумала, как. Тут как раз Юлю похитили эти злыдни, и пришлось первым делом спасать её.
— А Великая Волшебница? — спросила Вианора. — Айтл достаточно могущественна, чтобы одолеть Гельсэра.
— Лум же рассказывал — Айтл осталась там, у Диамы! — напомнила Алёна. — Гельсэр её то ли ранил, то ли вообще убил!
— Вот уж во что не поверю, — усмехнулась Леэя. — Убить Великую Волшебницу? Мне всегда казалось, что это невозможно.