Мечты о нас

– Как дела с Дрю? – Голос Кайла звучит небрежно, он занят разглядыванием зада официантки. – Мне очень жаль, что с тобой произошел несчастный случай. Хотя, вероятно, к лучшему для Дрю. Я помню, как ты отказалась от повторения нашего свидания из-за этих правил НФЛ. Для тебя они были важнее, чем я.
Взгляд Кайла, как в замедленной съемке, отрывается от зада официантки, которая отошла к другому столику. Называть наш перепихон на заднем сиденье машины «свиданием» – это слишком.
  
– Впечатлена, что ты это помнишь.
За один раз запихиваю весь салат в рот. Не переставая жевать, продолжаю:
– С того вечера и до сегодняшнего дня, наверное, не меньше сотни девушек прошло через тебя. Ах да, еще Пенни.
– Ты даже не представляешь, как отталкивающе выглядит женщина, которая таким образом поглощает свою еду, – не удерживается он. – Напомни в следующий раз пригласить тебя в забегаловку. Тебе больше подходит.
В отличие от него я сомневаюсь, будет ли следующий раз.
– Может, пойдешь с другой? – нарочито широко улыбаюсь.
– Попридержи свои когти. К концу ужина ты будешь благодарна, если я соизволю пригласить тебя еще раз.
Он пялится на зад следующей официантки. По моему мнению, у него серьезная проблема, которую нужно лечить. И которая далека от шутливой игры с помпонами Дрю.
– Разве не ясно, что я презираю тебя за то, что ты сделал с Пенни?
– Сделал? – смеется он. – Ты на самом деле думаешь, она не знала, на что шла? Она почему-то не жаловалась, когда я приглашал ее в ресторан или платил за новую сумочку. Она знала про каждую, с кем я развлекался. И я знал, что она со мной только из-за денег и моего имени. Можно обвинять нас во многом, но не в том, что мы обманывали друг друга.
– Ты ей очень нравился.
– Конечно. Ей нравились деньги, секс и, возможно, видение нас вместе. Лично я был ей безразличен.
Он так уверенно и твердо говорит, что я ему верю. По крайней мере, это часть правды. Кайл рассматривает свой нетронутый салат и отодвигает тарелку.
– Забей. В конце концов, важен результат, а не каким путем он получен.
Салатные тарелки сменяются композицией с розовым кусочком мяса в середине. Я даже не удивлена тем, что Кайл не знает о моем вегетарианстве.
Я желаю ему приятного аппетита, складываю руки на коленях и рассматриваю ресторан. Мне нравится, что гости сидят за столиками, склонив головы друг к другу. Они общаются, а не пялятся в смартфоны. Хотя, разумеется, можно вести весьма интимные разговоры с помощью телефона.
– Расскажешь, наконец, чего ты от меня хочешь? – по дороге к машине спрашиваю я.
Я рада, что мы покинули ресторан.
– У меня простой вопрос, – начинает он легкомысленно. – Деньги или любовь?
– Что?! – Я не уверена, что правильно расслышала его слова.
Кайл так любезен, что открывает дверцу с пассажирской стороны.
– Только не говори, что ты платишь мне за то, чтобы я изобразила твою подругу? – первое, что приходит мне на ум.
Кайл смеется, когда закрывает дверь. Он продолжает смеяться, когда садится на водительское место.
– Платить тебе, чтобы ты изобразила мою подругу? Мило с твоей стороны, Саммерс. Разве что я был бы таким фриком, который не может найти себе девушку. Не беспокойся. У меня достаточный выбор среди более доступных девушек. Для тебя у меня особое поручение.
– Поручение?
– Да. Кое-что для меня можешь выполнить только ты. И, скажем так… плата вполне покроет твое обучение.
Он все еще улыбается, но я начинаю сомневаться в его разуме.
Совершенно без понятия, что я должна сделать и почему такая высокая оплата. И откуда у него столько денег.
– Сегодня ты получишь малую часть денег. Как предоплату. Остальное – при хорошем поведении, – продолжает он и склоняется ко мне.
Непроизвольно я прижимаюсь к дверце, чтобы хоть как-то отдалиться. Кайл самодовольно ухмыляется и тянется к бардачку. Я растерянно разглядываю коричневый конверт, который он протягивает мне.
– Деньги.
Он вынимает пачку купюр из конверта и кладет мне на колени.
– Тысяча долларов за ужин и еще пять тысяч для дополнительной мотивации. И поручение.
Теперь он достает из конверта прозрачный пакетик с белыми таблетками.
– Анаболики. Осторожнее с ними.
Кайл подмигивает и пакетик исчезает в конверте.
– Секундочку. – Я хватаю деньги и пытаюсь всучить их обратно Кайлу, но он предусмотрительно убирает руку.
– Ты на полном серьезе хочешь сделать то, что я думаю?
– Я хочу, чтобы ты взяла деньги и взамен оказала мне маленькую любезность. Не обязательно подмешивать таблетки в еду. Мне достаточно, чтобы их нашли у Дрю и таким образом подмочили ему репутацию.
– Ты хочешь, чтобы я подложила наркотики своему парню? А если его обвинят в дилерстве? – неверяще спрашиваю я.
– Учитывая драконовские приговоры для наркодилеров, это было бы не очень удачно. Говорю же, будь осторожнее. Я сначала думал прикупить кокаин, но жизнь за решеткой кажется слишком обременительной. – У Кайла слова выходят запросто, как будто он говорит о планировании отпуска, а не о том, как сломать жизнь другому. – Или тебе отношения с Дрю намного важнее, чем твоя семья? Ни врачебной практики, ни дома, ни учебы. Вы все потеряете. Я же могу тебе помочь. Мое будущее важно для моего отца. До такой степени, что он готов оплатить учебу тебе и Бо. Возможно, даже помочь с работой твоему отцу. Ну как? Взамен ты оказываешь эту маленькую любезность. Позаботься о том, чтобы содержимое пакетика случайно оказалось в спортивной сумке Дрю. И ничего более.
– Ты сошел с ума.
– Скорее впал в отчаяние, но не сошел с ума. Дрю с командой завтра выезжают на игру. Ты остаешься в Фэйр-Хэвен, довольно далеко, когда будут проверять сумку Дрю. Я знаю, о чем ты думаешь. Даю тебе ночь, чтобы подумать. Насколько Дрю тебе важнее, чем твоя семья? Ты хорошенькая, ты найдешь себе нового друга в два счета. По крайней мере, пока определенные люди не сделали с твоим личиком то, что ты сделала со своей шейкой. Плохие люди творят плохие дела, поверь мне.
– Не смей мне говорить такого. Я не собираюсь ломать будущее Дрю для того, чтобы…
– Спасти будущее Бо? Неужели он заслужил потерять место в колледже и оказаться на улице? Если ты не хочешь помочь мне, то помоги хотя бы Бо. И отцу. Они и так много пережили. Не думаешь? Я слышал, эта коллекторская контора применяет очень жесткие методы. Ты на самом деле думаешь, что твой отец просто так упал с трибуны? Чем-чем, но наивностью ты не отличалась. Надеюсь, мы друг друга поняли. – Кайл заводит двигатель. – У моего отца несколько влиятельных друзей в этом городе. В том числе собственников недвижимости, которые могут повысить или понизить аренду. Я имею в виду аренду недвижимости, годной для врачебной практики. Так что выбирай, Саммерс.
Ошеломленная словами Кайла, я собираю деньги в конверт и кладу на приборную панель. Деньги или любовь? Какой-то извращенный вопрос. Вообще он должен звучать – деньги или здоровье. Я видела, что сделали Уилсон и Миллер с отцом. И не хочу продолжения. Или с Бо. Кто знает, как далеко они могут зайти? Как я буду жить со своей совестью дальше, если позволю такому случиться?
– Почему ты так уверен, что я никому не расскажу об этом разговоре? Или о том, что ты в бардачке держишь наркотики? – собрав все свое мужество, спрашиваю я.
Кайл за последние месяцы настолько подпортил свой имидж, что нетрудно будет найти человека, который бы мне поверил.
– Эх, Саммерс, – вздыхает он без нотки сожаления. – Ну расскажешь – и что случится? Ты потеряешь шанс оплатить учебу. Конечно, твой папочка будет гордиться тем, какую честную девочку он вырастил. И можно будет порадоваться, но без крыши над головой и с отцом в больнице с переломанными костями. Если ты кому-нибудь расскажешь, то мой отец потеряет мотивацию вам помогать. У него влиятельные друзья, не забывай об этом.
  
Каким-то образом слова Кайла задевают меня. Внутри возникает тошнотворное чувство, которое трудно подавить. Кайл прав – в этом городе все знают его семью. Его отец и дед приехали в Сент-Клэр, были известными футболистами и щедрыми меценатами. Правда, до этого я думала, что их великодушие распространяется на социальные проекты. Видимо, мы для них и есть социальный проект – усердный вдовец с дочерью, покалечившей саму себя. Верю ли я намерениям людей в черном в отношении отца? Определенно.