Мечты о нас

– Дрю, – бросает Бо. – Глухого квотербека вообще-то зовут Дрю.
– Я знаю, как его зовут. Предполагаю, что известное имя – единственный аргумент в его защиту.
– Успокойся, – прошу я. – За кем ты повторяешь? За Кайлом? Или за своим отцом? С каких пор ты начала дискриминировать людей?
Пенни прикусывает нижнюю губу и опускает взгляд. Все понятно – кое-кто из ее окружения не может смириться с Дрю.
  
– Ты думаешь, что настолько все изменится? – Я стараюсь, чтобы голос звучал примирительно. – Табличку с расписанной стратегией игры можно держать на виду все время. И использовать уже знакомые жесты, которые так и так применяются, когда из-за шума на стадионе ничего не слышно. Подумаешь, надо выучить еще парочку знаков.
С одной стороны, я понимаю нетерпимость Кайла, но с другой стороны, совершенно не принимаю выбор слов Пенни. Я еще не видела ее такой возмущенной, обычно из нас двоих она намного сдержаннее.
– Это не отменяет факта, что они думают выпустить его на игру. Как будто нам нужен третьесортный квотербек из Алабамы. И не вина Кайла, что прошлый сезон оказался таким плохим, – пренебрежительно фыркает Пенни. – И вообще, на чьей ты стороне?
Она упирается руками в стол и так вызывающе смотрит на меня, что я невольно задаюсь вопросом: куда этот хищник дел милого олененка?
– Надо выбирать сторону? – говорит Хэйли. – Которая из них раздает шоколадки? Непотопляемый аргумент.
– Речь не о шоколадке! – поучительно начинает Пенни. Указательный палец бессознательно царапает столешницу, видимо, Пенни стоит немало усилий сдержаться. – Речь о будущем в НФЛ. Почти двадцать миллионов долларов за сезон. Разве ты откажешься от того, за что так упорно боролся? Кайл из футбольной династии. Его отец и его дедушка были одаренными футболистами. Будет очень обидно, если он… – Она захлебывается и начинает беспомощно хлопать ресницами. – Как ты будешь себя чувствовать, если на твое место приводят другого, да еще ждут, что ты с удовольствием оставишь ему команду? – успокоившись, говорит она.
– На двадцать миллионов долларов можно много шоколадок купить, – лениво соглашается Бо.
Пенни испепеляет его взглядом, но Бо в ответ лишь скучающе пожимает плечами.
– Уж ты-то должен знать, чем парни готовы пожертвовать ради своей карьеры, – шипит она в его сторону. – Никто не сдается без боя!
Бо открывает рот, но, подумав, решает не отвечать. Меня раздражает больше, чем следовало бы, когда Пенни бросает камешки в огород Бо. Мой брат совсем не заслуживает этого.
– Перестань. Нет никаких сторон, – уверяю я и энергично набираю спагетти в соусе песто на вилку. – «Барсуки» одна команда. Единая команда.
– Да неужели, Джули. – Пенни критично разглядывает, как я отправляю лапшу в рот. – Ты действительно думаешь, что нужно реструктуризировать команду и приглашать еще одного квотербека для того, чтобы он следующий год просидел на скамейке? Очнись! Шансы быть отвергнутым возрастают, если не выходишь на поле! Кайл имеет полное право беспокоиться.
– И разумеется, он имеет полное право быть утешенным тобой, – услужливо добавляет Хэйли.
Сегодня она вместо вязания вытаскивает из рюкзака альбом для рисования и кучу карандашей.
Мне нечего добавить. Мне вообще все равно, кто на поле, кто на скамейке запасных. Тренеры решат, как будет лучше для команды. То, что Пенни относится к этому по-другому, я понять могу, но… От меня-то чего она хочет? Тем более она знает, что я Кайла не выношу. Мое мнение, что он ей не подходит, подтверждают ее последние слова.
– Как так вышло, что именно ты показывала новенькому кампус? – резко спрашивает она.
– Потому что папа попросил меня. Эта экскурсия не имеет никакого значения, как и дурацкое видео. Это всего лишь шутка, которая вышла из-под контроля.
– Знаю. И тебя знаю. Обычное состояние «Джули в отрыве». Я только хочу, чтобы ты оставалась верной себе. Скоро наше первенство. Не вздумай отвлекаться.
– Что за видео? – спрашивает Хэйли, оторвавшись от рисунка, но никто не отвечает.
Я не собираюсь ничего рассказывать. И так слишком много известно о моей танцевальной программе.
Пенни хватает стакан и теперь постукивает ногтем по нему. Некоторое время слышится только тихое звяканье по стеклу.
– Ты же не будешь с ним из жалости встречаться? Ну, он же глухой. Он даже не в твоем вкусе. Тем более все знают, спортсменов ты не жалуешь, а уж на футболистов полное табу для будущей чирлидерши НФЛ. Я понимаю, Кайл тебе не нравится, но хотя бы из солидарности я могу тебе доверять?
– Ты что, перестанешь с ней дружить, если она переспит с новичком? – снисходительно ухмыляется Хэйли.
Она и понятия не имеет, насколько наши мысли совпадают.
Каким образом мои отношения с Дрю касаются нашей дружбы с Пенни? Почему я в противостоянии Кайла и Дрю обязана поддерживать сторону Кайла? Только чтобы не ранить чувства Пенни? Смешнее не придумаешь.
– Минутку! – Я успеваю предупреждающе поднять руки, прежде чем Пенни начнет протестовать. – Весь наш разговор – сплошной абсурд. Я не сплю с Дрю. А если и пересплю, то только для моего собственного удовольствия. И случится это вне зависимости от решения тренеров сделать его стартовым квотербеком, или от нашей дружбы, и уже тем более от его глухоты. Да что с тобой, почему ты прицепилась к этому?
– Она только что сказала «для собственного удовольствия»? – мурлычет Хэйли и с ухмылочкой рисует в альбоме сердечки. – Значит, ты не отрицаешь, что тебе было бы в удовольствие.
– Определенно! – подтверждает Пенни, раздраженно раздувая ноздри.
– Да, мы можем представить, что Кайл не только на игровом поле полностью выкладывается. Он также широко известен своими способностями блистать на выездных матчах, – вкрадчиво продолжает Хэйли, не отрываясь от альбома.
Сердечки дополняются женским силуэтом, завернутым простыней. В этот раз убийственный взгляд достается Хэйли.
– Не разносила бы ты эти слухи, – рычит Пенни.
Я не успеваю среагировать, как она встает и целует меня в щеку.
– Я просто хочу, чтобы ты не наделала глупостей. И встречаться с Дрю было бы неосторожно. Увидимся на тренировке. И не ешь много углеводов.
Коротким кивком она прощается и уходит. Она опять ничего не поела.
Мы знакомы достаточно долго, поэтому я знаю, что она всегда отказывается от еды, когда нервничает. Сейчас, видимо, стресс связан с будущим Кайла.
– Если бы это были только слухи… Кайл контролирует свой член, как синоптик погоду, – говорит Хэйли, продолжая чиркать в альбоме.
Через некоторое время она выныривает из своего мира.
– Хочешь, я провожу тебя на тренировку? У меня есть время. – Она обеспокоенно смотрит на меня и добавляет: – Странный разговор получился, как будто она бросит тебя, если ты еще раз встретишься с Дрю. И не только в переносном смысле.
Подозрения Хэйли звучат абсурдно. Пенни не бросит меня. Потому что я не собираюсь больше танцевать для Дрю. Потому что мы дружим много лет. И наконец, потому, что Пенни тоже флайер, и у нее нет возможности меня бросить.
В назначенное время я стою у главного входа стадиона. Если подумать, то худшего места для разговора наедине сложно найти. Каждые две секунды мимо проходит кто-то из игроков и приветствует меня. С некоторыми я познакомилась на вечеринках, какие-то были пациентами отца, но все равно я не могу запомнить имена всех пятидесяти с чем-то активных игроков нашей команды.
Но, по крайней мере, могу быстро выловить Ортегу у двери.
– Ортега, постой! – Надо игнорировать его раздраженный взгляд. – Можем мы поговорить про вчера?
  
– О твоем сексуальном выступлении? – двусмысленно поднимает он одну бровь.
– Нет. И даже не о том, на кого я подам в суд за съемку и распространение видео. Лучше не нарывайтесь, – предупреждаю я. – Я не позволю, чтобы подобные видео всплыли в Сети. Поэтому, если видео появится в блоге кампуса, вам лучше немедленно удалить его, пока мне не стало совсем невтерпеж. Но вы можете оказать мне услугу, чтобы загладить свою вину. Тогда, возможно, я воздержусь от подачи в суд за съемку без разрешения.