Попаданка в разводе. С детьми (СИ)

– Меня больше интересует то, что делают местные мастера, – ответила я, – я недавно здесь, хочется, наоборот, получше с местным производством познакомиться.
– Ох, тут я вам не очень помогу. Мой муж делает хорошие оправы или крепеж для брошей, но ничего необычного мы здесь не продаем. Оно не пользуется спросом. Всем подавай что-то новенькое и необычное, – вздохнула женщина.
Я обрадовалась, нащупав общие темы.
– Мне вас само провидение послало! – улыбнулась я. – Я планирую продавать кружевные изделия, секрет производства которых я привезла издалека. Очень хотелось использовать кружевные розы в качестве брошей, но я никак не могла придумать, как их крепить к одежде.
Глаза у женщины загорелись. Я видела ее неподдельный интерес, когда она рассматривала украшения моего платья.
– И ни у кого больше такого нет? – уточнила она.
– Защищено патентом, – ответила я.
– А если я предложу вам работать с моей мастерской и больше ни с кем?
Глаза новой знакомой азартно блестели. Я пригласила ее к себе в гости и пообещала изготовить пару розочек для того, чтобы мы сделали из них серьги и брошь.
Довольная, я двинулась дальше.
За день я обошла всех соседей по торговой улице. Где-то завязать беседу не получалось, где-то за прилавком стояли наемные продавцы, которым судьба бизнеса была безразлична.
Кроме лавки бижутерии со мной захотели сотрудничать в швейной мастерской. Идея нарядных воротничков и манжет мастерицам сначала не очень понравилась.
Тогда я сделала заказ на пару таких платьев нежно-голубого и розового цветов для себя и дочери.
– Только мне пока забрать некуда. Могут эти платья повисеть у вас несколько дней? – спросила я, заметив, что уже готовые изделия висят в зале, куда приходят клиентки для беседы с мастерицей.
Расчет был прост. Модницы увидят необычную отделку платья и захотят такую же.
Ничего не подозревающая хозяйка швейной мастерской согласилась.
А владелице кафе я подарила накрахмаленную корзиночку, куда она поставила букетик из сухоцветов. Получилось изящно и ненавязчиво.
В окнах своего заведения я выставила пару таких же корзиночек, а сами шторы задернула плотнее, чтобы подольше сохранить интригу.
За пару дней до открытия заведения я заметила, что прохожие заглядывают в окна все чаще.
Необычное кружево от загадочной мастерицы уже захватило умы горожан.
Пора было открывать свою лавку.
В день открытия я ожидала наплыва посетителей. Но их пришло намного больше, чем я могла предположить.
Я рассчитывала, что в мой выставочный зал клиенты будут заходить группами по несколько человек: семьей или компанией подруг. В уютной гостиной комфортно могли разместиться не более пяти посетителей за раз. Мне же пришлось пускать их по восемь и даже десять человек.
И все равно очередь из желающих на улице не уменьшалась. Случайные прохожие, завидев знакомых, останавливались уточнить причину ажиотажа. И тут же пристраивались в конец вереницы ожидающих.
Чтобы обезопасить себя от краж, я сделала, как в популярных магазинах моего мира: прорезала небольшие круглые дырочки прямо в изделиях, продела в них ленты, на концах которых разместила ярлыки с названием и стоимостью. Теперь никому не придет в голову украсть один из выставочных образцов.
Цены на товар я установила максимально возможными. Так, скатерть с кистями стоила больше, чем стол, на который она была накинута.
Расчет оказался верен. Дорогой диковинный товар стал предметом всеобщего вожделения.
За несколько часов непрерывных демонстраций я получила всего один заказ на скатерть и продала пару салфеток. Но этих денег нам с дочерью с лихвой хватит на безбедную жизнь в течение пары месяцев.
Многие посетители приходили посмотреть не столько на вязание, сколько на меня. Были здесь и две главные сплетницы. Камелия и Жозель едва не подрались, выясняя, кто из них раньше войдет в мою лавку. Судя по всему, они уже знали, что я предоставила им разные сведения о себе, а значит, невольно скомпрометировала их в глазах слушателей. Потому что подробности, что они распространяли обо мне, не могли оказаться правдой одновременно. Следовательно, кто-то из них врал.
 
И теперь главные сплетницы готовы были схлестнуться у меня на пороге. Пришлось даже выйти на крыльцо, чтобы предотвратить назревающий скандал.
Из-за угла вышла женщина, которую я меньше всего ожидала увидеть. Тетка Лита. Она ласково улыбнулась и протянула ко мне свои могучие руки, словно желая не то придушить, не то обнять меня.
– Дария, детка! – провозгласила она на всю улицу. – Почему же ты не выслала мне приглашение на открытие своей лавки?! И о том, что у моей племянницы есть магазин, я узнала от посторонних людей?
Она широко улыбалась, но ничего доброго в ее улыбке я не видела. Скорее, это был оскал хищного зверя, что вот-вот нападет на несчастную жертву.
Вновь пускать родственницу в свою жизнь мне не хотелось. Но выставить ее за дверь в тот момент, когда на пороге ждали своей очереди главные городские информаторши, было опасно. Обидевшись, Лита могла вывалить им все неприглядные подробности моей жизни, разрушив ореол загадочности.
– Тетушка, я думала, что вы уехали из города после нашей последней встречи, – ответила я ей с самой очаровательной улыбкой.
Я провела родственницу в дом и проводила ее в заднюю комнату, чтобы не мешать посетителям. К неудовольствию гостей, Кера осталась за прилавком вместо меня. Все же им было интересно посмотреть не столько на вязание, сколько на загадочную хозяйку мастерской.
Проводив наглую родственницу на кухню, я поставила на огонь чайник и прикрыла за собой дверь.
– Чем обязана? – без тени улыбки обернулась я к ней.
Кажется, тетка не ожидала, что скромная племянница может говорить так резко и вызывающе.
– Ты постоянно заставляешь меня краснеть, несносная девчонка! – бросила мне в лицо Лита. – Сначала Олимпия заявилась требовать компенсацию за то, что ты выставила их с детьми из дома…
– Из моего дома, – напомнила я.
Тетка сделала вид, что не заметила брошенного замечания.
– Теперь ты всем рассказываешь, что овладела какой-то секретной техникой вязания, хотя отродясь в руках ничего подобного не держала! – продолжила нападать женщина.
– Вот видите, раз я этого не умела раньше, значит, меня кто-то научил. И слухи правдивы, – развела руками я.
Тетка задохнулась от моей наглости.
– Да когда ты могла побывать-то в эльфийских владениях? Или в какую халупу к тебе странница приходила?! Ты ври, да не заговаривайся! Неужели я правду от обмана-то не отличу?! – с каждой фразой тетка все больше повышала голос.
Я даже окно решила прикрыть, чтобы ее визги на улице не были слышны.
– В вашей сообразительности, дорогая тетушка, я в последнее время сильно сомневаюсь, – я говорила тихо, но уверенно.
Тетка даже стушевалась. Наверняка ожидала, что я буду кричать и биться в истерике.
– Вы не замечаете очевидных вещей, что находятся прямо перед вами, – продолжала я, – будем считать, что странница посетила меня в моем богатом поместье примерно в то же время, когда я так активно помогала любимому мужу, что несколько раз приложилась глазом к дверному косяку.
Тетка вздрогнула. Она прекрасно помнила тот день, когда старательно игнорировала последствия избиения на лице несчастной девушки.
Я плеснула кипятку в чашку и снова двинулась к родственнице.
– Вам бы, любезная, зрение проверить. Потому что вы в последнее время слишком близоруки, – я сделала еще шаг и невзначай кинула взгляд на чашку с кипятком. – Не разглядели того, что я еще не могу выходить замуж, и спихнули меня за Антонио, наверняка обронив взятку в кабинете регистратора, чтобы он тоже временно ослеп.
Тетка побледнела. Значит, тут я в точку попала.
Воодушевившись, я продолжила:
– Точно так же вы не видели синяков на моем лице. Значит, могли проглядеть и то, как заморская гостья обучила меня всем премудростям. Вам бы провериться не мешало, – я пожала плечами, будто все это было делом житейским и абсолютно незначительным.