Попаданка в разводе. С детьми (СИ)

Панировки тоже не было, пришлось измельчать сухари скалкой. В итоге на банальные котлеты я потратила несколько часов, но результат того стоил. На гарнир сделала воздушное картофельное пюре.
Героний нахваливал котлеты, Амалия наворачивала за обе щеки, не переставая удивляться необычной еде, а Марта только вздыхала от того, сколько мяса я на один обед спустила, а ведь можно было столько всего наготовить. А я вместо этого даже кошку угостила.
Мыть посуду мне пришлось тоже самой. И вот тут я чуть не взвыла, ведь вода на кухне была только холодной, а учитывая время года — ледяной. Удивительно, что суставы у Марты раньше не воспалились. А тут еще и посуда жирная.
Пришлось подогревать воду в большом чане и использовать для мытья горячую, а споласкивать уж в холодной. Героний смотрел на мои действия с легкой усмешкой, мол, балуется барыня.
Намучившись со смешиванием воды, я решила поставить на кухне бак с краном по типу таких, какие многие в нашем мире на дачных участках устанавливают.
Покончив с посудой, я задумала заняться утеплением окон. Холодный ветер по ночам надувал даже наши тяжелые шторы, как паруса. Приходилось ложиться спать в теплой одежде и спать под двумя одеялами.
Для этих целей я использовала остатки бракованной ткани, которую порвала на тонкие длинные лоскуты и с помощью столового ножа засунула в особо широкие щели. А потом приклеила сверху полосы, смоченные мыльным раствором.
Героний, который следил за моими манипуляциями, снова подивился моей расточительности.
– Мы-то просто ставни на зиму закрывали, – подсказал он.
– И сидели потом в кромешной темноте? – спросила я.
Мужчина только плечами пожал.
– Зачем нам зимой свет-то?
– Ну нет, ходить на ощупь всю зиму я не хочу. А свечи жечь – еще дороже, чем окна утеплять.
– Да откуда ж тут теплу взяться? Мокрой тряпки в окно запихала, – ворчал мужчина.
Я не стала спорить, а решила дождаться результата. К моей невероятной радости, к вечеру в доме ощутимо потеплело. Так и дочка не простудится, и Марта быстрее на ноги встанет.
В домашних заботах прошли несколько следующих дней. Марта поправилась, куры освоились на месте и радовали нас свежими яйцами.
С неба второй день крупными хлопьями летел мокрый снег. Он таял, едва касаясь земли. От этого и без того влажная почва превратилась в чавкающую жижу.
Амалия просилась гулять и изнывала дома от скуки, но отпустить ее на улицу, чтобы она испачкала новую одежду, а потом отстирывать это руками в тазу — увольте.
– Давай-ка приоденем твою новую куклу, – предложила я, – да и старой обновки пригодятся.
Дочь с восторгом восприняла эту идею. Я решила позаимствовать у Марты немного шерсти, вот только на спицах, как она, я вязать не умела, предпочитая в прошлой жизни крючок.
Марта отдала мне одну некомплектную спицу, кончик которой я изогнула щипцами, а чтобы держать комфортнее было, обмотала конец бечевкой. Получилась вполне удобная ручка.
Я расположилась на кухне, пока Марта готовила, и вязала. Сидеть у горящей печи, когда на улице такая мерзкая погода — одно удовольствие. Женщина пересказывала мне сплетни и какие-то небылицы, которые происходят в других королевствах Амареза.
Кроме того, что здесь есть магия, присутствуют еще различные волшебные расы: эльфы, драконы. А еще не во всех государствах взаимоотношения между мужчинами и женщинами одинаковы. Так, в Мажардии были совершенно законны гаремы. Только позволить их себе могли исключительно богатые и именитые особы.
Мне оставалось только порадоваться, что я попала в тело совершенно обычной дворянки средней руки в небольшое захолустное королевство. Здесь никто не заметит, что я не та, за кого себя выдаю. А что было бы, если бы я оказалась в землях, населенных эльфами?
Под болтовню Марты о беспределе, творящемся в заморских дворцах, я легко орудовала крючком. Тело довольно быстро освоило знакомое мне из прошлой жизни движение.
За полдня я сделала куклам Амалии накидку, шляпку, связала сумочку и даже что-то вроде пинеточек, а то зима, а у них обуви нет. Дочка была в восторге. Марта тоже с интересом рассмотрела мое рукоделие и только языком поцокала.
 
– Первый раз вижу, чтоб одной кривой спицей такое связали, – она вертела в руках шляпку и пинеточки, – и форма интересная, ни на что не похожая. Какая ты фантазерка и мастерица, Дария!
И тут я поняла, что заслушавшись, я вязала не задумываясь. И в результате у меня получился вполне земной фасон, непривычный для местных.
Пришлось выкручиваться.
– Да я не очень хорошо умею вязать, это больше развлечение.
– Где же ты научилась такому диковинному мастерству? – поинтересовалась Марта.
– Женщина у нас как-то останавливалась пожилая, откуда-то издалека. Вроде как к родственникам добиралась, а вот так же непогоду пережидала. Вот она вязала, а я и подглядела, – беззастенчиво врала я.
– А что еще умеешь? – глаза Марты загорелись.
В историю с гостьей из далекой страны она, вроде, поверила. Да и какие сомнения, когда в этом мире и эльфы, и гаремы есть.
Я припомнила воздушные узоры и салфетки, которые мы вязали на ненавистных уроках труда. Казалось бы, ну кому эти кружевные скатерти нужны, ведь все давно можно в магазине купить: и практичнее, и наряднее будет.
– Еще можно красивые салфетки и накидки всякие вязать, только пряжа нужна не шерстяная, а тонкая, белая. Получится нарядно, – сказал я.
– Сейчас-сейчас, у меня есть – обрадовалась Марта и принесла мне клубок белых ниток.
– Я попробую вспомнить, – сказала я, – все же давно это было, а практиковалась я нечасто. Я немногим старше Амалии была.
Женщина покивала в ответ. Новый вид рукоделия захватил ее. Глаза азартно горели, а руки дрожали от предвкушения.
А у меня появилась мысль об открытии своего бизнеса.
Лишь только землю сковали заморозки, принесли записку от Фоамина, поверенного Дерека. Тот сообщал, что делу о моем разводе дали ход и наложили запрет на управление имуществом моим мужем Антонио. Однако, с моей недвижимостью есть проблемы.
Фоамин обещался прибыть к Дереку к ужину и просил меня прийти, чтобы мы могли обсудить дальнейшие действия.
Весь день я была как на иголках, предполагая, какие же проблемы могли возникнуть. Чтобы хоть как-то себя успокоить и занять руки, снова взяла вязание. Равномерное накидывание петель меня успокаивало. К вечеру я связала простенькую ажурную салфетку из белого хлопка.
Амалия же, наоборот, пребывала в радостном возбуждении. Почти недельное заточение дома из-за непогоды давало о себе знать, и теперь девочка предвкушала поход в гости и встречу с подругой.
– Мамочка, вот было хорошо, если бы мы с Санной вместе жили! – воскликнула девочка, когда в очередной раз пришла спросить, долго ли еще ждать.
– Амалия, но это же невозможно, – я на минуту отложила вязание, – вместе живут только братья и сестры.
– Но я же жила с Мегарой и Стефаном, хоть и не сестра им. Мы даже не дружили. Они постоянно прогоняли меня из своих игр и смеялись, – надулась дочь, – а вот с Санной мы дружим. Думаю, она бы не отказалась жить вместе с нами. Это намного веселее, чем с Афалиной.
– Детка, но я была замужем за Антонио, поэтому ты и его дети были вынуждены жить вместе, – постаралась объяснить я.
– Была? Значит, теперь он не твой муж? – обрадовалась дочь.
– Все верно, но мы расстались, так иногда бывает. Вот в этой записке мне как раз сообщают, что начался развод, – я помахала посланием от адвоката.
Глаза дочери засияли радостным блеском.
– Это так здорово! Значит, ты сможешь пожениться на Дереке?! – выдала довольная Амалия и тут же рот ладошками прикрыла.
– Что-о-о?! – мои брови взлетели вверх.
Дочь как ветром сдуло, и все оставшееся время она пряталась от меня на кухне под надежным крылом Марты, которая радостно ворковала и пыталась, по своему обыкновению, накормить девочку какими-то вкусностями.
Наконец, одно из светил стало клониться к западу, а, значит, можно было собираться в гости.