Попаданка в разводе. С детьми (СИ)

Из оцепенения меня вывели дети. Мальчик и девочка что-то делили, пока их бабушка отвлеклась на меня. Они толкали друг друга, пока не повалились на пол. Девочка была больше, поэтому с легкостью отобрала что-то у братца и, показав язык, убежала из комнаты. Мальчишка обиженно надулся, его нижняя губа задрожала, а из глаз брызнули слезы.
– Стефан, миленький! Ну что стряслось? – бросилась к нему женщина.
Она с трудом подняла упитанного мальчика и села с ним на лавку. Гладила его по жиденьким волосенкам и обещала сладостей и подарков.
Воспользовавшись тем, что про меня на какое-то время забыли, я поспешила на улицу, чтобы собраться с мыслями. А если повезет, то и сбежать, пока никто не видит.
Запах прелых листьев и теплой влажной земли ударил в нос. Осень в разгаре. Но ведь еще сегодня утром, когда я догоняла автобус, на улице был лед!
Да и все остальное не похоже на городскую улицу! Крепкие хозяйственные постройки, во дворе спокойно ходят куры. Чуть в стороне сад, откуда доносится аромат спелых яблок. От забора до самого горизонта тянутся поля. И ни намека на дорогу, чтобы поймать попутку и уехать отсюда в мою привычную жизнь. Вдоль домов не виднелись провода, несущие жителям электричество и блага цивилизации.
Кажется, это какая-то совсем другая реальность. И попала я в тело женщины, которой приходится здесь ой как несладко!
На мне было легкое домашнее платье, а на улице пусть и ранняя, но осень. Надо бы потеплее одеться и вообще следить за своим здоровьем. Не уверена, что в этом мире есть лекарства, а ближайшая больница находится ближе, чем в трех днях пути.
Уняв дрожь в коленях, я решила вернуться в дом. Судя по всему, тело мое не в лучшем состоянии, и лечить его придется подручными средствами. А “родственники” не горят желанием помогать.
Вернувшись в дом, я наткнулась на недовольный взгляд пожилой женщины. В нем не было ни капли сочувствия, хотя не заметить моего заплывшего глаза было просто невозможно. Дети снова продолжали возиться на лавке. Неужели такое здесь в порядке вещей? Молодая женщина регулярно подвергалась избиению со стороны мужа, но никто, кроме той малышки, что назвала меня мамой, не обращал на это внимания.
Но в этот раз муженек переусердствовал. Возможно, именно в этот момент я и попала в тело его жены. Может, дать ему закончить начатое и не мучиться в этом не самом приятном мире?
Старуха подозвала детей и увела их в комнату по соседству. Интересно, сколько всего комнат в этом доме?
– Мамочка, – за рукав дернула та самая малышка, которую я воспринимала как “свою” дочь, тогда как другие дети ощущались чужими.
Я посмотрела на малышку. Лет пять, не больше. В широко распахнутых голубых глазах поселился страх. И если рядом с этой девочкой не будет матери, то судьбе ее не позавидуешь.
Я погладила кроху по спутанным волосам и решила, что ради нее стоит жить.
– Давай подумаем, чем можно позавтракать, – сказала я девочке, – сегодня ты будешь маминой помощницей.
Малышка обрадовалась и принялась доставать посуду, крупы, принесла воды из бочки, стоящей в углу. Вместе мы сварили вполне недурную кашу и с аппетитом поели.
Старуха только хмыкнула и что-то сказала про дармоедок и утащила весь котелок с кашей в свою комнату. Видимо, чтобы мы добавки не взяли.
– Оделась бы, распустеха! – бросила женщина с неприязнью.
Я сравнила свое платье и ее. Не знаю, как здесь принято ходить, но ее наряд был более сложным. Под платьем было несколько юбок, а сверху кружевной передник.
Я решила не спорить и одеться так, как здесь принято. Предположив, что моя одежда может быть в той комнате, где я очнулась, я отправилась на поиски.
Комната была довольно большой. Широкая кровать, шкаф, небольшой столик и пара стульев. Не было ни намека на то, что в этой комнате живет женщина. Ни зеркала, ни баночек с кремами или расчески.
Передник нашелся на спинке стула. Обрадовавшись этой находке, я поспешила повязать его. Позади меня скрипнула дверь.
– Дария, моя мать снова жаловалась на тебя, – услышала я ледяной голос “мужа”.
 
Тяжелой поступью мужчина приближался со спины.
Шестое чувство заставило меня замереть. Тело привычно реагировало на близость этого мужчины. Страх сковал меня, все естество кричало, что бежать бесполезно. Инстинкты подсказывали, что нужно быть отрешенной, словно я и не здесь вовсе. Тогда будет не так больно.
Все это были воспоминания той несчастной, что еще сегодня утром была хозяйкой моего тела. Видимо, муж немного перестарался, “обучая” жену вежливости и покорности.
Но я – не она. Я не буду послушной!
Сжав зубы, я повернулась и посмотрела в глаза тому, кого должна была бояться больше всех на свете.
– Не бери в голову, Антонио, – сказала я мягко, – твоя мама немного устала. Столько дел, дети шумят, да и я сегодня была не самой лучшей помощницей.
Судя по тому, как налились кровью глаза мужчины, он не ожидал, что я посмею хоть что-то ответить.
Антонио приближался. Его лицо раскраснелось, зрачки расширились. Он напоминал свирепого кабана, который пыхтит, взбивает копытом землю и вот-вот бросится на противника.
Я смотрела на него, замерев от ужаса.
Простой работяга, рукава несвежей рубашки закатаны до локтя, обнажая сильные руки. На щеках трехдневная щетина. Когда-то этот человек был вполне приятным и мужественным. Но сейчас его лицо было искажено злобой.
– Не смей говорить плохо про мою мать! – зарычал он. – Святая женщина! И вынуждена возиться с такой неженкой и неумехой! Говорила же она мне, чтобы брал в жены деревенскую. Она бы и по хозяйству управлялась, и матери не перечила, и сына бы мне родила!
Да этот мерзавец не испытывал ни малейшего чувства вины по поводу того, что сотворил с женой накануне! А, возможно, даже, жалел, что не добил. Ведь тогда мамочка смогла бы скорее подыскать ему новую.
Что ж, бежать мне некуда. Если ударит, то на ногах я не устою. Да и сил в этом изможденном теле почти не осталось.
Поэтому я стояла на месте, с достоинством глядя в глаза этому зверю. В какой-то момент даже понадеялась, что один удачный удар, и мое недолгое пребывание в этом мире закончится. Ко всеобщей радости.
– Мама! – взвизгнула, как дикий щенок, и бросилась на мужчину чумазая малышка.
Никто не ожидал такой отваги от маленькой девочки. Но она вцепилась в руку, которую Антонио уже начал отводить назад для удара. А потом она укусила его.
Эта маленькая девочка — единственный человек, который будет оплакивать мою преждевременную кончину.
Мужчина рычал, сыпал ругательствами и пытался стряхнуть с себя ребенка. Но девочка вцепилась мертвой хваткой. Воя от боли, громила пытался левой рукой дотянуться до малышки.
Наконец, ему это удалось. Ухватив за ворот грязного платьица, он оторвал девочку от себя и швырнул в угол. Малышка шлепнулась и тихонько заскулила, забившись в угол. Мужчина повернулся и пошел в ее сторону, намереваясь проучить за дерзость.
А дальше я действовала на каких-то инстинктах. Явно, не моих.
В груди разгорелся огонь. Ярость придала мне поистине нечеловеческие силы.
Не задумываясь о последствиях, я шагнула вперед и встала между этим чудовищем, которое не могло больше называться мужчиной, и своей дочерью.
В этот миг я отчетливо ощущала, что это мой ребенок, за которого я порву любого. И неважно, насколько сильным будет противник.
– Не смей! Трогать! Мою дочь! – чеканила я каждое слово.
Вид мой был настолько решительным, что Антонио на мгновение остановился и посмотрел на меня удивленно. Казалось, он впервые увидел свою жену.
Но уже в следующую секунду злоба снова захлестнула его, и он сделал еще шаг по направлению к девочке, намереваясь отодвинуть меня.
Собрав все силы, я не дала ему это сделать и толкнула так, что он сам отлетел к противоположной стене, больно ударившись о шкаф. И откуда только что взялось?!
Мужчина потер ушибленное плечо и как-то по-детски надул губы. Он явно не ожидал, что жена может дать отпор.