Попаданка в разводе. С детьми (СИ)

Глаза Дерека засияли, он притянул мою руку ближе, а затем его горячие губы тронули мои холодные от волнения пальцы.
Мое сердце в волнении частило. Неужели я нашла человека, который так же страстно желает моего развода, как и я?!
Дверь с громким стуком отворилась, заставив нас отпрыгнуть на безопасное расстояние. Мы были словно любовники, которых застали на месте преступления.
В комнату вошла Афалина. Она метнула на меня взгляд, в котором смешалось презрение и чувство превосходства над поверженным врагом.
– Прибыл господин Антонио Руше. Он требует, чтобы его жена немедленно вышла к нему, – сказала она, едва сдерживая улыбку победительницы.
Я испуганно взглянула на Дерека, ища в его глазах обещанной поддержки. Мужчина решительно поднялся.
  
Глава 6
 
В гостиную вошел Антонио. Разъяренный бык перед рывком – так я могла бы описать его лучше всего.
От страха у меня подкосились коленки, и я даже не нашла в себе сил встать с дивана.
– Я так и знал, что, сбежав из дома, ты можешь отправиться только сюда! – рыкнул муж и двинулся в мою сторону, словно не замечая присутствия других людей в комнате.
Афалина наблюдала за этой сценой с явным удовольствием, не скрывая довольной улыбки, словно была рада счастливому воссоединению семейства.
Дерек встал на пути Антонио, решительно заслонив меня от прущего напролом мужчины.
Из-за спины супруга выглянула его маменька.
– Нечего по гостям шастать! Мужняя жена должна дома быть, за хозяйством следить! – заявила Олимпия.
Куда уж без нее-то! Не удивлюсь, если именно она надоумила сыночка, что кроме как в поместье дочери, мне больше податься некуда. Остальное имущество они наверняка уже пустили с молотка.
– Я тебе покажу, как от меня бегать, да по чужим мужикам скакать! – Антонио сжал кулаки, переводя мутный взгляд с Дерека на меня, словно решая, кого из нас ударить первым.
Антонио казался шире Дерека в плечах, но тот был выше и как-то более атлетично сложен. У Филса в отличие от моего супруга не было пивного животика и одышки, вызванной обильными возлияниями. Да и взгляд был более живым, а разум ясным.
– Дария Мартинс останется под моей защитой, – холодно и жестко сказал Дерек.
– Руше! Фамилия моей жены — Руше! – выплюнул Антонио.
– Не надолго, – спокойно ответил ему хозяин дома, – я так понимаю, что у нее есть серьезные опасения за жизнь и здоровье ее и дочери. Поэтому она останется жить в имении, к которому ты не имеешь отношения. А я займусь проверкой законности всех сделок и договоров, которые она подписала после смерти первого супруга.
– Дария будет жить с мужем! – вперед выступила Олимпия. – Мы подадим ее в розыск, и ее заставят вернуться в семью!
– На каком основании? – решила подать голос я.
– Ребенок, которого ты носишь под сердцем, должен родиться в полной семье, и только отец сможет позаботиться о нем, – заявила свекровь.
– Но я не… – начала было я.
Но Олимпия меня перебила.
– А это еще доказать надо, – сказала она, – а пока мы уверены, что ты беременна, и поэтому мой сын имеет все основания забрать тебя домой!
Я посмотрела на Дерека с мольбой. Уйти сейчас с Антонио означало подписать себе смертный приговор. Только бы он не поверил в эту историю с беременностью!
– Пока факт беременности не подтвержден, Дария имеет право проживать в имении своей дочери, чтобы заботиться о своем пока еще единственном ребенке, – сказал Дерек, – но раз вы не имеете никакого отношения к этому дому, то можете лишь навещать жену в установленные часы.
– Беременность точно есть, по ней видно же, что она совсем другая стала, – заявила свекровь, – дерзит, постоянно настроение меняется, ест то, что раньше терпеть не могла…
Признаки беременности были не очень убедительными, но кто знает, какие у них тут суеверия в ходу.
– Вы можете подавать в розыск и ждать подтверждения беременности, – сказал Дерек, – но жить все это время она будет отдельно. А сейчас попрошу покинуть мой дом.
 
Мужчина сохранял видимость спокойствия. Но по тому, как он сжал кулаки, как напряжена была его спина, я поняла, что держится он из последних сил.
– Мы это так не оставим! – взвизгнула свекровь и потащила Антонио к выходу.
Муженек упирался и был очень зол, что любимая груша для битья осталась вне зоны доступа.
– Спасибо, – я бросилась к своему спасителю, чтобы выразить благодарность, лишь только семейство Руше удалилось.
Но Дерек холодно отстранился от меня.
– Ты уверена, что ребенка нет? – спросил он, и в его голосе я услышала металл.
Уверена ли я в том, что не ношу под сердцем ребенка от нелюбимого мужчины? Я сама хотела бы знать точный ответ на этот вопрос.
Хоть я в этом теле всего неделю, но никаких признаков беременности пока за собой не заметила. Да и Антонио все время находится в таком состоянии, что с трудом можно предположить близость между ним и его женой. Однако точный ответ может дать только врач.
Тем временем мы остались с Дреком наедине. Антонио с мамашей покинули дом под пристальным взглядом дворецкого. Афалина тоже куда-то ушла.
– Нет никакого ребенка, – решительно сказала я, открыто глядя в глаза моему единственному защитнику, – ты же видишь, Антонио только выпивка интересует, а Олимпию — мое имущество.
Дерек внимательно смотрел на меня, словно пытаясь проникнуть в мысли, и понять, говорю ли я правду. Было видно, что надежда, еще несколько минут назад мелькнувшая в его душе, покинула его. Он больше не верил в то, что сможет быть вместе с некогда любимой женщиной.
А я чувствовала, что еще минута, и он откажется от меня, отдав в руки законному супругу, тем самым подписав смертный приговор. Уж теперь-то мои родственнички не оставят меня в живых после такого дерзкого побега! Ишь, как быстро прискакали за мной. Почуяли, что добыча из рук ускользает.
– Если Антонио будет упрямиться, то ты не сможешь расторгнуть брак. Вы должны прожить отдельно полгода по обоюдному согласию, прежде чем суд снимет ограничения.
– Я нужна ему только для того, чтобы распродать остатки имущества, а потом он станет безутешным вдовцом после того, как его неуклюжая жена неудачно оступится на лестнице, – в моем голосе было столько страха и боли, что Дерек не выдержал.
– Если они прямо сейчас отправятся к законнику и предоставят двух свидетелей того, что ты в положении, то тебя силком вернут мужу, – сказал Дерек Филс каким-то тихим бесцветным голосом, – однако можно вызвать лекаря, у которого есть артефакты из Пектории. Они смогут установить факт беременности уже через два дня после зачатия. Конечно, это не очень дешево, зато надежно.
Я встрепенулась. Это был мой шанс.
– Но если эта проверка подтвердит правоту твоего мужа, то уже ничего нельзя будет сделать. Ты обязана будешь проследовать в его дом, где будешь дожидаться рождения ребенка, после чего развод и вовсе будет невозможен.
– Да нет у него никакого дома! – я паниковала. – Он, его мамаша и его дети, которые шпыняют Амалию, живут в нашем доме. В моем доме! А все имущество распродается без моего ведома. Я даже боюсь представить, что осталось от городского особняка.
– Как твой муж, Антонио может распоряжаться имуществом жены, если это оговорено в брачном контракте.
– Они не отпустят меня, пока не заберут все, до последней серебрушки. Я не помню точно, какие документы подписывала. Слишком надеялась на то, что родственники позаботятся обо мне. И судя по тому, как нагло они ведут себя, у них есть на это права. Поэтому-то я и приехала сюда, где эти стервятники хотя бы домом не смогут распорядиться. И где у меня есть единственный в этом мире человек, к которому я могу обратиться за помощью, – я положила ладони на грудь Дерека и заглянула в его глаза.
Я видела, что он колебался. В нем боролись ревность, злость, обида. Но где-то там, на дне души, притаилась надежда. Я видела, что некогда этот мужчина испытывал нежные чувства к Дарии, но она отказала ему. Смогу ли я ответить ему взаимностью? И не попаду ли в новую ловушку, если он поможет мне спастись от Антонио?