Темный охотник 8 (СИ)

Что характерно, вокруг самого кристалла камень слишком горячим не был, скорее просто тёплым. Так что материализовавшийся ящер смог спокойно стоять, не обжигаясь.
— Здравы буде, люди добрые! — прогудел он.
Володя открыл рот да так и замер, Нага взвизгнула и спряталась за своего принца, и только Аня улыбнулась.
— Рады тебя видеть, уважаемый Ярозавр, — приветствовала она ящера глубоким кивком, как равного.
— Вы что, знакомы? — удивился Володя.
— Ярозавр здорово помог нам в том чёрном разломе перебить заражённых циклопов, — пояснил я. — Само собой, на камеру это не попало. Давай, Ярик, у нас ещё будет время всем познакомиться и пообщаться, а сейчас мы спешим. Ариэль там одна и без сознания.
Ящер кивнул и быстро сжал кристалл до размеров футбольного мяча.
— Так вот зачем ты нас тогда выгонял, — понял Володя.
Когда мы вышли, Ариэль как раз пришла в себя.
— Что я пропустила? — спросила она, стряхивая с себя пепел.
— Ничего особенного, всего лишь два десятка таких же ходячих каменюк, — подмигнула ей Аня. — А ещё Володя с Нагой познакомились с Яриком.
И снова в путь. Довольные члены команды отправились обратно в криптор, а мы с Лавой продолжили полёт. Если больше нигде задерживаться не будем — засветло долетим до Хоккайдо.
И вот… как-то мне даже грустно стало. Вроде да, подрались. Но… не то. Не тот масштаб. Даже вспотеть не успели, несмотря на огненное пекло. Монстрики, конечно, забавные получились, и обязательно в своё время где-нибудь пригодятся. Но хочется чего-то… этакого!
«Ты уверен, что точно понимаешь, чего хочешь?» — раздался в голове голос Тёмной.
«Сама посуди, — вздохнул я, — что может быть слаще славной битвы? А не вот это всё».
«Ну раз ты так просишь… — усмехнулась богиня. — Но не сейчас. Момент ещё не наступил».
ㅤ
Дальше потянулась цепочка Курильских островов. Онекотан, Матуа, Уруп, Итуруп… От острова к острову, пролив за проливом. Высокая влажность, постоянные дожди, пронизывающий ветер. Море штормило, но Лава уверенно преодолевала расстояния между островами, запросив получасовой отдых всего один раз.
Пока виверна отдыхала в укромной бухте Итурупа, я достал команду из криптора. Аня тут же развернула спутниковую точку доступа и занялась блогом. Заодно и новости проверила. Из тревожного — в районе Арапахо фиксировалась нарастающая активность Йеллоустоунского эпицентра.
— Хорошо, что там Жихарев, — заметил я. — Он справится.
В этот момент зазвонил спутниковый телефон.
— Листовки готовы, — сообщил Фирсов. — У твоего деда.
— Отлично.
Я огляделся, выбирая между валунов место поровнее, и установил портальную рамку. Через минуту у нас уже было несколько коробок агитационных материалов на японском. А ещё — большой термопакет с домашними пирожками, ещё горячими!
ㅤ
Признаться, я даже не заметил, как мы влетели на территорию Хоккайдо. Снег валил крупными хлопьями, да ещё и на такой высоте… Короче говоря, видимость была почти нулевая, и я за неимением других занятий устроил небольшую ревизию в Океане. Опомнились мы лишь тогда, когда Лава чуть не влетела в заснеженную скалу.
Пришлось приземлиться и сориентироваться на местности при помощи спутника, прежде чем гнать дальше.
Что удобно — из пяти миллионов жителей острова два из них кучковались в городе Саппоро. А это, на минуточку, шестая часть всей Москвы. Мегаполис посередь океана. Так что выбор, куда направляться, был очевиден.
Лава высадила меня в лесу неподалёку от оживлённой трассы, ведущей через весь остров. Никто не мешал нам появиться непосредственно в Саппоро, но мне захотелось именно что въехать в город. Триумфально, так сказать. Ну и заодно поглазеть.
Во-первых, на природу.
А во-вторых, если бы сложившаяся повесточка вдруг смогла повлиять на моё отношение к целой нации, то, наверное, мне не стоило бы называться Охотником. Не положена такая сила тем, кто, подобно Светлым, делит мир на чёрное и белое, наших и не наших, добро и зло.
А обычные люди они ведь везде люди. Так что никакой ненависти к обычным мирным японцам я не испытывал, и был не прочь проникнуться местным колоритом по полной. И ни Мусасимару, ни хентай с тентаклями, ни даже всратые телешоу не смогут поменять моё отношение.
  
В лесу я вытащил свою команду, поздравил с прибытием в Японию и поблагодарил за то, что выбрали Виверновые Авиалинии. Как будто бы у них был выбор, ага…
Буквально минута по берёзовой роще… да-да, внезапно здесь росли берёзы; почти такие же, как наши, только менее пятнистые. Так вот. Минута по бурелому, ещё минута по сугробам до отбойника, и мы оказались на трассе.
Дождался, когда дорога окажется свободна в обоих направлениях, — как будто перебегать собрались, — и вытащил Хулиганку.
Помимо цвета, машину пришлось полностью поменять внешне. Причём менялась она уже на полном ходу — волчица подглядывала моими глазами за встречными машинами и старалась под них мимикрировать. Даже надпись на заднем стекле изменилась на вертикальную цепочку иероглифов. Всё-таки рожи у нас у всех славянские, даже под вуалями, что уже подозрительно. А если мы ещё до кучи заявимся в город на этом чуде отечественного автопрома, то первый же пост полиции наш.
И опять либо драться, либо шарахаться в тенях.
Аня в кои-то веки пустила меня за руль, решив, что левостороннее движение для неё — слишком большое испытание, а сама села на пассажирское. Володя с инфернами устроился сзади. Все молча смотрели в окно, на заснеженный лес и редкие домики, в которых не угадывалось вообще ничего японского. Короче говоря: снег, берёзы, столбы и частный сектор. Как будто до Калуги мимо шоссе по объездной дороге добираешься.
Чип вообще заснул на торпеде.
— А какое сегодня число? — меланхолично уточнила Её Высочество.
— Десятое, кажется, — ответил ей брат.
— Десятое, — повторила Аня и вздохнула. — Еловицкая нас сегодня на бал звала.
— Это когда это?
— Да давно ещё, — ответила Аня. — На дне рождения. До того, как заваруха началась.
— А, — только и нашёлся, что ответить Володя.
Оба помолчали. Подумали о чём-то своём, и тут Анну Дмитриевну прорвало:
— Знаешь, ну и хорошо.
— Ты о чём? — встрепенулся её брат.
— О том, что все наши друзьяшки куда-то вдруг подевались. Как-то у меня даже глаза очередной раз открылись на то, что общение с нами для них — лишь пропуск во дворец.
— Сюрприз, — хмыкнул Володя.
— Да не сюрприз, понятное дело, но всё равно. Хотелось верить в людей, а они вот так. Я ведь в Магадане, когда связь поймала, ни от кого даже весточки не получила. Даже тупо: «Как дела?» Подписчики больше переживали, чем они.
— Слушай, ну ты сейчас немного не права, — к моему удивлению, ввязался в спор принц. — Мы с тобой из той породы друзей, которым нужно соответствовать. А соответствовать на балу куда проще, чем чистить разломы или мотаться по вражеской территории. Мало кто хочет подобным заниматься. Не считаешь?
— Считаю…
Разговор завершился так же внезапно, как и начался. На мой взгляд, правы были оба.
Свою подрывную деятельность гоблины начали ещё по дороге. Чтобы не задерживаться, я заглотил парочку жёлтых ядер и смог «растянуть» свой диапазон покрытия, где я ещё чувствовал призванных мной «промоутеров» аж на пятнадцать километров. Так мы и ехали. Не торопясь, глазея по сторонам, а гоблины, передвигаясь в тенях на разломных волках, под чутким управлением мастера Чипа на мини-виверночке, клеили в это время листовки, захватывая полосу шириной под тридцать километров.
Саппоро встретил нас распростёртыми объятиями. Чистенький, нарядный, геометрически-правильный и очень даже уютный город. Сначала слева от нас понеслись двухэтажные домики с кафешками, магазинами и автомастерскими, затем дорога расширилась и мы врезались в спальные районы.
Я почему-то ожидал увидеть мерцающие неоном небоскрёбы, но не угадал. Ничего такого. Редко-редко кое-где возвышались девятиэтажки, но в основном Саппоро оказался двух- и трёхэтажным. Хотя… вполне ожидаемо, учитывая что остров довольно частенько трясёт с магнитудой аж до семи баллов. Да и несколько действующих вулканов — тоже так себе соседство.