Темный охотник 8 (СИ)
— А вот это я понимаю, серьёзный стимул! — хохотнул я.
Пока спускались, я осмотрелся астральным зрением. Сквозь стены казино просвечивали ауры посетителей. В главном зале человек под сотню, многие — сильные маги. Но хватало и неодарённых, причём в основном девушек. Одни мотались туда-сюда, другие напротив, оставались на одном месте. Понятно. Первые — официантки, вторые — охотницы за кошельками. Вот кому до смены власти нет никакого дела.
А в подвале… интересно. Больше пятидесяти аур, и тоже все одарённые. Ну не армия, конечно, но и не совсем уж шалупонь.
Анатолий уже ждал нас у двери.
— Прошу, — придержал он перед нами створку.
Подвал оказался совсем не похож на роскошные залы наверху. Голые бетонные стены, простые складные стулья, тусклые лампы под потолком. Зато места много — похоже, раньше тут был склад.
При нашем появлении все замолчали. Анатолий вышел вперёд:
— Друзья! Позвольте представить… Впрочем, думаю, вы все знаете барона Чернова.
По рядам прокатился удивлённый шёпот. А когда Володя и Аня сняли вуали, в подвале повисла абсолютная тишина. Только те, кто сидел — встали. И все, как один, склонились в поклоне.
— Господа, — Владимир шагнул вперёд. — Я здесь не как принц крови. Я здесь как русский аристократ, который не может смотреть, как захватчики топчут нашу землю.
Он помолчал, обводя взглядом собравшихся:
— Мой отец, Император Дмитрий Михайлович, знает о вашей верности. Да, сейчас на Дальнем Востоке творится чёрт знает что. И может показаться, что Империя отвернулась от своих людей, решила без боя отдать оккупантам наши земли. Но это не так! Именно забота о людях, здесь проживающих — причина промедления с военными действиями. Император не хочет жертв среди мирного населения, и мы здесь для того, чтобы произвести разведку, а по возможности и поддержать таких патриотов как вы.
— Мы здесь, чтобы сражаться вместе с вами, — подхватила Аня. — Чтобы показать — Российская Империя помнит о своих верных подданных. И когда придёт время, каждый получит по заслугам. И предатели, и герои.
Я молча начал выгружать из криптора оружие и припасы. Автоматы, патроны, гранаты, гранатомёты, взрывчатку, сухпайки — гора добра росла на глазах и грозила занять приличную часть подвала.
Никто так и не сказал ни единого слова.
— Это всё вам, — сказал я, закончив. — Ваша задача — работать по снабжению противника. Железная дорога, транспортные дирижабли, автомобили. Без снабжения любая армия беспомощна.
Народ одобрительно загудел, а я достал ещё ящик с гранатами:
— И вот что. У каждого должна быть с собой граната. Для себя, — я обвёл взглядом притихший зал. — Потому что сдаваться японцам… это удовольствие сильно ниже среднего. Они умеют развязывать языки. Очень умеют.
— Мы готовы умереть за Империю! — выкрикнул кто-то.
— Умереть легко, — отрезал я. — А вы живите. Воюйте с умом. Берегите себя.
Аристократы притихли. Кажется, начали понимать, что разговоры закончились. Поди до сих пор только для разговоров и собирались — порешать, как японцам насолить. А тут им по сути сам Император через своих детей конкретные боевые задачи ставит, и средствами для их выполнения обеспечивает. Тут уже не до игр, тут уже надо идти и выполнять.
— Кстати, — добавил я, доставая коробочку от деда. — У японцев на службе есть ацтекские тенеходцы. Оборотни-ягуары. Единственное, что у меня для вас есть — это вот такие очки. Они позволяют видеть тенеходцев, но не обольщайтесь, много вы не увидите. И противодействовать им сможете всё равно только когда они вынырнут из теней для атаки.
— Мы хотим помочь с вашей операцией, — сказал Анатолий. — У нас есть люди…
— Вы очень поможете, если останетесь живы, — перебил я. — У нас свои методы. Не переживайте, на вас японцев хватит. Только предупреждаю — под утро будет салют. Большой салют. Так что сидите тихо.
Следующий час прошёл в общении. Вопросов было множество. Про вормикса, например, они только краем уха слышали, что его вроде как завалили. Сказать, что подпольщики были удивлены, кто именно его завалил — это не сказать ничего.
Заодно продемонстрировал им тенехождение — должны же они понимать, на что обращать внимание.
Уходили почти друзьями. Что ж, если эти люди выживут — мы с ними ещё встретимся.
Ну а у японцев теперь появится ещё одна головная боль. А уж мы постараемся, чтобы приступы мигрени у Мусасимару случались как можно чаще.
ㅤ
Поспать этой ночью так и не удалось. Вернувшись из казино, мы оседлали носорогов и принялись за сбор урожая предателей. Закончили к четырём утра — самое время, чтобы приступить к следующей стадии операции.
«Хайзяя, а вот это у тебя в руках… да-да, вот это. Это што?» — Чип имел в виду взрыватель.
Я уже давно заметил, как пушистый отморозок облизывается, глядя на красную кнопку. Смотрит на неё с каким-то суеверным трепетом.
И вот решил зайти издалека.
«Это пульт дистанционного подрыва», — ответил я.
«М-м-м… я-я-я-ясна, — протянул белкус. — Слушой, а вот мы уже нескока городов аббижали и… ты как ваще, даволен маей работой?»
«Вполне».
«Можыт, какие-то есть нарикания? Или там… замичания? Можыт, мой менеджмент нада падвергнуть каким-то инавациям или мадернизациям?»
«Ну, смотри, — ответил я, чуть поразмыслив, — ты же сейчас совмещаешь в себе одновременно несколько должностей, верно?»
«Угу».
«И одно из них — это кадровик. То есть на тебе помимо прочего лежит задача организовать благоприятную атмосферу внутри коллектива, верно?»
«Верна».
«А раз так, то я предлагаю тебе впредь не убивать работников, — я с трудом удерживал серьёзное выражение лица. — Это несколько демотивирует и разобщает коллектив».
«Понил, — мотнул пушистой головой Чип. — Принял. Асазнал. Ну в астальном-то я молодест?»
«В остальном да».
«И заслужил награду?»
«На кнопку хочешь нажать?»
«Хочу, хайзяя! Очень хочу! — Чип аж затрясся мелкой дрожью. — Можно мне тыкануть, а? Ну пажалуйста, я патом всё что угодно сделаю!»
«Ловлю на слове…»
ㅤ
Если хочешь что-то спрятать — прячь на самом видном месте. Эта мудрость известна всем и с самого раннего детства. И пусть мудрость — это скорее рекомендация, чем чёткая инструкция к действию, сегодня я решил ей последовать.
А потому дальше мы решили ехать на Хулиганке Её Высочества. Ну кому на блокпостах в голову придёт, что в этом утлом пацанском тазу едут особы императорской крови? Да к тому же у нас вуали новые, до сих пор нигде не засвеченные.
Как мы теперь выглядели?
Хм-м-м…
Да люди, как люди. Без особых примет и дефектов во внешности.
Разве что Аня с Ариэль теперь как будто сёстры — обе огненно-рыжие, обе с веснушками и обе с изумрудно-зелёными глазищами. Ну и черты лица очень-очень похожи, уверен на девяносто девять процентов, что слепки и впрямь были сделаны с сестёр.
Как бы мне их ночью не перепутать…
Я внезапно стал блондином, Нага — вполне себе симпатичной буряткой, а вот Володе досталась вуаль… м-м-м… не скажу, чтобы вот прямо старика. Мужичка лет сорока, но такого. Поюзанного жизнью. С перебором морщинистого, небритого и усталого. Для полноты образа, надо бы Володе научиться плевать сквозь передние зубы.
Да и повадки подтянуть. Сморкаться, зажимая одну ноздрю пальцем, добавлять: «пу-пу-пу» — через каждые три-четыре слова и периодически чесать задницу.
Ну да ничего.
Если уж Владимир Дмитриевич осилил придворный этикет, то и с этим справится.
Из города я вылетел на Лаве. Не хочу, чтобы потом по камерам отследили, какие машины покинули город плюс-минус во время диверсий. Но далеко отлетать не стал — остановился на пятачке, с которого открывался отличный вид на Читу.
— Итак, друзья, — сказал я, высадив их вместе с Хулиганкой из криптора на дорогу. — Все ведь понимают, что японцы уже успели собрать на нашем пути все доступные им силы? И что кто-то из «деток» вполне может не повестись на автомобиль и вуали, а почувствовать в нас одарённых? И ещё, что дорога у нас одна?