Темный охотник 8 (СИ)
«Оооо, хайзяя!!! — потянул носом Чип. — Вот бы каждый денёчек такое!»
«Сиди, маньячина!» — шикнул я на него.
Первую канистру я упёр в педаль газа. Вторую бросил к себе в ноги, третью и четвёртую передал на заднее сиденье Володе.
— Это что⁉ Это горючее⁉
— Ага, — хохотнул я и следом извлёк из криптора ящик взрывчатки, ибо если схема хорошо работает, то зачем ей менять. — Зажжём?
Аня отозвалась на это безумным смехом, Нага с Ариэль переглянулись, Володя приподнял бровь, но затем кивнул.
Ну и взрыватель, само собой. Уверен, что оно и без меня прекрасно рванёт, но мне бы хотелось нажать на кнопку самому. Тогда, когда посчитаю нужным. Для драматического, так сказать, эффекта.
— Руки! — крикнул я. — Все держимся за меня!
На правое плечо тут же легла ладошка Ариэль, а на левое Наги. Володя как-то неуверенно схватил меня за локоть. А вот его сестра… Анна Дмитриевна, кровожадно улыбаясь, схватила меня за руку. Как будто бы в ней сегодня какие-то новые грани открылись. Или кажется? Или не кажется, а она просто хорошо маскировалась?
Ладно.
Не суть.
— Без паники! — крикнул я и утянул свою команду в тени.
Достаточно глубоко, чтобы испугаться холода и дискомфорта, но ненадолго. На одну лишь секунду, чтобы машина понеслась дальше без нас, а мы остались на дороге. Невидимые обычному глазу, мы остались стоять на месте в пограничных слоях теней.
Ребята смекнули что к чему, отпустили меня и подключили к делу ежей.
А ведь старинная поговорка Охотников гласит: где ежи, там и носороги. Хотя… ладно, это я только что сам придумал.
Тьма, призыв… и в атаку мы рванули невидимые и верхом на носорожиках.
Тем временем по машине уже застучали пули. Самые мудрые и проницательные из японцев заметили, что машина идёт на таран, и принялись разбегаться. Далеко не убегут.
ㅤㅤ Ooh it’s a killing machine, it’s got everything
ㅤㅤ Like a driving power, big fat tires and everything
Джип, из которого до сих пор ревел хэви, врезался в заставу и в ту же самую секунду я тыкнул на кнопку. Ну… скажем так, пускай склад боеприпасов рванул куда сильнее, зато этот был красивей, чем сакура в цвету.
Да и вообще. Это во время просмотра боевиков можно пресытиться взрывами, но вживую — никогда.
И-и-и-и-и… да! Как только распустившийся лепестками цветок взрыва чуть потух, первой градиной из ошмётков машин сверху на дорогу приземлилось горящее колесо. Приземлилось и поскакало куда-то по своим делам. Дальше — стеклянное крошево и невнятные фрагменты металла.
Горящий бензин разлетелся во все стороны ещё при взрыве и пожар тут же перекинулся дальше. Рядовые одарённые японцы уже выбыли — кто раненным, кто без сознания, а кто и погибшим. А вот «детки», не даром ведь элита, уцелели.
Уцелели, и теперь тщетно пытались перегруппироваться среди всей этой неразберихи. Однако куда там?
Мы уже идём. Мы с оружием. И мы, чёрт побери, на грёбаных носорогах!
ㅤ
Полчаса спустя…
Просто пятеро молодых людей просто пили кофе в просто кафешке. Да, на каждого была накинута вуаль, но в остальном всё было именно что просто.
Большой город жил своей жизнью после начала оккупации, и продолжал жить сейчас. То, что со стороны въезда в Читу сперва послышались взрывы, а теперь пёр густой чёрный дым никого особенно не смущало. Проблемы японцев местных не… не волнуют, короче. И если кого-то где-то немножечко взорвали, то не закрывать же по этому поводу кафе? С хрена ли, спрашивается, баня-то пала?
Не знаю как моей команде, а мне Чита пришлась по вкусу.
Старинные особняки, рядом, тут же — высотки из стекла и бетона, и всё такое непривычное, но неуловимо знакомое. Имелась у города эдакая «имперскость». Не показушная, а именно что истинная — спокойная и величавая.
Недаром всё-таки столица Забайкалья.
Чип уже бегал по ней со своим отрядом летучих гоблинов и лепил листовки, ну а мы, стало быть, ждали, когда он закончит.
— Ну как, полехчало? — Ариэль подсела поближе.
— О чём ты? — не сразу понял я.
— Ты сам не сфой после… той клятфы, — рогатая нежно погладила меня по руке. — Мне покасалось, этот поезд… что ты…
— Выпустил пар? — подсказал я.
— Да-да, фыпустил пар, точно! — улыбнулась Ари.
— Хм… ну, тому паровозу-то точно выпустил, — усмехнулся я в ответ. — Но да, знаешь, полегчало. Ещё больше полегчает, когда мы закончим эту идиотскую войну и вернёмся в эпицентр.
Аня с Володей, прислушивавшиеся к нашему диалогу, переглянулись. И только Нага самозабвенно копалась в меню, не обращая внимания на всякие мелочи.
Закрыв глаза, я попросил Ярозавра тщательно проследить, чтобы пленные души японцев никуда не разбежались. Надо их срочно отправлять на перерождение, а то… давят.
Фирсова я с отчётами пока что не набирал. Хотел, чтобы слухи о погоне и нашем героическом прорыве сквозь баррикады долетели до него сами, — так эффект интересней получается, как по мне.
Если, конечно, им суждено долететь из Читы до Москвы.
И они-таки долетели.
— Алло! — граф был явно встревожен. — Всё нормально? Все целы?
— Более чем, — уверил его я. — Хотя… Если честно… Если прям вот начистоту…
— Чернов, твою мать⁉
— Короче, — выдохнул я. — К моему прискорбию, Её Высочество недовольна соотношением робусты и арабики в читинском кафе. В остальном порядок.
— Ха-ха, блядь! — я прямо увидел, как голова Фирсова покрывается сединой. — Ха-ха-ха! Слушай меня внимательно, Чернов…
Так. Серьёзности в тоне не поубавилось. Случилось что-то?
— На нас вышел человек из Читы. Наш, канцелярский. Агент, ещё до начала всего этого законспирированный в аппарате силовых структур. До сих пор молчал, чтобы случайно не спалиться. Все на сторону японцев перешли, и он на всякий случай, в надежде что-то разведать. Разведать разведывал, но не связывался до поры до времени. Не понимал, какими технологиями располагают японцы, но ввиду недавних салютов решился и вот…
— Та-а-ак, — кивнул я, прихлёбывая кофе.
— Японцы поняли, кто входит в состав группы диверсантов. Причём ориентировки есть как на вас настоящих, так и вполне себе чёткие изображения вас под вуалями.
— Гхм… и где же мы успели мелькнуть?
— Да хрен его знает! Какой-то город…
Кяхта, должно быть. Больше мы нигде надолго не задерживались.
— Самое главное в другом. Ты представляешь, что сейчас начнётся? Японцы сейчас из кожи вон вылезут, лишь бы поймать детей Голицына, которые шастают по «их», — естественно, что это слово Фирсов взял в кавычки, — территории. Они же все силы приложат к тому, чтобы вас изловить. Это принцип.
— Допустим.
— Чего «допустим»? — сперва не понял Фирсов. — Чего «допустим»-то, Чернов⁉ — да и не сперва тоже.
— Пускай ловят, — просто ответил я. — Им же хуже.
— Ты, верно, не понимаешь. Теперь каждый ваш шаг сопряжён с реальной опасностью. На каждое действие тут же будет противодействие, и мы даже не знаем какое. Короче, — Василий Фёдорович выдохнул. — От лица Его Величества, я уполномочен объявить о завершении операции. Выбирайтесь оттуда немедленно.
Я немного помолчал. Сперва обвёл всех присутствующих взглядом, а затем выглянул в окошко — кафе мы выбирали из тех соображений, чтобы из него был виден столб дыма. Начали мы хорошо. Феерично начали, с огоньком.
Но-о-о-о…
Что ж…
Воля Его Величества есть воля Его Величества.
— А Император что-то говорил о маршруте, которым мы должны выбираться?
Фирсов в ответ затянул мягкую «Н», явно раздумывая — стоит ли заканчивать слово. Но в конце концов сдался.
— Н-н-н-ет, — ответил он.
— Вот и отлично! Тогда мы по пути ещё где-нибудь листовки расклеим…
Фирсов тяжко вздохнул.
— Не подчиняешься, да?
— Почему это⁉ — я аж хохотнул. — Подчиняюсь. Даже, я бы сказал, слушаюсь и повинуюсь! Просто…
— Ладно, чёрт с тобой. На этот случай Его Величество согласовал план «Б». Слушай, что вам нужно сделать в Чите…