Помню тебя (ЛП)

— Спасибо, Джени.
— По крайней мере вы не лысая. У мамы моего друга был рак, — сказал Джейсон, сделав большой глоток воды. — Она потеряла все волосы. Была лысой, как младенец. А потом умерла.
— Сочувствую твоему другу.
Натали сделала глоток чая. На лице мальчика читался гнев, но ей казалось, что это не из-за мамы друга.
— Бабушка говорит, что мы не должны сомневаться, когда люди умирают молодыми. — Джени подняла крышку с банки с печеньем и взяла одно. — Иногда у Бога на них другие планы.
— Например, гнить в земле? Брось. Чушь какая.
Джейсон взял печенье и сердито зыркнул на сестру. Она так же сердито уставилась на него в ответ.
— Нет, дурак, они отправляются на небо.
— Ага, конечно.
— Конечно. Верно, Натали?
Джени повернулась к ней. Натали мысленно застонала. Она последний человек, чтобы отвечать на вопросы этих детей. Где Лаура, когда она так нужна?
— Ну, наверное... — Умоляющее личико девочки доконало ее. — Конечно. И я думаю, что на небе очень спокойно и красиво.
Звучало убедительно.
— Если маме не станет лучше, она отправится на небо.
Нижняя губа Джени задрожала. Джейсон поперхнулся крошками и шлепнул сестру по руке:
— Заткнись, глупая.
— Ой!
— Эй, что тут происходит?
В дверь вошел хмурый Таннер со стопкой фотоальбомов в руках.
— Очень вовремя, — прошептала Натали.
Таннер поднял бровь и сосредоточился на детях:
— Я слышал, как ты кричишь на сестру?
— Нет, сэр.
Джейсон схватил бутылку воды и пошел к задней двери.
— Стоять, мы не договорили, — прорычал Таннер.
— Дядя Таннер! — Рыдающая Джени подбежала к Таннеру. — Он сказал, что мама не отправится на небо.
— Я не говорил!
Таннер положил альбомы, поднял племянницу на руки, прижал к себе и сделал Джейсону большие глаза:
— Зачем так говорить?
— Я этого не говорил. Не совсем.
— Говорил! — надулась Джени. — И он меня ударил!
— Джейсон?
Лицо Таннера потемнело, и глаза мальчика наполнились слезами. Натали вдруг стало его жаль. Всех их.
— Я не хотел, я просто...
Теперь и у Джейсона задрожала нижняя губа.
— Неважно. — Таннер покачал головой. — Мы с тобой позже поговорим.
— Ой, как будто у тебя правда есть время разговаривать со мной? Ага, точно.
Натали поежилась от мрачного взгляда, которым он наградил Таннера.
— Джейс, остынь. — Таннер подождал. Наверное, считал до десяти. Или до ста. — Я знаю, ты злишься, потому что я пропустил игру.
— Мы все равно проиграли.
— Бабушка сказала, ты забил два раза.
— И что?
Джейсон снова попытался уйти.
— Подожди. — Таннер схватил мальчика за плечо. — Мне не нравится, что тут произошло. И мне не нравится твой тон.
Джейсон стряхнул его руку, но остался на месте, лицо его не предвещало ничего хорошего. Таннер опустил Джени и сел на корточки перед ней.
— Я хочу, чтобы вы пошли в сарай и помогли Мигелю и Илиане с подготовкой к празднику.
Он вытер девочке слезы. Джени шмыгнула носом и улыбнулась:
— В прошлом году я помогала с цветами. Как думаешь, дядя Таннер, мне разрешат снова?
— Думаю, да. — Он чмокнул ее в щеку и выпрямился. — Если вежливо попросишь и будешь делать, что говорят. — Таннер бросил на племянника настороженный взгляд. — Ты тоже должен помогать. Я проверю.
— Да пофиг. Ты мне не отец.
Джени накрыла рот ладошкой и придвинулась к Натали.
— Что ты сказал, Джейс? — Таннер выпрямился во весь рост и навис над мальчиком.
— Я сказал, что ты мне не отец! Он не стал бы указывать мне, что делать!
Таннер отшатнулся, как будто получил пощечину, и провел по лицу ладонью.
— Сейчас я у тебя вместо отца, Джейсон. Так что не дерзи.
— Неправда. Мой папа приедет за мной. Он сам мне сказал.
— Он тебе сказал? — На скулах Таннера заиграли желваки.
Джейсон кивнул и с вызовом поджал губы. Натали задохнулась. Она взяла Джени за руку и повела ее к шкафчику, где дедушка хранил секретный запас конфет.
— И когда именно он тебе это сказал?
Голос Таннера дрожал от напряжения, и Натали понадеялась, что мальчик примет это во внимание.
 
— Вчера вечером. Бабушка была во дворе, а ты на работе. Я взял трубку.
Натали насыпала Джени горсть «M&M’s», надеясь, что та не слышала.
— Теперь нам можно пойти в сарай? — Джени подскочила к Таннеру и потянула его за руку. Он стоял прямо, словно аршин проглотил, его напряжение ощущалось физически. — Дядя Таннер?
— Да. — При звуке ее голоса он как будто очнулся, погладил ее по голове и развернул к двери. — Идите.
Джейсон ждал, скрестив руки на груди.
Таннер кивнул, мрачно сжав губы:
— Иди с сестрой. Поговорим позже.
Его племянник промаршировал за дверь, подзывая собак.
Натали поморщилась, услышав тяжкий вздох Таннера. Он с силой сжал руки на шее, застыв всем телом... Ее сердце разрывалось от боли за него.
— Хочешь верь, хочешь нет, я думаю, что ты отлично с ними справляешься.
Таннер повернулся к ней:
— Ты слышала, что он сказал? Он разговаривал с Рэнсом. Как он посмел звонить домой и говорить с Джейсоном без моего разрешения?!
Натали налила в кружку кофе и подала ему:
— Очевидно, он не считает, что ему нужно твое разрешение.
— Так я ему объясню.
— Таннер. — Она опустилась на стул, оценивая степень его гнева. — Ты или твоя мама являетесь официальными опекунами детей?
Он сделал глоток и уставился в открытую дверь.
— Нет. Не являемся. — Его голос сорвался, и он прочистил горло. Присоединился к ней за столом и обхватил голову руками. — Знаешь, я уверен, что в Библии есть строки о том, что Бог посылает нам ровно столько испытаний, сколько мы можем вынести.
— Я как раз вчера говорила это своей подруге Лауре. — Натали улыбнулась совпадению. — Но она заявляет, что на самом деле это значит, что Он посылает нам ровно столько, сколько Он может вынести.
На губах Таннера появился намек на улыбку:
— Может, нам познакомить Лауру с моим другом Дэвидом?
— С Дэвидом? — Натали нахмурилась. — Тем Дэвидом, с которым ты тусовался, когда я приезжала сюда?
— С тем самым. Только сейчас он пастор. Вгоняет меня в сон почти каждое воскресенье.
— Ты шутишь. — Удивительно. — Он был еще стеснительнее меня.
— Больше нет. Только заикнись про Иисуса, и он все уши тебе прожужжит. — Таннер усмехнулся. — Но он все равно очень крут.
— Не сомневаюсь. Но Лаура замужем. Хотя у нее есть младшая сестра, Стейси, которая так же увлечена Иисусом.
— Давай сделаем это. — В глазах Таннера сверкнула смешинка. — Может, тогда он перестанет совать свой нос в мою личную жизнь.
Натали покраснела под его взглядом.
— Хотя у меня ее и так нет. И вообще. — Таннер кивнул на стопку. — Я принес эти старые альбомы для тебя. Мама думает, что, возможно, тебе захочется посмотреть.
Натали не хотелось. Но откуда Саре знать.
— Спасибо.
Таннер снова против воли уставился на нее, и она вспомнила о волосах. С минуту они переглядывались, прежде чем она решила избавить его от мучений.
— Привлекательно, я знаю. — Она провела рукой по волосам. — Думаю насчет ежика. Не уверена, что это можно исправить.
Она постучала пальцами по коробке с набором, которую положила на стол раньше.
Его глаза расширились, но он не проронил ни слова. Отлично, она поразила мужчину до потери дара речи.
— Ты сама сотворила такое с собой?
— Не рассчитала силы. Разбираешься, как эта штука работает?
Таннер потянулся к набору и поднял крышку:
— Ты же не серьезно насчет ежика?
Натали пожала плечами:
— Насколько сложно это может быть? Вжик-вжик-вжик. Готово.
Он изогнул бровь и засучил рукава своей синей Хенли, потом длинно выдохнул и взял черную пелерину, которую она тоже достала из шкафчика.
— Боюсь, совесть не позволит мне дать тебе сделать это. Идем со мной.
— Что? — Натали хотела засмеяться, но его лицо было таким серьезным, что она не посмела. Он уже направлялся к выходу с ножницами. — Куда ты?