Грешные ночи с любовником (ЛП)

В его голове пронеслась шальная мысль, что ему следует вернуть ее и забыть страстный и нежный голос. Затем он услышал голос Джека, твердый и лишенный каких-либо эмоций, рассекавший его мысли, который объяснял, что Эш недостаточно хорош, чтобы быть его наследником. Не достаточно хорош…
Теперь больше, чем когда-либо, он был убежден, что их брак будет для нее благом. Для них обоих. Это спасло бы ее от положения любовницы на содержании какого-то мужчины и дало бы ей право на законную жизнь. Он предлагал ей свободу. Ему просто нужно заставить ее понять это.
  
— Вы не едите в Испанию, — начал Эш, его голос был тихим, но твердым, — больше не едите. Теперь вы путешествуете со мной в Шотландию. По дороге туда вы поймете, что я предлагаю вам кое-что, что ваш покровитель никогда вам предложить не сможет.
В этом он ее убедит.
— И что же это такое?
— Свободу. Средства, чтобы быть независимой женщиной, идти, куда вздумается, делать, что захочется.
Мгновение Маргарит молчала, и он знал, что она заглотила наживку. Она слушала, возможно, в первый раз.
— Вы не планируете заставить меня силой выйти за вас замуж…
— Мне не придется делать этого, — ответил он. — Вы увидите здравый смысл в этом. Мы воспользуемся путешествием, чтобы лучше узнать друг друга. — Эш услышал, как она вздохнула и почувствовал, как ее вздох отозвался в нем. Хороший знак. Она уступала. Еще одна приманка — и дело будет сделано. Он был уверен в этом. — Нам нет необходимости даже довершать брак, деля постель. Это будет притворством. Через несколько месяцев вы можете идти, куда вам вздумается… полностью обеспеченной.
— Несколько месяцев, — эхом повторила она.
Ошибки быть не могло, он слышал неодолимое желание в ее голосе.
— Окажите себе услугу, не торопитесь и подумайте над моим предложением во всяком случае.
Голос лился спокойно и тихо, несмотря на все напряжение, пронизывающее его в ожидании ее ответа.
— Хорошо, — наконец прошептала она. — Я подумаю над этим.
Эш откинул голову на сидение.
— Вам следует отдохнуть, пока мы не доедем до гостиницы, — предложил он, чувствуя внезапную усталость, а вовсе не триумф, которого ожидал, услышав от нее почти согласие.
Все пошло не так, как он думал… не то, чтобы Эш много задумывался о том, как они могли вести себя друг с другом… или о ней вообще. Он определенно не учел, что она может принадлежать другому мужчине. Неосознанно его рука сжалась в кулак.
— Когда мы остановимся?
— Мы поздно выехали. Уже почти стемнело. Остановимся прямо за городом. Осталось не так долго.
Потом все будет лучше, поклялся он. Эш отвернулся и устремил взгляд сквозь тонкие занавески на окне, наблюдая, как темные фигуры пролетают мимо. Должно быть лучше. Он не мог принять поражения. Не в этом случае. Хоть он и не мог принудить какую-то женщину выйти за него замуж против воли, он не сдастся до тех пор, пока не убедит ее согласиться стать его женой.
В воображении он представил вечер впереди. Они обменяются любезностями и придут к согласию, что еда просто чудесна, а потрескивающий огонь дарит уют и согревает воздух. Он будет развлекать ее, следуя нормам приличия, очаровывать ее, сделает комплимент прекрасным глазам,… будет ухаживать за ней, чтобы в итоге она сама упала в его объятья и вышла за него замуж без лишней суеты и возражений.
Нет никакой причины, чтобы что-то между ними пошло не так, и события не приняли дружеский характер. Эш вздохнул и расслабился, откинувшись на спинку сидения, позволяя видениям о браке заполнить его мысли. Он сам почти верил им.
Глядя на тень мужчины, который насильно увез ее, Маргарит не могла отрицать правду и дальше. Она больше не лгала себе и не притворялась. Вот он, здесь, столь же пристально смотрит на нее в ответ. Все указывало на это. Знаки, которых невозможно было избежать и не заметить. Они были столь же отчетливы, что и крепкое мужское тело человека, сидящего напротив. Действительность устремила на нее свой холодный взгляд.
Мадам Фостер не обманывала.
Но в тоже время Маргарит сопротивлялась этой горькой правде, она припомнила кое-что, что женщина сказала ей в своей шумной гостиной. Нечто, что дало Маргарит надежду и решимость, побуждающую помешать негодяю, который сидел напротив и был столь уверен в ее поражении:
«Судьба ни одного человека не высечена на камне. Решение, принятое за один миг, способно изменить ее ход».
Маргарит сделает это, она изменит свою судьбу, сделает все, что в ее силах, чтобы воспрепятствовать тому будущему, которое предрекла мадам Фостер. Она должна. Чего бы это ни стоило, она не выйдет замуж за заносчивую скотину с завораживающим голосом. И пока этого не случиться, она будет в безопасности. Этого, прежде всего прочего, не должно произойти. Пусть считает, что она приняла его предложение все обдумать. Если он будет рассчитывать на ее уступчивость, то сбежать от него будет легче.
Они сидели в тишине. Маргарит раскачивалась в такт движущейся повозке, покусывая кончик большого пальца, грызя его так, как, бывало, делала, когда была ребенком. Первый раз возле постели своей больной матери, затем позже, замерзшая и голодная, а зачастую и нездоровая, когда спала в крошечной кроватке на втором этаже Пенвичской школы для добродетельных девочек.
Она снова чувствовала себя также: не больной, но замерзшей, беспомощной. Судьба, которую она не выбирала, окружала ее, душа в жутком непроглядном тумане.
Это не повторится вновь, поклялась Маргарит. Никогда снова не произойдет.
Она больше не беспомощный ребенок, а взрослая женщина, и не собирается умирать, так и не ощутив полноты жизни.
Маргарит не могла верить его обещанию о временном формальном браке. Ни на миг. Слишком многое зависело от того, говорит ли он правду или же лжет. Она не ожидала ничего хорошего от человека, который посмел похитить ее. Пусть думает, что она сдалась, что согласна принять его нелепое предложение, а затем, когда его бдительность ослабнет, она оставит его ни с чем, полностью поверженным.
У нее было все, что она планировала для себя: приключение, страсть, впечатления, которые она никогда не позволяла себе.
Жизнь. Наконец-то, у нее была жизнь.
  
Глава 9
 
Невероятно, но Маргарит задремала, привалившись к стенке экипажа. Ее сон был беспокойным, время от времени, она просыпалась от толчков, когда колеса кареты попадали в выбоину на дороге. Маргарит разлепляла веки и оценивающе смотрела на тень на другом конце повозки — едкое воспоминание, что она находилась далеко от своей безопасной постели в отеле Давентри, что ее увезли далеко от путешествия в Испанию с Роджером и приключения всей жизни, которое она обещала себе.
Воспоминание о голосе ее похитителя, глубоком и низком, обволакивало ее — реакция, причиняющая беспокойство и сбивающая с толку. Почему ей следует чувствовать что-то, кроме страха к безликому незнакомцу, который вознамерился сделать ее своей женой? Он представлял все то, чего она должна избегать.
Напомнив себе, что они были не так далеко от Лондона, Маргарит стерла остатки сна со своих глаз. Она все еще могла добраться до своего отеля ко времени завтрашнего отъезда. Роджер говорил, что заедет за ней в полдень. Украдкой она взглянула на темный абрис напротив. Он сидел неподвижно, словно камень, но Маргарит не стала обманывать себя. Она знала, что он не спит и, вероятно, все это время наблюдал за ней. Кот, следящий за своей добычей. Корни волос на затылке покалывало. Это было довольно глупо, но она задавалась вопросом, видит ли он ее? Способен ли его взгляд пронзать тьму, подобному взгляду одного из хищных чудовищ?
  
Когда повозка наконец-то замедлила ход, она подалась вперед, сразу насторожившись и приготовившись сбежать при первой же возможности, и не важно, что воспоминание о его голосе обрушилось на нее и подобно жидкому жару, осело внизу живота. Маргарит сказала себе, что это происходило лишь из-за ее решения отказаться от пристойного поведения и бросится в объятья чувственного удовольствия, которое пробудило эту скрытую часть ее сущности. Ничего больше. И не он конкретно. Боже, конечно же нет. Она даже не видела его лица.