Грешные ночи с любовником (ЛП)

— Одна из горничных, полагаю? Все женщины в моем штате принимаются глупо хихикать при виде тебя. Есть ли женщина, которую ты не можешь соблазнить?
Эш фыркнул. Джек знал все о том, как уложить женщину в постель. Об этом свидетельствовали его незаконнорожденные отпрыски.
— Зачем ты здесь, Эш? — спросил Джек резким тоном, который сказал Эшу, что партнер уже все понял.
— Я хочу услышать правду от тебя.
  
Джек, прежде чем начать говорить, изучал его в течение долгой минуты.
— Я отец. Неужели настолько удивительно, что я хочу увидеть своих дочерей? Я уже немолод.
— Я знаю, что ты собрал их всех здесь, чтобы продать с аукциона каким-то чертовым дворянам.
Он почувствовал, что его верхняя губа насмешливо изогнулась.
— Неужели это так плохо: хотеть увидеть моих девочек хорошо устроенными…
Эш прервал его смехом. Ничего не мог с собой поделать. Слишком хорошо он знал Джека Хадли, чтобы поверить в то, что тот был исполненным благих намерений отцом, обеспокоенным благополучием своих дочерей.
— Да брось, Джек. Ты хотя бы знаешь их имена? Дело в тебе. В том, чтобы заполучить себе в зятья герцога.
Красноватое лицо старика ярко вспыхнуло.
— Конечно, я знаю их имена. Я выбился из сил, выясняя их местонахождение, разве нет? Они все здесь… — Хмурое выражение промелькнуло на его лице. — Ну, я так думаю. Последняя должна приехать сегодня. Она была немного неуловима. Чертовски неудобно. Я запланировал большой вечер, и она нужна мне здесь.
Последняя. Она даже не заслужила имени. Она не обладала личностью. И все же Джек передаст ей, каждой из них то, ради создания чего Эш так тяжело работал. Это было невыносимо.
— Так ты не отрицаешь, что вызвал их как своих наследниц? Что намереваешься выдать их замуж и раздать все, ради чего я трудился…
— Это ведь не все твое, не так ли? — отрезал Джек.
Эш проигнорировал вопрос, настаивая на своем.
— Игровые дома едва держались на плаву, когда ты сделал меня партнером. Прииск, фабрика… мне пришлось убеждать тебя, чтобы ты хотя бы согласился вложить капитал…
— Но я согласился, — вставил Джек. — Ты не мог купить прииск или фабрику без меня. И ты сделал меня очень состоятельным человеком. Таким богатым, что я могу купить себе любого зятя, какого захочу.
Эш резко втянул воздух.
— Как насчет меня? Разве меня нельзя рассматривать в качестве кандидата? — Им завладела дикая идея, и он не мог от нее избавиться. Если женитьба на одной из дочерей Джека поможет ему обеспечить хотя бы небольшой контроль над империей, которую он построил, то так тому и быть. Правда, все еще останутся две другие дочери и их мужья-щеголи, с которыми придется бороться, но он справится. Да и к лучшему, если он будет женат на прямой наследнице. Одна треть доли Джека будет его. Вместе с долей, которой Эш уже владеет, у него будет преобладающее большинство.
Джек поднял густую бровь.
— Ты хочешь жениться на одной из моих дочерей? Ты?
Кожа у глаза пульсировала под оценивающим взглядом Джека. Конечно, он не хотел жениться на одной из его девиц. Эш ни на ком не хотел жениться, и еще меньше на какой-то женщине, которую никогда прежде не видел. Но в данный момент он хотел знать, что человек, который спас его от голода и жестокого обращения, человек, который был ему как отец, считал его вполне подходящим для этого.
— Возможно, — ответил Эш и задержал дыхание, пока Джек рассматривал его спокойным, твердым взглядом.
— Прости, Эш. Ты знаешь, ты мне как сын, но у меня большие планы на этих девочек, и ты не очень подходишь для них. — Выражение лица, должно быть, выдало Эша, потому что Джек добавил. — Ты не можешь стать моим зятем. Ты не отличаешься от меня — еще одна помойная крыса.
Эти слова как молотом отозвались в Эше.
— Понимаю.
Кивнув, он повернулся и направился прочь из комнаты, каждым шагом сапог по ковру все глубже вколачивая полученное от этих слов оскорбление.
Он действительно понимал. Теперь он все видел ясно. Джек отлично донес до него свое послание. Эш — недостаточно хорош и не заслуживает сохранить полностью себе империю, которую выстроил из двух разваливающихся игорных домов. Он просто не достаточно хорош, чтобы стать единственным наследником Джека.
Вот только никто не смеет говорить ему, что он недостаточно хорош. Что не может чего-то иметь, что бы ни сделал, что бы ни сказал, и как бы усердно ни старался. Эш доказал это за прошедшие годы.
И докажет снова.
Он может не хотеть жениться, но сделает это.
Эш получит одну из дочерей Джека, украдет ее прямо из-под его носа. Какого бы чертового герцога Джек не подыскал для нее, тот просто останется ни с чем. Потому что Эш не собирается проигрывать.
Ни за что.
  
Глава 7
 
Она была одета явно неподходяще к случаю.
Эта достойная сожаления мысль промелькнула в голове Маргарит, когда она вошла в гостиную Джека Хадли, чтобы присоединиться к своим сестрам. Ее отец, как проинформировал девушку дворецкий, был в данный момент нездоров, но позже присоединится к ним. В самый раз. В конце концов, она пришла сюда не ради него.
— Маргарит? — Старшая из двух девушек поднялась, ее изящные юбки заколыхались, когда она с легкой уверенностью двинулась вперед. — Я боялась, что ты не придешь. — Она жестом указала в сторону другой девушки, очень тихо сидящей с аккуратно сложенными на коленях тонкими руками. — Мы начали опасаться, что ты не захотела встречаться с нами.
— Конечно, я хотела встретиться с вами. Обеими.
«Особенно перед тем, как уеду».
Маргарит нехотя шагнула вперед, неуверенная, куда сесть.
— Проходи, садись. Я Грир, а это Клеопатра.
— Клео, — поспешно поправила та, чьи волосы были почти такими же темными, как у Маргарит. Мрачная улыбка скривила ее губы. — Моя мать немного с причудами.
— Ты живешь с матерью?
На кончике языка Маргарит вертелся вопрос, почему она здесь, если у нее есть мать.
— Да, и с отчимом, — гримаса пробежала по бледному лицу девушки. — И со сводными братьями и сестрами.
— Четырнадцатью, ты можешь в это поверить? — вставила Грир, заправляя золотисто-каштановый локон обратно в свободно собранный пучок на затылке. Ее кожа была немодно загорелой, но даже это не скрывало россыпь коричневых веснушек на носу и щеках.
Грир наклонилась вперед. Дотянувшись до чайного сервиза, она наполнила чашку Маргарит.
— Четырнадцать? Как замечательно, — пробормотала Маргарит.
Клео пожала плечами.
— Не очень. Зачем еще я ответила на требование явиться от отца, который никогда прежде не стремился меня признать?
Маргарит медленно кивнула, ценя ее искренность и ощущая отголоски того же чувства, нахлынувшего на нее.
— Значит именно поэтому ты здесь?
— Поэтому мы обе здесь, — прояснила Грир. — У нас обеих ограниченные возможности. Клео устала быть одновременно прислугой, поварихой и нянькой, а я… ну, мне просто нужно было убраться подальше от дома. — Темные глаза Грир приняли отсутствующее выражение. Она потянула плотно облегающий рукав и почесала под ним запястье, что убедило Маргарит в том, что девушке было бы значительно удобнее в чем-то другом. — Мне надо было уйти давным-давно, но у меня никогда до этого не было возможности. И вот мы тут. А что насчет тебя? Ты останешься?
— Нет, это не входит в мои намерения. Я пришла, чтобы встретиться с вами обеими. — Маргарит прочистила горло, решив, что сейчас такой же хороший момент, как и любой другой, чтобы сообщить о своем намерении покинуть страну. — Прежде, чем я уеду.
— Уедешь? — спросила Клео. — Куда ты едешь? Ты же только приехала.
  
— Я уезжаю. Завтра. В Испанию.
— Испанию? Как волнующе. — Грир сделала большой глоток чая и потянулась за печеньем. — Я не уезжала из дома дальше, чем сюда. Будет справедливо предположить, что ты не стеснена печальными обстоятельствами, заставляющими тебя принять гостеприимство отца, который всю жизнь пренебрегал тобой? Хорошо тебе.