Академия для Магнолии (СИ)

Магистр Эринэль не успел скрыть от меня, что и его живо интересует грандиозная для нас обоих проблема. Потом, выпустив «Сферу Молчания», нехотя признался:
– Без помощи стихий мы почти ничего не сможем сделать. Их колдовской дар, как и твой, родом не с Риасса. Поэтому местная магия и чары им почти не вредят.
Я всего на миг задумалась, а потом озвучила совсем неожиданную мысль, что пришла мне в голову всего мгновение назад:
– Кажется, я поняла, почему адепт Холен Кэлл так жаждет заполучить в жёны именно меня, – увидеть удивление на лице моего любимого эльфа было забавно.
Его губы шевельнулись, но ни единого звука с них не сорвалось. Поэтому ответила сама, поймав встревоженный взгляд будущего мужа.
– В моей крови причудливо переплелась местная и чужая магия. Вдобавок ещё и обрела вторую ипостась. Очень надеюсь, что мне удастся сохранить эту тайну как можно дольше. Иначе, боюсь, моя опасность перевесит полезность. В этом случае от меня могут пожелать попросту избавиться.
– Мы будем осторожны, Магнолия. Только так можно надеяться, что мы вместе справимся с любыми неприятностями.
Суть Моря и Суть Ветра дали мне спокойно отдохнуть до утра, так как перелёт оказался долгим. Он потребовал много сил, чтобы добраться до пограничной крепости магистра Габриэля Рэння как можно быстрее и по возможности незаметнее. Потом меня снова стали обучать стихийному колдовству. Только, на этот раз, не заставляя выходить за рамки возможностей собственного тела и психики. Явно опасались полного выгорания и утраты многогранных талантов. Правда, они настоятельно требовали полного контроля и шлифовки.
Я не собиралась становиться пешкой в игре императора, ректора Авира Тення и их матерей. Особенно в свете того, что подозревала, что именно мной собирались откупиться от второго Наследника, чтобы он больше не стал претендовать за трон. Лишь то, что Холен уродился высшим вампиром, делало исполнение его заветной мечты совершенно невозможным событием.
Всё медленно, но верно, шло своим чередом. За пролетевшее чересчур быстро лето я под руководством стихий заметно подросла не только в плане управления своими стихийными дарами. Чары, что подарил мне род Холты, тоже теперь были гораздо покорнее моей воле, но возрастающее день ото дня беспокойство подсказывало, что покой нам только снится.
Пока Линнарр не станет новым императором, женившись по любви, его отчим сделает всё, чтобы избавиться и от пасынка, и от собственной внебрачной дочери. Причём сделает гадость чужими руками. Из всех нас в относительной безопасности были только Орхидея и императрица Виктория. Первая была слишком осторожна, чтобы лишний раз не привлекать к себе ненужного внимания. Маска раскрепощённой и не желающей связывать себя никакими узами, кроме своей любимой Академии, колдуньи часто спасала её от крупных проблем.
Если бы кто-то только заподозрил, что ведьма очень осторожно помогает Виктории и Флоре, то за жизнь этой женщины никто бы и ломанного медного гроша не дал бы. Только все заинтересованные были не в курсе, кто на самом деле стоял за многими фиаско правителя и ректора тёмных магов, связанного с ним близким родством.
За окном стремительно вечерело. Я, приятно уставшая, предвкушала сытный ужин и долгожданную прогулку в обществе Эри, когда на подоконнике возникла небольшая угольно-чёрная сова с проницательными синими глазами. Она могла принадлежать только ректору Орхидее.
Через мгновение лицо наставницы встало у меня перед глазами. В голосе ведьмы было столько беспокойства, что сразу поняла, что дела в столице идут из рук вон плохо.
– Что случилось, моя госпожа?
– Император Риннарр Гелль сделал шаг, какого от него никто не ожидал. Он признал Виккетти и сделал её своей Наследницей. Лин был вынужден бежать, но его схватили. Благо, что переиграть, кому передать трон, заново правителю уже не удастся. Авир пошёл на поводу собственной алчности и посмел требовать больше того, что ему было предложено. В итоге он был обвинён в государственной измене и выслан руководить Академией в одной из Зачарованных Долин в Туманных Скалах. Это мрачное место на севере нашей страны, куда правители ссылают ближайшую родню. Ведь проливать кровь «Царственных» категорически запрещено.
 
– Видимо, император Гелль прекрасно и сам понимает, что даже ему никто не даст так беспардонно нарушать традиции предков.
В воздухе протаяла Лангирра Гелль. Она с мукой посмотрела на меня, заломив тонкие руки:
– Виккетти собираются выдать замуж силком, даже не дав окончить обучение. В будущие мужья подобрали одного из Тенней. Этот дракон настолько бесхарактерен, что отец девушки будет править, заставляя несчастного строго следовать малейшей прихоти тайного повелителя империи Акросс.
– Если Лин и Викки даже просто симпатизируют друг другу, то им обоим нужно немедленно отправляться в Поющую Долину и заключать нерасторжимую помолвку. Естественно, если Наследница сама сделает предложение бывшему Наследнику. Другого выхода им попросту не оставили, – я побледнела и почувствовала, что мне стало настолько дурно, что желудок явно испытывал позывы избавиться от того, чем имела глупость перекусывать во время небольших перерывов во время муштры по стихийному колдовству.
– Не получится, – голос Орхидеи дрогнул, выдавая весь ужас сложившегося положения. – Линнарра бросили в подземелья дворца и заковали в антимагические оковы. Его мать тоже оказалась в камере, чтобы не попыталась спасти собственного сына от горькой участи.
– Тогда нам надо как-то проникнуть туда и освободить их обоих. Потом помочь Викки и отправить две пары к Водопаду Рока. Убить их никто не посмеет. Ведь в этом случае стихии устроят отступникам настоящий ад, – на меня в немом изумлении устроились три пары глаз.
  
Глава 20. Паук плетёт паутину 
 
– И как мы провернём все это? – ректор «Акросской Императорской Академии Ведьмовства и Чёрной Магии» слабо представляла себе, как следует поступить, чтобы не угодить в казематы за государственную измену.
– Надо собрать всех, кто на нашей стороне, и разработать план. Сколько у нас есть времени?
– До Новогоднего Месяца. Правда, что-то мне подсказывает, что до него Линнарр, скорее всего, не доживёт. Дартарра Гелль и Киннарра Теннь не пощадят никого, кто даже в малом способен нарушить их грандиозные планы по бесконечному благоденствию. Они даже Авира не пожалели, когда тот посмел играть по собственным правилам. Табб боится своих матери и тётки до икоты. Надо признаться, совершенно обоснованно. Поэтому, чем скорее мы провернём это скользкое и опасное дело, тем лучше. Сегодня вечером все заинтересованные лица из тех, кому можно доверять, соберутся на поляне. Её предложат стихии. Лишь под их покровительством можно будет решать такие вопросы, не опасаясь огласки. Сами понимаете, что в этом случае наша затея может увенчаться лишь позорным провалом.
Сразу после ужина мы с Эри отправились вслед за Сутью Моря, чтобы избежать и тени затруднений по пути на своеобразное совещание.
Суть Ветра рассеянно потрепал по холке Нура, явно раздумывая, как лучше поступить в сложившейся ситуации. Его возлюбленная с трудом скрывала собственное беспокойство. Хотя и очень старалась казаться такой же гордой и невозмутимой, как неприступные горные пики.
– Наше волшебство действует слабее там, где воздух напоен магией и колдовством других народов, – с явной неохотой признался мужчина. Было видно, что сладить с собственным самолюбием стихиалю оказалось совсем непросто. – Заклинания нашей магии и колдовские плетения действуют без осечек только там, где нет сильных посторонних возмущений.
Ректор Орхидея, что уже была тут, когда мы с Сутью Моря и Эри пришли, нетерпеливо побарабанила по толстой ветви росшего рядом дерева ухоженными ноготками и проворчала:
– Дартарра Гелль и Киннарра Теннь ведут какую-то свою игру. Им нет дела до того, чего желает сам император. У них какие-то свои планы на Виккетти. Они обе были категорически против того, что Лина и Викторию заточили в подземельях дворца. Честно говоря, не знаю, что им пришлось не по вкусу в планах их сына и племянника.