Во мраке Готэма (ЛП)

- Что ж, - ответил Том, - хоть у меня и остаются некоторые сомнения... Но тот факт, что место преступления настолько полно отображает фантазии, описываемые Фромли, кажется мне слишком подозрительным совпадением, чтобы мы могли его игнорировать.
- У меня последний вопрос, - вставил я. - Как вы считаете, почему убийца накрыл лицо Сары куском её платья?
У Алистера загорелись глаза, словно он только и ждал, когда кто-нибудь задаст этот вопрос.
  
- Если в двух словах, то ваш вопрос как раз затрагивает тему, почему я так надеялся на реабилитационный потенциал Майкла Фромли. Во всех своих фантазиях он всегда поступал подобным образом, и я видел в этом акт раскаяния о содеянном. В самом конце он чувствовал вспышку стыда, поэтому накрывал жертву и оставлял ей хоть какое-то подобие чувства достоинства. Другими словами, в конце долгого процесса обесчеловечивания жертвы он снова очеловечивал её.
- А нам известно что-либо о том, почему он выбрал именно эту девушку? - уточнил Том. - Если Фромли действительно убийца, что же заставило его выбрать в качестве цели непосредственно мисс Уингейт?
- Не могу сказать точно, - начал Фред Эббингс, - но её физический профиль схож внешне с женщиной из постоянных фантазий Фромли. Я пересмотрю свои записи.
Мои мысли завертелись, пытаясь сразу осмыслить столько идей. Я не мог понять, как Алистер и его коллеги могли с уверенностью утверждать всё, что сейчас мы обсуждали. Но каждый из них имел авторитет в своей области, и сейчас они предложили очень связное и логическое объяснение.
- Из всего сказанного я могу заключить, что Майкл Фромли определённо является подозреваемым в этом деле, и должно быть проведено тщательное расследование. Я ценю ту помощь, что вы мне оказываете, - произнёс я. - Алистер, можете ли вы договориться о встрече с кем-либо из семьи или друзей Фромли, кто мог бы нам помочь определить его местонахождение? А я тем временем поговорю со знакомыми Сары Уингейт и постараюсь узнать как можно больше о ней самой. Будем вести расследование как традиционными, так и не традиционными методами.
- Я просил Горация сегодня утром поговорить с Ричардом Бонэмом - профессором математики в этом университете - и получить от него основную информацию о Саре. Он знал её не только в качестве студентки его предмета, но и как самую близкую подругу его дочери, - заметил Алистер. - И ещё мы установили, что Сара фактически жила вместе с семьёй Бонэм в их доме на пересечении 113-ой и Риверсайд-драйв.
- Ага, да, - сказал Гораций. - Я первым делом сегодня утром разговаривал с Ричардом Бонэмом. Вообще-то, я встретился с ним всего через полчаса после того, как к нему пришёл полицейский с новостями об убийстве, - Гораций сиял от удовольствия и явно был очень доволен собой.
- Профессор Бонэм кое-что рассказал. Он видел в девушке огромный научный потенциал. Но в общественной жизни она была скорее бунтаркой, одной из тех зачинщиц-феминисток, что отчаянно сражаются за право голоса и постоянно участвуют то в одной демонстрации, то в другой, - продолжил Гораций. - А в прошлом месяце она с группой единомышленников устроила на крыльце президентского дома пикет, требуя для женщин программ обучения в магистратуре.
Мой взгляд упал на Изабеллу. Когда она посмотрела на Горация, снова сидевшего справа от неё, в её глазах читалось неодобрение. Но это случилось так быстро, что я даже решил, что мне привиделось. И я снова не заметил, как Гораций пересел.
- Гораций, а разве ваша невеста не является членом одной из подобных феминистских групп? - спросила Изабелла. - Вам придётся изменить своё мнение после того, как вы женитесь следующим летом!
- Она не входит в такие феминистские группы, - огрызнулся Гораций, вспыхнув от смущения.
- Хватит об этом, - перебил его Том. - В конце концов, Сару Уингейт убили не из-за этого.
- Вообще-то, мы не можем этого утверждать наверняка, - возразил я. - Мы не знаем, каковой была её связь с Майклом Фромли, и она ли привела к убийству Сары. И пока мы не раскроем это дело, ничего из жизни мисс Уингейт не может быть несущественным.
- Зиль прав, - с непроницаемым выражением лица произнёс Алистер. - Гораций, прошу тебя, продолжай.
- Ага, да, - замялся Гораций. - Сара собиралась получить докторскую степень по математике и как раз этой осенью перешла на четвёртый курс. По словам профессора Бонэма, у неё были превосходная успеваемость, и девушка подавала большие надежды. И ещё он упомянул, что она на полставки работала в деканате. Обычная бумажная работа.
- Спасибо, Гораций, - сказал Алистер. - Возможно, кто-то из друзей Сары сможет рассказать об этом побольше.
- У меня есть список её друзей, - произнёс Гораций, вытаскивая из кармана мятую, заляпанную бумажку. - Хотите, чтобы я с ними поговорил?
- Этим займусь я, - вставил я, и Гораций без возражений отдал мне бумажку. Хоть я и принимал дополнительную помощь от этих людей, но успех или провал всего дела лежал полностью на мне. А я не любил полагаться на субъективное мнение других. Особенно это касалось опросов свидетелей, где я всегда оценивал полученную информацию и её возможную достоверность по манере разговора человека.
Скорей всего, Алистер это понял, потому что сразу же начал давать указания остальным - но только с второстепенными для расследования задачами. Том и Фред, как старшие преподаватели, отправятся в приёмную, возьмут там список посещаемых Сарой предметов и поговорят со студентами о её работе.
Также они посетят деканат и узнают, как долго мисс Уингейт там работала, и каковы были её обязанности. Гораций сходит в отдел студенческой газеты «Обозреватель» и просмотрит там содержание статей, в которых упоминается Сара Уингейт. А Алистер тем временем постарается дозвониться до семьи Фромли - Уоллингфордов и договориться о немедленной встрече.
А я же за это время опрошу семейство Бонэм и Калеба Мюллера - научного руководителя девушки. Алистер обещал встретиться со мной на пересечении 113-ой и Бродвея в час дня, уверенный, что к тому моменту уже сможет договориться с Уоллингфордами о встрече.
После дачи указаний коллегам Алистер отвёл меня в сторону.
- Вы, вероятно, захотите взять с собой к Бонэмам Изабеллу. В её присутствии мисс Бонэм будет чувствовать себя комфортнее, и тогда ваш опрос пройдёт более гладко.
- Понял. Но сперва я бы хотел связаться со своим офисом. Можно воспользоваться вашим телефоном? - попросил я.
Алистер отвёл меня в свой личный кабинет за соседней дверью, где я закрыл дверь и набрал Джо. Пришлось немного подождать, прежде чем Чарли, наш секретарь, позовёт к того телефону. Я поведал напарнику о нашем разговоре, не упуская ни одной детали.
- Ты веришь всему, что говорит профессор? - спросил Джо. После моего рассказа я слышал скептицизм в его голосе.
- Ни на секунду, - ответил я. - Но лучше всё проверить, не так ли?
Джо громко хмыкнул.
Он рассказал мне, что Питер Войт совершил прорыв в деле. Он обзвонил самых успешных - а значит, самых дорогих - фотографов в городе и добился результата.
Найдя по телефону нужного фотографа, Питер поехал прямиком к нему, чтобы просмотреть фотографии. Крошечные снимки в медальоне Сары действительно были частью более крупных портретов, снятых в декабре 1899 года. Оплатил их некто А. МакДональд.
Фотограф, конечно же, плохо помнил ту пару, ведь прошло уже почти шесть лет. Но он смог подтвердить подозрение Питера, что фотографии в медальоне были частью огромной серии снимков, типичной для помолвленных пар.
- Подобные фотографии очень редко уменьшают до размеров медальона, - пояснил Джо.
  
Но Сара хотела держать эти снимки в секрете, а с большими фотографиями это было бы невозможно. Все остальные снимки, без сомнений, забрал мистер МакДональд.
И теперь, когда у нас появилось имя, Джо собирался выяснить, сколько МакДональдов может проживать в Нью-Йорке и его окрестностях.
- И что ты собираешься делать, когда его найдёшь? - спросил я.