Оракул с Уолл-стрит 8 (СИ)

Теперь настала моя очередь молчать и обдумывать услышанное.
— Мейер, я предлагаю обсудить эти моменты завтра на заседании.
Лански согласился, тогда я повесил трубку и обратился к О’Мэлли:
— Патрик, ситуация серьезнее, чем я думал. Нитти не просто создает конкурирующую структуру, он строит альтернативную экономическую систему.
Я подошел к окну и посмотрел на запад, туда, где между небоскребами виднелся силуэт железнодорожного вокзала Пенсильвания. Поезда уходили в ночь, унося пассажиров в Чикаго, Детройт, Кливленд, города, которые теперь могли стать нашими противниками.
  
— Босс, — О’Мэлли прервал мои размышления, — что будем делать?
Я повернулся от окна и посмотрел на карту. Решение созревало постепенно, но теперь стало очевидным:
— Мы не можем позволить им закрепиться на Среднем Западе. Нужно расширять наше влияние, создавать собственную сеть в ключевых городах.
Я подошел к столу и достал чистый лист бумаги:
— Закажи билеты на поезд до Кливленда. «Лейк Шор Лимитед» компании New York Central Railroad. Частный вагон, как обычно.
О’Мэлли поднял брови:
— Вы планируете личную поездку, босс?
— Именно. Чикагские амбиции мистера Нитти требуют нашего личного внимания. — Я начал составлять список. — Приготовьте акредитивы Guaranty Trust Company на сумму два миллиона долларов. Это будет наш инвестиционный фонд для работы на Среднем Западе.
Я писал быстро, планы формировались в голове с четкостью биржевой сделки:
— Банкиры Кливленда, промышленники Детройта, политики Колумбуса. Нам нужны союзники в каждом крупном городе между Питтсбургом и Чикаго.
— А как насчет европейских партнеров? — спросил О’Мэлли.
— Отправьте телеграммы в Лондон и Цюрих. Сообщите, что мы расширяем американские операции и можем предложить новые инвестиционные возможности. — Я подписал несколько документов. — European-American Investment Trust будет нашим инструментом для проникновения на Средний Запад.
Часы на каминной полке пробили десять. За окнами Нью-Йорк погружался в ночную тишину, но я чувствовал прилив энергии. Вызов, брошенный Нитти, требовал решительных действий.
— Патрик, — я встал и подошел к сейфу, — достань файлы по всем нашим контактам в правительственных кругах. Губернаторы, сенаторы, конгрессмены. Нам нужно понять, кого можно использовать для противодействия чикагской экспансии.
О’Мэлли кивнул и направился к картотеке. Я остался один, глядя на карту США. Красные и синие флажки теперь казались мне недостаточными, нужны новые цвета, новые символы для отображения складывающейся ситуации.
Я взял красный карандаш и начал отмечать города, где нам предстояло установить влияние: Кливленд, Толедо, Янгстаун, Акрон. Каждая точка на карте представляла будущее поле битвы.
Мысли текли быстро и четко. Нитти думал, что география на его стороне, но он недооценивал силу капитала. Два миллиона долларов, правильно вложенные, могли купить лояльность политиков, банкиров, промышленников. А European-American Investment Trust давал нам доступ к практически неограниченным европейским ресурсам.
— Босс, — О’Мэлли вернулся с толстой папкой, — вот файлы по политическим контактам. У нас есть связи с губернатором Огайо, двумя сенаторами от Мичигана, мэром Питтсбурга.
— Хорошо. — Я пролистал документы. — Этого недостаточно, но это начало. Организуй встречи на следующей неделе. Скажи, что мы представляем интересы крупных инвесторов, заинтересованных в развитии промышленности Среднего Запада.
Я подошел к письменному столу и достал фирменный бланк нашей брокерской компании. Элегантные буквы «Sterling, Harrison Partners» были отпечатаны золотом на кремовой бумаге высшего качества.
Быстро написал несколько писем, банкирам в Кливленде, промышленникам в Акроне, политикам в Колумбусе. В каждом письме я представлялся как финансовый консультант, готовый обсудить крупные инвестиционные проекты.
— Патрик, отправь эти письма завтра утром экспресс-почтой. И закажи номера в лучших отелях — «Статлер» в Кливленде, «Кадиллак» в Детройте, «Нил Хаус» в Колумбусе.
О’Мэлли взял письма:
— Сколько времени планируете провести в поездке?
— Две недели минимум. Может быть, больше, если ситуация потребует. — Я снова посмотрел на карту. — Нитти получил фору в несколько месяцев, но игра еще не закончена.
Я выключил настольную лампу и направился к выходу. В коридоре горел тусклый свет ночного освещения, мои шаги гулко отдавались от мраморного пола.
Лифтмен дремал в кресле. В такое время в офисном здании оставались только самые трудолюбивые или самые отчаянные.
На улице меня встретил ветер, еще холодный, но уже не такой злой, как в феврале. Джордж Мартинс ждал у служебного входа, прислонившись к черному «Паккарду». Мой водитель никогда не задавал лишних вопросов, но я видел в его глазах любопытство.
— Домой, мистер Стерлинг? — спросил он, открывая дверцу.
— Да, Джордж. И завтра приготовь сумки для поездки. Нас ждет Средний Запад.
Пока мы ехали по ночному Манхэттену, я обдумывал стратегию. Нитти делал ставку на территорию и промышленную мощь, но у меня другое преимущество, знание будущего. Я знал, какие компании выживут в кризисе, какие города станут центрами роста, какие политики придут к власти.
Автомобиль остановился у моего дома на Парк-авеню.
В доме было тихо и темно. Я прошел в кабинет и включил настольную лампу. На столе лежала вечерняя почта.
Письма из Европы, отчеты от брокеров, приглашения на светские мероприятия. Обычная рутина финансиста, но теперь все это отходило на второй план.
Я достал бутылку французского коньяка Hennessy XO и налил небольшую порцию в хрустальный снифтер. Алкоголь согревал, помогал сосредоточиться на главном.
За окнами простирался ночной Нью-Йорк. Море огней, символ мощи и богатства. Но там, за горизонтом, в городах Среднего Запада, уже разгоралась новая игра. И я не собирался в ней проигрывать.
Завтра начнется новый этап противостояния. Чикагские амбиции Фрэнка Нитти встретятся с нью-йоркскими деньгами и европейскими связями. Посмотрим, что окажется сильнее, география или капитал.
Но по плану у меня было другое мероприятие. Несмотря на амбиции мафиози из Чикаго, мне нужно выполнять обещание, данное Рузвельту.
Дождливое утро встретило меня на маленьком вокзале в Мэлоне резким порывом холодного ветра и запахом мокрой земли. Поезд «Адирондак Лимитед» прибыл точно по расписанию в восемь сорок семь, но на платформе из красного кирпича меня ждал только один человек, невысокий ирландец с усталыми глазами и мозолистыми руками рабочего.
— Мистер Стерлинг? — Мужчина снял потрепанную кепку, обнажив редеющие седые волосы. — Уолтер Коннолли, мэр города. Добро пожаловать в Мэлоун, хотя боюсь, что встречаем мы вас не в лучшие времена.
Я пожал его крепкую руку и оглядел вокзал. Краска на стенах облупилась, несколько окон заколочены досками, а на единственной скамейке спал бородатый мужчина в рваном пальто. Контраст с роскошными вокзалами Нью-Йорка был разительным.
— Спасибо за встречу, мистер Коннолли. Надеюсь, я привез с собой не только дождь, но и хорошие новости.
Коннолли поднял мой чемодан и повел к стоящему у обочины потрепанному Ford Model A черного цвета. Автомобиль явно видал лучшие времена. На крыльях была ржавчина, а хромированный бампер потускнел от времени.
Сегодня я без охраны. Поездка тщательно законспирирована, о ней никто не знает. О’Мэлли еще болен, Маккарти занят проверкой действий Моргана и Нитти.
— Простите за транспорт, — извинился мэр, заводя мотор с третьей попытки. — Городской бюджет не позволяет роскошествовать. Зато машина надежная, довезет куда надо.
  
Мы поехали по Мэйн-стрит, главной улице города. То, что я увидел за окнами автомобиля, превзошло мои самые мрачные ожидания.
Почти каждый третий магазин закрыт, на окнах висели таблички «К продаже» или «К сдаче». Немногочисленные прохожие выглядели подавленно, многие мужчины стояли группами у закрытых заведений, явно не имея работы.