Оракул с Уолл-стрит 8 (СИ)

Он достал из саквояжа папку из кожи крокодила и положил ее на столик между креслами.
— Оуни, я не стану ходить вокруг да около. Вы контролируете половину нелегальных заведений Манхэттена: Cotton Club, Stork Club, дюжину игорных домов в Гарлеме. Ваш месячный оборот составляет около полумиллиона долларов, если не больше. Но что толку от контроля половины города, когда можно иметь долю в контроле половины континента?
  
Мэдден покрутил снифтер в руках, наблюдая, как коньяк стекает по стенкам бокала:
— Вообще-то у вас не совсем верные сведения о моем доходе, но это неважно. Франк, я слышал, вы хотите построить империю. Но что предлагаете взамен моей уютной территории?
Нитти открыл папку и достал карту США с нанесенными красными и синими зонами:
— Взгляните на эту схему. Красные зоны — территории нашего Национального синдиката. Двадцать два штата, семьдесят миллионов населения, шестьдесят процентов промышленного производства страны.
Палец Нитти скользил по карте, указывая на ключевые точки:
— Детройт автомобильная столица, полмиллиона рабочих, которые тратят свои зарплаты в наших заведениях. Кливленд -сталелитейный центр, контроль над железнодорожными перевозками. Канзас-Сити — ворота на Дикий Запад, связь с нефтяными королями Техаса. Милуоки — пивоваренная столица, десятки заводов, производящих лучшее пиво в Америке.
Мэдден внимательно изучал карту, его зеленые глаза сосредоточенно щурились:
— Территория впечатляющая. А каковы финансовые условия?
— Сорок процентов прибыли от всех операций в зоне Среднего Запада, — ответил Нитти без колебаний. — При вашем нынешнем обороте это означает удвоение доходов уже в первый год. Даже если у нас неверные сведения.
Он достал еще один документ, подробную финансовую проекцию, напечатанную на машинке IBM Electric:
— Посмотрите на цифры. Только алкогольные операции в семи штатах принесут чистой прибыли два миллиона долларов в год. Игорный бизнес — еще полтора миллиона. Рэкет и «защита» предприятий — миллион. Итого четыре с половиной миллиона, ваша доля — один миллион восемьсот тысяч.
Мэдден тихонько присвистнул:
— Цифры заманчивые. А что насчет политической защиты? В Нью-Йорке у меня есть люди в мэрии, полицейском департаменте, прокуратуре округа Манхэттен.
Нитти самодовольно улыбнулся:
— Оуни, то, что у нас есть на Среднем Западе, превосходит ваши нью-йоркские связи в десять раз. Губернатор Иллинойса Джон Люк получает от нас двадцать пять тысяч долларов ежегодно. Мэр Чикаго «Рыжий Билл» Уилсон — тридцать тысяч. У нас есть люди в администрациях Мичигана, Огайо, Индианы, Висконсина.
Он наклонился вперед, понижая голос:
— Конечно же, у нас есть контакты в Вашингтоне. Сенатор Джеймс Хэмилтон возглавляет комитет по торговле между штатами. Конгрессмен Роберт Моррисон член комитета по ассигнованиям. Помощник министра финансов Уильям Хадсон передает нам информацию о готовящихся налоговых проверках.
За иллюминаторами проплывал маяк Гросс-Пуэнт, белая башня высотой сто десять футов с вращающимся лучом, который помогал судам ориентироваться в густых туманах Великих озер. Его свет каждые десять секунд прочерчивал дугу по серому небу, напоминая о том, что даже в самых обширных водах есть ориентиры для тех, кто знает, куда держать курс.
Мэдден встал и подошел к иллюминатору, сунув руки в карманы брюк:
— Франк, у меня в Нью-Йорке налаженная жизнь. Cotton Club приносит стабильный доход, политики в кармане, конкуренты знают свое место. Зачем мне рисковать всем этим ради неизвестности?
Нитти подошел к бару и налил себе виски Macallan восемнадцатилетней выдержки, шотландский односолодовый с богатым ореховым вкусом и долгим послевкусием:
— Потому что ваша «стабильность» это иллюзия. Лучиано создал Комиссию не для того, чтобы делиться властью. Он хочет контролировать все и всех. Сегодня он позволяет вам управлять вашими заведениями, а завтра объявит, что все доходы должны проходить через его людей.
Он сделал глоток виски и продолжил:
— Кроме того, посмотрите на экономическую ситуацию. Биржевой крах прошлого года только начало. Безработица растет, покупательная способность падает. Нью-йоркские заведения скоро начнут терять клиентов. А на Среднем Западе промышленность продолжает работать. Заводы Форда производят тысячи автомобилей в день, сталелитейные компании поставляют металл для строительства.
Мэдден задумчиво покачал головой:
— Возможно, вы правы насчет экономики. Но как это поможет нашему бизнесу?
— Очень просто, — Нитти достал еще одну папку с планами модернизации складских помещений. — Мы вкладываем деньги в инфраструктуру. Холодильные установки Frigidaire для хранения пива, температура тридцать восемь градусов по Фаренгейту поддерживает качество напитков в течение шести месяцев. Автомобили-рефрижераторы для транспортировки на дальние расстояния. Специальные поезда с замаскированными вагонами.
Он развернул схему логистической сети:
— Смотрите. Железнодорожные линии Pennsylvania Railroad и Baltimore Ohio соединяют все наши города. Время доставки от Чикаго до Нью-Йорка — восемнадцать часов. От Детройта до Бостона — двадцать два часа. Мы можем поставлять свежие товары быстрее местных конкурентов.
Пароход слегка накренился. Капитан изменил курс, направляясь к северной части озера.
Через иллюминаторы стали видны отдаленные берега Висконсина с их сосновыми лесами и редкими поселками лесорубов. Волны озера Мичиган мерно ударялись о корпус судна, создавая ритмичное покачивание, которое действовало успокаивающе.
Мэдден вернулся к столику и взял снифтер с коньяком:
— Хорошо, логистика впечатляет. А что насчет финансовых потоков? Как мы будем переводить деньги между городами?
— Через банковскую сеть, — ответил Нитти, доставая еще один документ. — Continental Illinois Bank в Чикаго, First National Bank of Detroit, Cuyahoga Savings в Кливленде, Missouri Valley Bank в Канзас-Сити. Все эти учреждения имеют корреспондентские отношения друг с другом и с крупными нью-йоркскими банками.
Он указал на схему денежных потоков:
— Деньги от наших операций поступают на счета подставных компаний: транспортных фирм, строительных компаний, торговых предприятий. Затем переводятся между банками как оплата за коммерческие услуги. Налоговые органы видят только законные бизнес-операции.
Мэдден изучал схему, время от времени кивая:
— Система продуманная. А как насчет Merchants Bank в Нью-Йорке? У меня там основные счета.
— Merchants Bank станет нашим представительством на Восточном побережье, — улыбнулся Нитти. — Ваши связи с директором банка Чарльзом Митчеллом очень ценны для всей организации.
Солнце, едва видимое сквозь облака, клонилось к горизонту, окрашивая воды озера в серебристо-серые тона. Автоматически включилось электрическое освещение, лампы мощностью сто ватт заливали каюту мягким желтым светом.
Нитти подошел к письменному столу из красного дерева и достал бутылку шампанского Krug Cuvée, французское игристое вино стоимостью пятьдесят долларов за бутылку:
— Оуни, я вижу, что вы серьезно обдумываете наше предложение. Позвольте рассказать о дополнительных возможностях.
Он ловко открыл бутылку, и пробка с тихим хлопком вылетела в иллюминатор. Игристое вино пенилось в хрустальных флейтах, издавая тихое шипение.
— Кроме прямой прибыли от операций, вы получаете доступ к инвестиционным возможностям, — продолжал Нитти. — Мы вкладываем деньги в легальный бизнес. Рестораны, отели, строительные компании, транспортные предприятия. Рентабельность двадцать-тридцать процентов в год.
  
Мэдден принял флейту шампанского:
— Инвестиции это хорошо. А что насчет рисков? Если федералы начнут копать…
— У нас есть план на этот случай, — заверил Нитти. — Наша сеть информаторов в правоохранительных органах предупреждает о готовящихся операциях за две недели. Кроме того, все документы хранятся в банковских сейфах в разных городах. Даже если какой-то участок сети будет скомпрометирован, остальные продолжат работать.