Раскинулось море широко

«Должны же быть разрывы?»
… Но разрывов двенадцатидюймовых снарядов «Александра III» на верках Свеаборга – отмечено не было…
Когда мятежники выкинули белый флаг, и всё закончилось – первое, что увидел Михаил, вступивший на плац, был 12-ти дюймовый снаряд, мирно лежащий прямо у подножия мачты с флагом…
В качестве снаряжения снарядов образца 1892-го года русские применяли мокрый пироксилин! Чтобы предохранить снаряд от преждевременного взрыва при ударе о броню: в отличную взрывчатку – сухой пироксилин добавлялось 30% воды, из-за чего он труднее и хуже взрывался.
  
А к этому добавили ещё взрыватели снарядов с чрезвычайно тугими пружинами, которые вообще очень редко вызывали детонацию… поэтому русские снаряды не взрывались!
Высшие адмиралы российского флота в качестве взрывчатой начинки для снарядов категорически отвергли меленит (это просто французское название пикрата свинца) – самое мощное взрывчатое вещество того времени.
Но во всех зарубежных флотах (в отличие от русского) это вещество напротив – стало главным видом взрывчатой начинки для фугасных снарядов. Особенно широко использовали его в японском флоте.
Надо сказать, что меленит по своей взрывчатой силе до сих пор практически нисколько не уступает самым современным видам взрывчатки, появившимся на сто лет позже.
Причём капитан 2 ранга Семёнов грешит против истины, утверждая, что японцы в бою у острова Киллинг применили какой-то особо мощный и секретный вид якобы не известной никому в мире взрывчатки. Наоборот, всё было заурядно просто. Для большей безопасности использования в снарядах любую взрывчатку флегматизируют – из-за чего уменьшается её взрывная сила.
А японцы просто уменьшили флегматизацию начинки своих снарядов (из-за че го иногда у них снаряды взрывались даже в стволах своих орудий).
Поэтому мощность взрыва обыкновенного меленита резко возросла, а вот надёжность его – наоборот, ухудшилась. И уж подавно эти хвалёные японские снаряды вообще не были способны пробить самой тонкой брони (они взрывались при любом прикосновении к ней).
То есть никакого секрета особо сильной взрывчатки у японцев не было.
Для русского флота тоже предлагали снаряды начинённые меленитом изготовленные на заводе Рудницкого, причём очень тонкостенные фугасные бомбы с большим весом взрывчатки.
Но начальник ГМШ З.П.Рожественский ответил, что такие снаряды русскому флоту не нужны.
Ему даже предлагали принять хотя бы небольшое количество этих мощных бомб на всякий случай, но тот ответил категорическим отказом.
Мало того, логика развития боеприпасов в русском и японском флотах происходила в прямо противоположных направлениях. После первых сражений с порт-артурской эскадрой японцы через своих шпионов быстро узнали, что повреждения русских кораблей очень малы, и приняли решение резко увеличить взрывную силу своих снарядов.
Для этого они срочно разработали очень чувствительные новейшие взрыватели Идзюина, срабатывающие даже при ударе снаряда о пеньковый трос, и уменьшили флегматизацию взрывчатой начинки своих снарядов.
А русские, наоборот, снаряжая в поход Вторую Тихоокеанскую эскадру, применили тугие взрыватели системы Бринка с большим замедлением действия, и самое главное, по свидетельству академика А.Н.Крылова УВЕЛИЧИЛИ ФЛЕГМАТИЗАЦИЮ пироксилина, подняв процентное содержание влаги вместо обычных 15 %, аж до 30 %. Де, в тропики поплывут… а там жарко.
От этого мощность взрыва этого ВВ ещё более уменьшилась. По данным В.Ю.Грибовского, японский меленит в четыре раза превосходил по фугасному действию мокрый русский пироксилин! Но ведь это если исходить из условия одинакового веса взрывчатки, а на самом деле японский снаряд одинакового калибра с русским содержал вес взрывчатки в 5, 8 больше!
То есть превосходство в силе взрыва надо перемножить на превосходство в количестве ВВ. Поэтому японский снаряд одинакового калибра – взрывался в двадцать три раза сильнее русского!
Разумеется, это было сделано с ведома адмирала Рожественского.
Но… Он предполагал, что Вторую эскадру отправят только для демонстрации силы, но никак не для боя с противником, поэтому огромный вес воды в снарядах не имел никакого для него значения.
«Александр III» как раз и был снаряжён этим новым боекомплектом…
… Государь с интересом рассматривал выложенные в рядок на плацу Артиллерийского острова абсолютно целенькие снаряды русского броненосца. Потом внимательно посмотрел в глаза Рожественскому:«Зиновий Петрович, а у тебя кортик, часом – не картонный?»
… Если бы Рожественский был самураем, то тут же и совершил бы приличествующее сеппоку… куда там! Иным ссы в глаза… то есть в упор, прямо говори, что с боем парохода «Веста» – что-то не так, как записано в вахтенном журнале… а он всё – Божья роса! То есть – «Георгий» жжёт его грудь, но ордена не снимает…
Нет. Клинок кортика был у вице-адмирала настоящий, хорошей златоустовской, аносовской булатной стали…
А вот снаряды…
«Господа, позвольте сообщить вам пренеприятное известие – снарядов у флота российского – нет… что есть? Болванки есть. Наподобие тех, которыми китайцы по япошкам при Ялу стреляли… там хоть двенадцатидюймовые были песком заполнены. Не так обидно – да и дешевле, гораздо.
Благодаря некоторым… деятелям, не будем уточнять кому… я понятно выражаюсь, Зиновий Петрович? эх, дать бы по роже кое-кому, да это делу не поможет – наши снаряды не взрываются…
Что будем делать? Попрошу выражаться кратко. Война фактически началась!
Кто сказал – отдать японцам пол-Сахалина и быстренько подписать мирный договор?
А. Шутка.
А я вот тоже – ради шутки, Сергей Юльевич, возьму – и поименую Вас графом Полусахалинским. Потомству в пример. Быстренько.
Что значит – переоснастить? Когда и чем? Наша промышленность не готова поставить столько пироксилина, а взрыватели… вообще швах. Обуховский трубочный забастовал, господа! Единственный завод… И самое главное – время, время… вряд ли англичанка нам его даст…
Граф Игнатьев?»
Впервые выступающий на совещании такого уровня, Игнатьев, кавалергард, слегка смутился – но вспомнил, как на Пасху 1899 года без рейтуз явился – на пари – в Офицерское собрание, и приободрился мигом:«Докладываю.
Шнайдер и Крезо, ссылаясь на… э-э-э… нейтралитет… в продаже снарядов отказали.
Крупп и Тиссен – с радостью, но… основной калибр германского флота 28-см, и двенадцать дюймов они поставлять не готовы. Нужна оснастка, технологические карты… так что не раньше июля.
В Северо-Американских Штатах Бетлехем-стил поставить готова что угодно и кому угодно, но-мерзавцы, просят предоплату в сто процентов. Не надули бы…»
«Кредит?»
«От еврейских банкиров, Ваше Императорское Величество?»
«Вопрос снимается… Так, какие ещё варианты?»
Рожественский робко поднял руку, как «камчадал»-двоечник: «Ваше Императорское Величество, а может… у Военного Ведомства… занять?»
Генерал-Адъютант Сахаров, Военный министр, по свидетельству очевидцев – был человеком вялым, ленивым и мелочным…
Однако здесь он просто взорвался:«Как?! Передать снаряды… и кому? Какому-то… флоту… Да флот до сих пор не расплатился с нами за передачу пятидесяти меленитовых бомб в Артуре! И… Ещё хотите?! Вот вам!»
И фигура из трёх пальцев, коей японские гейши приглашают клиентов, оказалась у носа Рожественского…
При ином Государе – и ведь сошла бы эта выходка Сахарову… но не при этом. Нет, не при этом.
… Хрусталёв-Носарь был крайне деятельным человеком. Очевидец вспоминает:«Отрываясь от работы в революционном штабе (Петроградском Совете), он летел с Обуховского на Трубочный, с Путиловского на Балтийский, из манежа в казармы и, казалось, говорил одновременно во всех местах. Его лично знал и слышал каждый петербургский рабочий и солдат. Его влияние в массах и в штабе было подавляющим.»
Сейчас он выступал на Трубочном…
«Чего же мы хотим, товарищи?
Вы требовали включить 1 мая в число праздничных дней, установить 8-часовой рабочий день, учредить на заводе совет выборных уполномоченных от рабочих, увеличить расценки… этого мало!