Второй шанс (СИ)

— Ты же говорил, что им стоит помогать.
— До тех пор, пока это не вредит нам самим. Да и когда они уедут… одни ФСБшники помогают им, а другие начнут разбираться с этим и придут к нам. Это уже совсем другое. Они пришли навлечь на нас беду.
— А что Дасаевы? — спросил Султан.
— Они в горах, далеко. А если придут, ты им всё объяснишь, как было на самом деле. Что ты выполнил их просьбу, вот только их людей расстреляли шайтаны по пути.
  
— Например, тот майор, который о них знал. Климов, — придумал Султан и кивнул. — Чекистов в городе мало, и он точно замешан, раз про них зашла речь. Значит, не смог их арестовать, не нашёл повода и поэтому расстрелял. Всех, даже младшего брата Зелимхана.
— Аллах уже наказал Зелимхана за то, что тот отвернулся от наших обычаев, — произнёс Аслан. — Он перестал уважать стариков, и его интересуют только деньги, которые ему присылают, пока он воюет с русскими — не за свой народ или земли, а за деньги. Вот он и потерял старшего брата в боях, а теперь и младшего на чужой земле. Но его враги своё дело должны знать хорошо. Они наняли банду… м-м-м, только какую же?
— Портовых, — сказал Султан, немного подумав. — Говорят, они заняли у кого-то кучу денег и теперь отрабатывают долг. Но у них не выведаешь детали. У них хорошая репутация, и они обычно молчат.
— Ты быстро учишься, племянник.
— Жизнь такая.
Аслан начал подниматься.
— А мне пора спать. Старики должны рано ложиться и рано вставать. А наши гости в том доме на окраине города? Который ты строишь для сына?
— Да, были там. Оттуда и уедут в дальнюю дорогу.
— Тогда буду ждать вестей утром. А тот, кто погиб? — дядя остановился у выхода из комнаты. — Вдруг его тело найдут?
— Я так не думаю, — отозвался племянник. — Скорее всего, найти его не смогут.
Султан закончил приготовления.
Уже ночью, всего через пару часов, он сам ждал недалеко от дома и слышал выстрелы. А после смотрел, как машину, набитую телами, отгоняют в сторону реки, где лёд ещё не такой толстый.
Портовые братки лучше всех в городе умеют прятать такое. И умеют молчать.
  
Глава 11
 
Я не сразу узнал, что Муса пропал без всяких следов, да и в городе это не обсуждалось. Никому, кроме нас, до него не было дела, его никто не знал. Но утром Громов намекнул мне, что случилось.
Но я всё равно действовал так, как планировал, и не без помощи Громова смог повидаться с одним человеком. Капитан помог один раз, теперь уже деваться некуда, потому что начинались последствия и для него, и для других.
Поселившийся в железнодорожном общежитии мужик на мусульманина не походил. Он носил свитер с высоким воротником, надвинув его аж до носа, но было видно, что под ним борода со сбритыми усами. Это — Андрей Петренко, которого местные чеченцы знают под именем Усман, думая, что он ваххабит, а он вообще родом из Омска.
Это тот самый, который был с Мусой и остальными, когда они пытались взять Славку. И который должен был быть с ними в машине до самого конца, но просто решил поехать на другой после убедительной просьбы Громова.
Капитан понял, к чему всё идёт. А Петренко сейчас залёг на дно и ждал, когда его вытащат свои. А тут вдруг пришёл я.
— ФСБ! — тихо, но грозно проговорил «ваххабит», когда увидел меня в коридоре рядом с туалетом, куда и отлучился. — Ты нарываешься.
— А ксива у тебя есть? — спросил я с усмешкой. Раз такое внедрение, ещё и надолго, никаких документов у него с собой быть не может.
— Позвони по номеру…
Он вошёл в комнату, а то соседи уже заинтересовались разговором. Слышно, как кто-то подошёл по скрипящему полу к своей двери.
— Знаю я, кто ты, — сказал я уже внутри. — Говорят, твоих кентов-наёмников перебили?
— Слушай, ты нарываешься, — хрипло проговорил он.
— Два варианта. Султан видел тебя с ними, но ты узнал, что они под ударом. Вот только Султан не знает, что ты чекист под прикрытием, и может добить. На всякий случай.
— Он узнает.
— Тогда точно добьёт. Мало ли что ты узнал, лучше не рисковать. А если не добьёт — на тебя всё спишет Климов. И это не говоря о том, что знаю я и с кем тебя видел. Но давай поговорим, — я показал на табуретку, одиноко стоящую посреди комнаты, чтобы он сел. — У меня цели вам вредить нет, если только вы сами этого не захотите.
На самом деле, Султану повезло, что Усмана не было в той машине, иначе чекисты начали бы искать концы за своего убитого. А так погибли только наёмники. На них всем плевать.
В любом случае операция внедрения провалилась дважды: сначала не удалось то, что планировал Центр, а потом и то, что предлагал Климов. Теперь будут искать виноватых, и для этого придут ко мне.
Когда «Усман» это понял, больше он не угрожал и не спорил. Громов тоже решил помогать, раз уж втянулся, решил, что лучше идти до конца и отбиваться от своего напарника. Иначе тот отмажется. Хитрый же.
Но зато совесть у молодого чекиста останется чистой, и ему не придётся бухать до потери пульса, чтобы её заткнуть — выбранный жертвой человек остался жив.
Впрочем, больше всех этому радовался я. Пусть угроза снята не полностью, но уже второй человек избегает своей судьбы. Шустрый не уехал на зону, а Слава Халява, временами вредный и избалованный мажор, но всё же верный друг, даже не понял, что действительно избежал жестокой смерти. Он не пропал без вести, он остался в городе.
По итогу разговора, Петренко будет писать рапорт на Климова из-за его художеств, Громов тоже напишет.
Ситуация-то на самом деле понятная. О похищении Халявы знали как Громов, так и Петренко, как и понимали то, что это совсем незаконно. Но Громов сам мне всё рассказал, ну а Петренко меня не интересовал. Хрен с ним, Халява не в обиде, так что пусть чекист едет куда-нибудь в свои края и работает там дальше, раз всё сорвалось. Может, проникнет к кому-нибудь ещё, и, быть может, это потом поможет уничтожить очередного полевого командира.
Всё равно война скоро начнётся ещё раз, и это я знал лучше всех.
Суть-то не в этом, не в них двоих.
Проблема-то была в Климове, который мог оказаться злопамятным и отыграться на нас за проигрыш, поэтому надо прикрываться всем нам. Так же, как делали, когда оборонялись против военного следователя.
Тем более, оба те ещё карьеристы, и методы против них работают одинаковые.
Короче, после разговора с Петренко всё пошло как по маслу. С Громовым я уже нашёл общий язык, ну а Петренко отправил рапорт в Центр по своим каналам.
А Центр как раз искал, на ком оторваться. И это оказались не мы.
ФСБ, в прошлом году переименованная из ФСК, на тот момент не была монолитом. Там были старые КГБшники и пришли новые, и между собой они все уживались не очень.
И рапорт на старого КГБшника Климова пришёл кому-то из новых чекистов. По нужному адресу, короче говоря.
* * *
Уже вскоре в здании напротив нашего будущего клуба сидел новый человек, прилетевший из Москвы.
Капитан Свиридов из управления собственной безопасности, молодой чекист лет тридцати, был предельно вежливым, выслушал меня, Царевича и Халяву, делая какие-то пометки в блокноте, а после сказал:
— Кстати говоря, насчёт этой истории с орденом, — произнёс он. — Мы узнавали, там и правда было движение. Правда, не орден, а медаль за отвагу. Зачем мне орден — я согласен на медаль, — процитировал Свиридов Тёркина.
— А вручит-то её не банда ваххабитов? — спросил я с усмешкой.
— Не, всё будет хорошо. Можно расслабиться.
Не, вот мы с этим расслабляться не будем.
Во-первых, хоть в Чечню и не ушло, что это Славик прикончил старшего брата Зелимхана Дасаева, но это не значит, что полевой командир забудет о мести и не будет искать дальше.
  
Во-вторых, Климова никто не собирался арестовывать. Просто его собираются перевести на Дальний Восток, пока идёт следствие о его сотрудничестве с ваххабитами. Ведь именно так Центр истолковал его действия.