( Не) верю тебе! (СИ)

Меня не слышать, даже нам миг не прекращают драку.
- Клим! Олег! – выкрикиваю по-очереде имена мужчин, - пожалуйста перестаньте! – я мечусь вокруг них, сдерживая порыв вклиниться между ними и прекратить этот жуткий бой.
Всё это длится буквально секунды, но для меня они превратились в бесконечность.
Неожиданно вокруг всё изменяется, меня крепко, но бережно обнимают за плечи, метров на пять оттаскивают от двух драчунов, к которым подбежали три охранника кампании, разнимая их подальше друг от друга. Не знаю, специально или нет, но сопротивляющегося Клима охранник подтащил ко мне и тому, кто держал меня со спины.
- Нашёл всё-таки, - раздался над головой голос моего бывшего начальника, - и какая же падла тебе помогла? – задал он вопрос обездвиженному Олегу.
 Моего мужа скрутили двое охранников, и уложили лицом в пол, крепко удерживая его. Но вместо ответа Олег с трудом приподнял голову, в тот момент, когда на мою талию легла ещё одна рука, и моё тело дёрнули в сторону.
- Не тронь! Не тронь её! – заорал Олег, – убери от неё свои лапы! Это моя жена! Ева мой ребёнок! Уля моя женщина! Я не отдам их тебе!
А меня будто назло Олегу крепко притянули к широкой груди, словно куклу безвольную, в лёгкие вмиг пробрался запах, дурманящий голову, и заставляющий сердце сжиматься до болезненный спазмов.
- Уля! Уля вспомни, как он поступил с тобой! Вспомни девочка моя, как он бросил тебя после того, как развлёкся с тобой! Да он следом на другой женился! Он не любил тебя никогда и не любит! У него жена есть!
Слова Олега настолько острые и болезненные, они впиваются в кожу, проникая глубоко в меня, безжалостно прокалывают во мне дыры. Он прав. Он говорит правду, горькую правду. Мужчина, что крепко обнимает меня сейчас, в прошлом растоптал, поиграл и бросил. Но и сейчас оказавшись в одной компании он уже причинил боль всего за пару дней.
Упираюсь ладонями в грудь Клима, надавливаю, веду плечами, пытаясь высвободится.
- Пусти, - голос тихий, но твёрдый.
- Даже не надейся, - раздаётся ровным голосов над моей головой.
Дыхание мужчины после драки совершенно не сбито.
- Отпусти, - ещё сильнее упираюсь в его широкую грудь ладонями.
- Нет, - звучит ответ, - у нас впереди долгий разговор…
- Уля не поддавайся! – перебивает Кима голос Олега, - родная! Он лжец! Ты не нужна ему, и Евка не нужна, он не разу не приехал к родной дочери…
- Замолч-и-и-и! – кричу на весь холл, и яростно начинаю биться в руках начальника, отбивая себе свободу.
Боже! Неужели он действительно не понимает, что делает ещё хуже! Для меня хуже!
- Молодец Олежа, - раздаётся голос Никанора Назаровича, - ускорил процесс. 
глава17
КЛИМ
«…- Приведение, что вечно преследует её, не даёт нормально жить, и любить в ответ!...»
«…- Донор для Евы! Её отец я! Я её воспитал! А ты бросил!...»
«- Клим!»
«…- Уля вспомни, как он поступил с тобой! Вспомни… как он бросил тебя после того, как развлёкся с тобой! Да он следом на другой женился! Он не любил тебя никогда и не любит! У него жена есть!»
«…-Ты не нужна ему, и Евка не нужна, он не разу не приехал к родной дочери…»
Всю жизнь перевернули с ног на голову громкие слова мужа Ульяны.
Забилась в угол дивана, как только притащил сопротивляющеюся девушку в свой кабинет, лицо закрыла ладонями, колени поджала к груди.
Безумно хочется подойти, схватить, вновь почувствовать её тело так близко к своему, как десять минут назад, а после встряхнуть так, чтобы всхлипывать и трястись точно осиновый листок перестала! Наконец спросить, что за хрень нёс её муженёк? Но надо быть полным идиотом, чтобы задать такой вопрос! Он всё ясно сказал! По полочкам разложил!
Я отец! Отец маленькой, трёхлетней девочки, которую ни разу не видел, не знал про её существование!
«…-Вспомни… как он бросил тебя после того, как развлёкся с тобой!...»
«…-Я её воспитал! А ты бросил!»
«-Она меня ПАПОЙ зовёт! Меня, а не того, кто воспользовался тобой и смылся! Как там тёща говорила? «Скучно ему было! По развлекался два месяца и бросил!»
 
Тёща говорила! С этой сукой я позже разберусь, для начала всю выясню у Ули, чтобы знать, что правда, а что ложь! Если метающие в голове мысли подтвердятся, придушу мерзавку!
- Клим, - переминалась с ноги на ногу, - я хочу вас предупредить, так сказать, предостеречь, - говорила женщина, представившаяся матерью на тот момент моей Ульяны.
 - О чём, вы хотите меня предупредить? И от чего предостеречь? – гостеприимно пропустил гостью в свой номер.
- Мне тяжело говорить об этом, всё-таки Ульяна моя дочь, и мне очень, очень стыдно от того, чем она занимается, - опустила глаза на свои сложенные на коленях ладони.
Все мышцы тела напряглись.
- И чем занимается Ульяна? – задал вопрос, торопя женщину, что продолжала молча сидеть и разглядывать свои руки.
- Она обманывает вас, - подняв голову, стала отвечать, - у неё есть жених, Олег, они с ним очень давно вместе. Но главное не это, - качает головой, - она вас использует, точнее они оба, - исправляется женщина.
Ревность иглами врезалась в грудную клетку.
- Как именно? – голос вмиг стал глухим.
Мать Ульяны поднялась из кресла, прошлась до панорамного окна, обняла себя за плечи.
- Она знакомиться с хорошо обеспеченными, молодыми людьми, - смотря на вечерний город, заговорила женщина, - строит из себя невинную овечку, недотрогу, скромницу, - хмыкнула еле слышно, - не знаю почему, но вы ведётесь на таких, начинаете бегать, цветочки дарите, на свидание зовёте, ухаживаете, - в её голосе появилась зависть, но мне было не до этого.
Внутри огненный смерч набирал обороты, я сопоставлял наши с Улей отношения, и понимал, что именно так и ведёт себя девушка, скромно, невинно. Это меня и зацепило с первых секунд нашего общения.
- Когда она видит, что клиент готов, переходит к тому, для чего и знакомилась, - женщина всхлипывает, - простите Клим за мои слёзы, просто знать, что такое делает собственный ребёнок, очень больно и страшно, но я хочу вам помочь, спасти от её коварства, - поворачивается ко мне лицом, - в общем, когда дело доходит до постели, она усыпляет свою жертву снотворным. А на утро выставляет всё так, будто её силой принудили к близости, угрожает полицией, демонстрирует синяки, что сама себе и ставит.
Дальше она рассказала, как мы «богатенькие дебилы», боясь сесть за изнасилование, отстёгиваем нехилую сумму денег, а после разбегаемся по разным сторонам. На мой вопрос «Почему в полицию не заявит, раз знает, как Ульяна обманывает людей?». Ответ, естественно, был понятным, «Она же моя дочь, как я могу с ней так поступить?».
- Клим, - раздаётся грубый голос отца, что зашёл в кабинет, и вырвал меня из воспоминания четырёхлетней давности.
- Ты знал? – склоняю голову набок, смотрю на отчима.
Если вспомнить его слова, сказанные внизу перед тем, как я Ульяну в кабинет утащил, то можно было и не задавать вопрос, но всё же хочу услышать.
- Про Еву? – понимает о чём я спрашиваю.
«Еву». Мою дочку зовут Ева, очень красивое имя. В груди, что-то ёкает, что-то посторонние, никогда ранее не испытываемое, оно теплом разливается на душе.
- Да, - говорю коротко, замечаю, как Уля вжала голову в плечи.
- Знал, - легко отвечает отчим.
Опускаю голову, качаю ею.
- Почему не сказал? Мама тоже знает? – смотрю на отца исподлобья.
- Это не мой секрет Клим, я не мог разрушить доверие Ульяны в мою сторону, надеялся, что сама расскажет, когда вы встретитесь. Да только повёл ты себя не так, как я рассчитывал, жену притащил, устроил тут разврат на рабочем месте, Улю от себя отвернул, - осуждающе произносит отец, твоя мать не знает, иначе бы ты уже давно знал.
«Отвернул». Это точно, она же перевестись хотела, даже уволиться.
- Пап, оставь нас, - прошу отца.
- Уверен? – смотрит с прищуром.
Киваю в ответ, я хочу поговорить с Ульяной наедине, сделать то, что не сделал тогда, в том номере после нашей безумно сладкой ночи.