Книга Судьбы (СИ)

— Мистер Кекс, к вам посетители, — привратник кашлянул.
— Пусть убираются к черту, — раздраженно ответил этот колоритный персонаж. — У меня и без того плохое настроение.
— И все равно, они очень хотят с вами поговорить.
— Слушай, я тебе что, неясно сказал? — последовала короткая, но крайне эмоциональная, пресыщенная матюгами, фраза. — Иди отсюда!
Бородач пожал плечами, и ретировался. Не обращая никакого внимания на посетителей, мужик нырнул под машину, и затарахтел ключами. Спустя минуту вынырнул, с остервенением запустил ключи в стену, и рухнул на стоящий тут же продавленный диван.
— Ничего не выходит, ничего не выходит! Машина должна быть произведением искусства, а получается сплошная фигня! Никакого вдохновения, никаких идей! Ну, чего вам, придурки?
— Я так понимаю, вы и есть Психичный Кекс, — протянул Дима, вспомнив, что рассказывал Винсент о вражеской банде, пока они сидели в гараже, ожидая подкрепления и сами подкрепляясь шашлыком. — Главарь банды "Наури Кам"?
— А ты прокурор, что ли, чтобы такое спрашивать? — злобно осведомился мистер Кекс, хватая со стола отвертку, и снова заныривая под машину.
— Я друг Винсента, — представился Дима. — Который из банды "Три кольца"…
Не успел он договорить, как за спиной раздалось громкое периодичное щелканье. Болгарки перестали визжать, наступила тишина. Диме не надо было даже поворачивать голову, чтобы убедиться, что все присутствующие в гараже механики бросили инструменты, достали стволы, и направили их на студентов. Гвеллин что-то беззвучно произнес одними губами.
— Мы ищем Алонсо, — продолжил командир, сохраняя удивительное хладнокровие, хотя душа у него ушла в пятки. — Мы не хотим проблем, но он задолжал нам много денег, а потом исчез. Мы просто пришли, чтобы забрать свое.
— Да кому нужен этот Алонсо? — раздалось презрительное из-под джипа. — Трепло и мамочкин сынок. Три дня уже от него ни слуху, ни духу. Пусть катится ко всем чертям!
— Э, а ничего, что он девушку убил? — вмешался Гвеллин. — Изнасиловал и задушил!
Насколько помнил Дима, следов сексуального насилия на теле Аори не было, но к делу это не относилось.
— А вы думали, что мы тут в куклы играем? — меланхолично спросил мистер Кекс, снова выныривая обратно. — Все здесь кого-нибудь, да изнасиловали. А может, даже задушили. Мы не ангелы с крыльями.
— Значит, вы не скажете, где он? — уточнил Дима.
— Если бы я знал, где он, я бы ему уже давно ноги в тазик с цементом, и на дно морское. Этот говнюк провалил важную сделку, избил покупателя. Либо пусть вернется и сдохнет, либо пусть не вернется вообще. И так хорошо, и так неплохо.
— Логично, — пробормотал Ваня. — Видишь, Димыч, глухарь. Придется нам другое дело раскрывать.
— Подожди. Ладно, мистер Кекс, тогда просто верните нам деньги, и мы разойдемся мирно.
Стук и лязг под машиной прекратился. Кто-то из механиков у них за спиной громко вздохнул. Главарь банды вылез из-под машины, расправил плечи, и надвинулся на Диму, испепеляя его взглядом.
— Ты там что-то про деньги вякнул, или мне послышалось?
— Верните деньги, — повторил командир убийственно холодным тоном. — Иначе будет хуже.
— Да ты кто вообще такой, чтобы мне про какие-то деньги втирать?
— Сталкер. И сразу предупреждаю, мистер Кекс — даже если все ваши люди сейчас выстрелят, то вас это не спасет. Наш друг Винсент твердо решил вернуть деньги, которые у него украл Алонсо. И, учитывая то, что вы последнее время мутузите его не по-детски, он может вполне объявить вам войну.
— Да он уже объявил нам войну! — несколько секунд Диме казалось, что Кекс его ударит, но тот только взмахнул руками, и отошел к столику, чтобы глотнуть воды из бутылки. — Он совсем не уважает ни нас, ни наши законы, постоянно гадит, портит нам бизнес, открыто издевается. Например, вчера мне передали его послание, где он открыто назвал меня самонадеянным идиотом! И я ему язык вырежу за такие слова!
— Наверное, это случилось после того, как вы дважды пытались его убить? — осторожно уточнил Валера.
 
— Если бы я хотел его убить, я бы его уже давно прикончил, — Кекс снова махнул рукой. — Это все из-за наркоты. Моим ребятам под кайфом иногда приходят в голову самые неожиданные идеи. Думаете, это я послал ту группу подстеречь его на встрече? Да нихрена, я об этом даже не слыхивал, пока мне все не рассказали. А вчера? Какие-то умники договорились с человеком из его окружения, чтобы грохнуть Винсента! Думаете, это я им приказал? Да если бы они не были уже мертвы, я бы их прилюдно четвертовал! Такое чувство, будто им кто-то нашептывает на ушко: возьмите, мол, голубчики, автоматы, да пойдите, постреляйте из-за угла, сделайте гадость, это же смысл вашей жизни, вам без этого никак. Так и живем, как в заднице.
"Нашептывает на ухо" — в памяти Димы шевельнулось что-то смутно знакомое. "И заставляет убивать…"
— Короче, передайте своему слепому, что я не при делах, — закончил главарь, выливая воду на ладонь, и плеская ее себе в лицо. — Я на его территорию не лезу, и другим не даю. Все из-за наркоты, развелось торговцев, ходу нет. А запретить нельзя, мы с этого основной доход имеем. Половина ребят на игле, вторая половина нюхает по восемь раз в день, и все потом угашенные, смотреть стыдно. Да и слепой ваш не подарочек, кстати говоря. Кто за океан толкнул стволы, украденные с военной базы? И ведь террористам толкнул, которые потом из тех стволов половину города грабанули! Нихрена он не лучше меня, такой же бандюган.
Пока он говорил, яростно жестикулируя, его люди уже спрятали оружие, и разбрелись к своим рабочим местам. Наверное, им было не в новинку, что их вожак начинает философствовать, причем этот процесс мог затянуться у него надолго. Дима был не против послушать еще, но пришлось прервать стремительный поток мыслей:
— Значит, вы настаиваете на том, что не имеет ничего плохого против Винсента?
— Если не считать, что он долбанный умник, воображающий себя чересчур везучим ублюдком, — проворчал мистер Кекс, устало присаживаясь на табурет. — Но руку дружбы я ему не протяну, так и передайте. Пусть сначала извинится за то, что сам сделал, а потом уже бочку катит.
— Хорошо, мы передадим, — пробормотал Дима. — Тогда, пожалуй, мы пойдем, и прямо сейчас ему и скажем.
— Да, валите отсюда. И больше не суйтесь на нашу территорию!
— Облом, — пробурчал Гвеллен. — Поехали, пожрем.
— Тебе бы только жрать, — с досадой сказал Валера.
— А что еще нам остается?
Но, как оказалось, кое-что еще оставалось.
**************
Не успели они покинуть гараж, и вернуться к своему "Плимуту", как со стороны улицы, ревя на все окрестности, вкатился блестящий черный автомобиль. Дима машинально зацепился за него взглядом, оценив и круглые фары, и горб на капоте, и вообще сходство с американскими масклкарами шестидесятых годов.
Из машины стремительно, как вихрь, вырвалась девушка, симпатичная блондинка, и понеслась внутрь мастерской, оставляя за собой шлейф вкусно пахнущего парфюма. Заинтересованный командир сделал знак остальным тоже вернуться туда. Когда они вошли, мистер Кекс уже снова работал над своим произведением искусства, а девушка вилась вокруг него, что-то высказывая резким тоном:
— Говорю тебе, они точно его взломают! Вчера там весь вечер ошивался какой-то подозрительный тип, а сегодня уже чужая машина с утра торчит.
— Да мне какое дело? — рыкнул главарь банды "Наури Кам". — Я в картинах вообще фишку не рублю, они мне ничего не говорят. Пусть хоть все выносят, нам же легче.
— Если тебе все равно, то дай мне ребят в подмогу.
— Ага, разбежался. У меня тут каждый день на районе какие-то разборки. Я тебе дам бригаду, а потом, когда этот слепой к нам вломится, гаечным ключом от него отбиваться буду? Иди, сама справляйся, раньше у тебя отлично получалось.
— Да мне просто свидетели нужны, свинья ты черномазая!