Книга Судьбы (СИ)
На самом деле, значения слово "дежавю" он не знал. Вроде бы оно означало событие, которое повторяется до мельчайших мелочей. Так обычно говорила Алиса, когда ломала ноготь на пальце.
При мысли об Алисе командир даже почувствовал легкую грусть. К вечеру у Безумной опять началась вечерняя ломка, и она осталась в общаге, а Катя рядом, чтобы присматривать. И еще неизвестно, где хуже — там или здесь. Странно, но без Алисы Дима чувствовал себя, как ребенок, впервые оставшийся без присмотра взрослых. Удивительно, как легко можешь привыкнуть к человеку, а потом тосковать, когда его нет рядом, пусть даже на очень короткое время. Или дело совсем в другом?
— Ты там спишь, что ли? — прошипел Ваня, когда Марк ткнулся ему носом в спину.
— Извините.
Идея взять с собой второкурсника опять принадлежала Ледяной Королеве. Впрочем, Марк сам был виноват. Не заявись он со своими извинениями, все бы обошлось. Но Катя сказала, что раз виноват, то не извиняться нужно, а помогать все исправить. И теперь этот неудачник плелся в хвосте, причем светил фонариков не себе под ноги, а по сторонам, словно надеялся увидеть там что-то невообразимо красивое. И, соответственно, постоянно пропускал момент, когда парни останавливались, чтобы прислушаться к окружающей обстановке. Хотя она была и без того напряженная.
Вход в подземелье, где располагалось хранилище боевых артефактов, куда они залезли в прошлом году, второкурсники нашли без труда. Дверь все также была закрашена в цвет рисунка на стене, и найти ее можно было, только если знать о ее существовании. И тут появилась первая проблема. В последний раз Дима покалечил замок, чтобы побеседовать с капитаном-призраком, и теперь там стоял новый — добротный, английский, с огромной замочной скважиной.
— И что дальше? — осведомился Валера.
— Ключа нет, — напомнил Ваня. Тихие голоса эхом отзывались в громадном, пустом помещении бывшего актового зала. — Но Катя дала вот это, сказала, что поможет.
Дима принял из его рук обшитую бисером дамскую сумочку.
— Ну-ка, посвети.
Отдав свой фонарик Валере, командир вытащил из сумочки одноразовый стакан, бутылку с водой, и бумажный пакетик с длинными, белыми таблетками. Открутил крышку бутылки, плеснул воды в стакан, и примерился, глядя на дверь.
— Кидай.
Ваня бросил в стакан одну таблетку, и вода тут же начала покрываться льдом. Дима одним махом выплеснул ее на дверь. Полоска льда тут же расползлась, образуя неровную площадь. Одного удара кулаком хватило, чтобы пробить обратившееся в лед дерево насквозь. Ваня сунул в дыру руку, и нащупал защелку замка с другой стороны.
— Есть.
Дверь бесшумно открылась. Дальше был все тот же крошечный коридор с несколькими дверями. Одна из них вела в комнату, где ночевал смотритель, другая — в хранилище боевых артефактов. Но парни прошли мимо обеих, и встали у самой дальней двери. Здесь повторилась та же процедура с льдом, после которой парни наконец-то получили доступ в нужное место.
— Ну охренеть можно… — только и смог сказать Дима.
Хранилище магических реликвий Боевой Академии ничуть не уступало своему соседу и собрату с артефактами. Сюда прятали все, что привозили студенты с практик, все трофеи, сбереженные в годы войны, все, что было связано с памятными для БАМа событиями. Некоторые преподаватели хранили здесь запрещенные книги, а самые безбашенные студенты — опасные штуки, которые могут пригодиться, но про которые никто узнать не должен ни в коем случае.
Длинные деревянные перегородки разделяли огромный зал, составляя замысловатый лабиринт. Каждая вещь была на своем отдельном месте, и под каждой была непременная табличка с описанием этой самой вещи. И мгновенно взгляды парней наткнулись на макет "Глаза Бессмертия", стоящего на отдельном столике, почти у самого выхода. Под ним была аккуратно приделана золоченая табличка с надписью:
"В память о Ванде и первокурсниках, которые помешали ее коварным замыслам".
— Ух ты, да это же про вас! — обрадовался Марк.
— В курсе, — буркнул Дима, не особо любивший вспоминать эту историю по вполне понятным причинам. — Если ты закончил пускать слюни, то давайте ближе к делу. Нужно разойтись.
— А что конкретно мы здесь будем делать? — уточнил Ваня, рассматривая голову дракона, свисающую со стены сразу за "Глазом".
— Катя сказала, что многие вещи в этом хранилище могут храниться здесь веками. А значит, про них уже давно забыли, и пропажу явно не обнаружат. Нужно найти самый-самый конец, место, где при создании этого зала его только начали заполнять.
— Ясно, — кивнул Валера с умным видом. — Искать какую-нибудь покрытую пылью древность, а когда найти, свистнуть.
— Точно.
На всякий случай они выставили мощность фонариков на минимум, и договорились подавать сигнал только в случае крайней необходимости. Странно, но ни одного из них совесть не терзала. Если даже заведующий хранилищем и ведет перепись всей всячины, что здесь хранится, вряд ли он каждый день обходит, и проверяет, все ли здесь на месте. Примерно так и размышлял Дима, пока они двигались по одному из коридоров, останавливаясь, чтобы разглядеть особо интересную вещь.
— Ого! — Марк задержался возле небольшого каменного постамента. — Смотрите, что здесь.
На постамента застыла фигура мужчины, закованная в лед. Располагался он совсем недалеко от "Глаза", и Дима решил, что этот трофей, или что он еще, был помещен сюда совсем недавно. Мужчина был рослый, широк в плечах, одет в камуфляжную форму, и в руках держал автомат, будто собирался стрелять. Его изрезанное шрамами лицо отражало крайнюю степень удивления. Но больше всего внимание Димы привлек красный механический зрачок, заменяющий левый глаз неизвестного пленника.
— Что это? — Ваня огляделся в поисках таблички, но к постаменту была только приклеена бумажка с крупно выведенным "Не трогать до особого распоряжения". Судя по печатным буквам, писал директор.
— Хренотень какая-то, — Валера пошел дальше, но через два шага задержался. — Нихрена себе!
По соседству с неизвестным мужчиной на таком же постаменте, только больше, стояло закованное в лед тело огромного чудовища. Четыре когтистые лапы, усеянный шипами хвост, два крыла, хищно разинутая пасть, и такая же бумажка. Дима тихонько присвистнул.
— Эй, командир, как думаешь, на полтинник потянет? — спросил Ваня, примериваясь к чудищу.
— Ага, ты его сначала попробуй отсюда вытащить, — Дима посмотрел на мужчину, и вдруг обнаружил, что механизированный зрачок медленно двигается влево и вправо, осматривая нежданных гостей. Студента бросило в холодный пот, и он даже попятился, будто ожидая, что ледяные оковы спадут, и пленник бросится на них. Но ничего не происходило.
— Вы вот сюда посмотрите, — не заметивший этого Марк прижался лбом к стеклу, разглядывая стальную пластину, приделанную к шее мужчины. На ней ясно был выведен краской непонятный знак. — Классно!
— И что здесь классного? — проворчал командир, вытирая взмокший лоб.
— Так у меня такой же! — второкурсник закатил рукав, показывая тот же знак, вернее, татуировку в виде него, сделанную на плече. — Вот уж не думал, что кроме меня еще остались искатели Книги Судьбы. Интересно, кто этот мужик, и за что его здесь прячут?
Зрачок медленно повернулся, осматривая второкурсника. Дима немедленно оттащил его от ледяной статуи.
— Хватит зырить, не в музее. Нужно искать то, зачем пришли, и валить, пока сюда смотритель не заявился.
— Да, — с сожалением вздохнув, Марк бросил на пленника прощальный взгляд, и поплелся вслед за старшим. Он не заметил тонкой трещины в ледяном покрове, которая весело и быстро бежала вперед, покрывая всю статую сетью трещин, да и Дима не обратил на нее внимания, поэтому со спокойной душой двинулся вперед, в самую глубь хранилища.
Постепенно предметы становились все любопытнее — набитые чучела неизвестных монстров, какие-то старинные доспехи, оружие, артефакты, и даже распахнутый сундук, набитый золотыми монетами, судя по изображению на них, когда-то принадлежащих пиратам. Потом начали попадаться экспонаты, густо покрытые пылью, как будто до них не дотрагивались лет двадцать. Пыль была и на полу, и четыре пары ног оставляли в ней отчетливые следы. Вскоре парни уткнулись в глухую кирпичную стену, и поняли, что дальше уже некуда.