Книга Судьбы (СИ)

Безумная пожала плечами, и замолчала, скрестив руки на груди с обиженными видом.
— Мы знаем, что у них теперь есть все необходимое, — осторожно заметила Катя. — Осталось только понять, какой будет их следующий ход.
— Тут и думать нечего… Ой, простите, я позволила себе заговорить. Обещаю, больше такого не повторится.
— Отлично, — Дима глубоко вздохнул, и махнул рукой близнецам, что опасливо стояли в стороне, и гному, что уже полез к холодильнику. — Всем спать.
— Как это спать? — снова не выдержала Элис. — Мы же хотели придумать, что делать!
— Ничего уже не надо делать, — донеслось из комнаты парней. — Завтра нам придется объяснять причину, по которой мы устроили бойню в жилом квартале. Подумай над этим.
— А чё там было? — поинтересовался Гвеллин. — Мочканули кого-то?
Дверь в комнату с грохотом захлопнулась.
— Я, пожалуй, здесь на диване лягу, — протянул Валера.
— Я с тобой, — согласился Ваня.
— Не пойму, чего он взбесился, — проворчала Безумная. — Вместо того, чтобы немного подумать, он вообразил себя мега-крутым защитником справедливости. И почему, спрашивается, так надо было за меня переживать? Я что, маленькая девочка, сама о себе позаботиться не могу?
— Ты действительно ничего не понимаешь, — Катя устало потерла глаза. — Дима переживал, потому что ты ему не безразлична.
— Ну да, я знаю, что я очень полезное звено нашей группы, и что с того? Почему ты так хмыкаешь? И что это за улыбка, выражающая безнадежность? Да ну вас! Если хотите, я сама завтра все улажу, вам даже оправдываться не надо. И вернемся на пляж, и будем дальше загорать, как будто ничего не было. Ребята, ну вы чего? Меня, между прочим, изнасиловать пытались! Ну да, конечно, вряд ли это кому-нибудь интересно.
****************
Сидя в кресле, Недоучко вертел в руках трубку мобильного телефона — он всегда так делал, когда не хотел, чтобы кто-то заметил, что его руки очень трясутся от волнения.
— Значит, там была кукла?
— Обычный манекен, из тех, что наряжают в магазинах одежды, — ответила Милашка. — Очевидно, Петров знал, что за ним пустят боевых магов, и решил немного нам подгадить. К счастью, на мне был "Боевой скелет" А класса, это спасло мне жизнь при взрыве.
— Как же так вышло, что вы отправились туда, где его уже несколько часов, как не было?
— Мне кажется, что либо поисковый артефакт сломался, либо нам нарочно дали неверные указания. Обычно "Кровавый след" дает координаты, где нужный маг находится в данный момент — в этот раз он дал координаты, где Петров находился до того, как мы начали его искать. Возможно, это произошло из-за того, что образец крови Петрова, который вы взяли в начале года, и кровь, которая течет в его жилах сейчас, принципиально разные по своему составу. Это можно объяснить, если вспомнить, что "Царь зверей" пробуждает в носителе скрытые ДНК зверя, заложенные в нас нашими далекими предками. Таким образом, полагаться на столь очевидный способ его поисков больше нельзя.
— Придется искать по старинке, — добавил немногословный Питон.
— Да, и кстати, мне дико интересно, как тем парням, которые пытались схватить Петрова вечером, нашли его, если они тоже пользовались "Кровавым следом"? — поинтересовалась Милашка, демонстрируя свою полную осведомленность.
— Они просто проследили за студентами-второкурсниками, и пришли вместе с ними на встречу, которую Петров сам назначил Колесникову, — Недоучко тяжело вздохнул. Мысль, что вчерашнее задержание мало того, что провалилась, так еще и закончилась большим шумом, не особо его тешила. Тем более, что магистр Свинорылко уже с самого утра высказал все, что он думает о дальнейших просьбах Неудочко о помощи, и четко обозначил место, куда Неудочко в следующий раз следует их засунуть. — Кто же знал, что так выйдет?
Пиликнул стоящий на столе сектор.
— Господин магистр, к вам Колесников, вы вызвали его на девять утра.
— Скажи ему, пусть подождет, я занят.
— Да нет, пусть зайдет, — вмешалась Милашка. — Разберитесь с ним, а потом уже продолжим наш разговор. Мы мешать не будем, правда, Питон?
 
— Считайте, что нас здесь нет.
Несколько секунд Неудочко молчал, затем, с таким выражением, будто его отправили на казнь, протянул руку к селектору.
— Рахни, пусти его.
— Доброе утро, господин магистр, — после вчерашнего настроение у Димы было не ахти, поэтому он твердо решил — не будет врать, не будет оправдываться, а просто покорится судьбе, какой бы жестокой она не была. — Вы меня вызывали?
— Да, конечно, — Неудочко покосился на старших боевых магов, которые затихли в своем углу. — Проходите, Колесников, проходите. Насчет вчерашнего…
— Мы готовы понести наказание за то, что ослушались Милашку, — только сейчас Дима заметил присутствие жены физрука, но не стал акцентировать на этом внимание, сосредоточившись на разговоре. — Если бы не мы, то Марк был бы уже под замком. Мы полезли, куда не надо, и сорвали операцию.
— Ну, вы же не знали, — великодушно ответил Неудочко. Его раздирали противоречивые чувства — с одной стороны, ему страшно хотелось наорать на второкурсника, с другой — он прекрасно понимал, что Милашка и Питон сразу поймут, что здесь дело нечисто, а это еще хуже. — Я вас не виню, Колесников, вы поступили правильно, отправившись вызволять свою одногрупницу. Боевая Академия — это, прежде всего, семья, а в семье все заботятся друг о друге, правда?
— Да, конечно, — согласился Дима после небольшой паузы. — Кстати, у меня есть информация насчет Марка. У него, оказывается, откуда-то взялся "Перебежчик"…
— Правда? — Недоучко почувствовал липкий страх. Откуда, спрашивается, Петров раздобыл артефакт, создающий порталы? Это что же, получается, шансы поймать его теперь вообще мизерные? — Спасибо, что сообщили нам это, Колесников, это очень важно. Можете идти.
— Как это идти? — не понял второкурсник. — А наказание за то, что мы нарушили правила, и устроили драку?
Магистр стиснул зубы.
— Ну что вы, Колесников, какое наказание? Разумеется, студентам запрещено использовать Боевую Магию вне стен Академии, кроме тех случаев, когда они находятся на практике. Но раз вы пытались изловить особо опасного преступника, то, думаю, вам это простительно. Только пожалуйста, больше не геройствуйте, ладно? Предоставьте работу профессионалам. Идите, Колесников.
Он уже чувствовал, как горит под ним кресло, и как сжимается грудь от приступа паники. Сейчас ему хотелось поскорее избавиться от всех присутствующих, и остаться наедине с самим собой и коньяком, ожидающего своего часа в ящике стола. В своем углу Милашка и Питон удивленно переглянулись.
— А теперь нам что делать? — спросил сбитый с толку Дима. Он не видел мучений магистра, и не мог понять, откуда на него свалилась такая благосклонность. — Оставаться в общежитии?
— Можете возвращаться обратно на море, — выдавил из себя Неудочко.
— У нас деньги закончились.
— Отправляйтесь, куда хотите, я все оплачу, — в обычной ситуации магистр никогда бы такого не сказал, но сейчас ситуация была совсем другая. — Возьмите у Рахни номер моей кредитки, и расплачивайтесь по ней. Только больше не появляйтесь в Академии до начала августа.
— Хорошо, — Дима пожал плечами. — Так я могу идти?
— Да, конечно.
— Тогда до встречи в августе.
На несколько секунд воцарилась гробовая тишина.
— Хороший вы человек, — неожиданно сказала Милашка. — А я думала, что вы мелочный и черствый сухарь.
— Я же теперь преподаватель, — Недоучко выдавил из себя улыбку с той же натугой, с которой человек, страдающий запором, выдавливает из себя стул. — Знаете, я вспомнил, мне нужно срочно кое-куда позвонить. Пока мы можете осмотреть комнату Петрова, вдруг найдете там какие-то улики.
— Да, пожалуй, так и сделаем. Идем, Питон.
Оставшись один, Неудочо некоторое время массировал левую сторону груди, затем потянулся к заветному ящику… и с шумом свалился на пол, серея лицом и стремительно задыхаясь.