Вызовите ведьму! (СИ)

Сразу вспомнилось лицо Джойс, когда она пыталась что-то ощутить после смерти фамильяра Арчи. Она будто ощущала пустоту, отчего лицо ее сделалось серым, а глаза безжизненными. Потом Джойс выдала, что ведьма истерзанного кота мертва.
— Что-то еще? — наверное, мой тон был резким, ведь кэпмен поднял на меня подозрительный взгляд.
— Зачем тебе это? Судя по тому, как быстро закрываются такие дела, мне лучше вообще тебе ничего не говорить. Творится что-то странное, Олфорд.
«Вдвойне согласен».
Я рассказал ему про Арчи, который умер у меня на руках, рассказал про Мойру и ее смерть, тактично обходя упоминания о Джойс.
Монти удрученно покачал головой. Пепел осыпался с сигареты прямо на пол курилки, поскольку на несколько мгновений констебль о ней забыл.
— Было еще одно. Три недели назад. Пришел встревоженный мужчина, художник средней руки, написал заявление о пропаже жены. В тот вечер она задержалась в своей лавке, где варила зелья и заклинала простые артефакты в районе Ковент-гарден. Он решил, что зайдет за ней, чтобы ей не пришлось поздно идти домой в одиночестве, но застал лишь разруху в лавке. Все было перевернуто, зелья разлиты и жердь, где сидел ее фамильяр-ворон оказалась в подтеках крови. Там же он нашел перья ворона, но больше никаких следов ни жены, ни ее фамильяра он не нашел. Как не нашли и наши ребята.
Что за черти крутили хвостом в Аркене? Три ведьмы — это уже не случайность, а серия и, судя по всему, именно убийств. Монти помолчал, а я не торопил его, внутренне тревожась за Джойс. Уберегут ли ее ребята Лекса, когда нужно? И тот мужик, который следил за нами во время последней встречи… Я решил, что это человек мафиози, отправленный следить за ее передвижениями, но если это не так, очередной жертвой могла стать Джойс?
«Паранойя — один из эффектов от злоупотребления Мяты на постоянной основе», — вспомнил я строчку из «Справочника медика», взятого мной буквально вчера в книжной лавке.
К своему стыду, я пополнил запасы Мяты и едва ли не позволил себе купить Молли. Назревали крупные проблемы не только в Аркене, но и у меня, и что с ними делать я абсолютно не понимал.
— Не знаю, были ли еще какие случаи, но если так, то не в мою смену, — Ким потушил сигарету.
— Мы можем попасть в архив и найти хотя бы одно обращение?
— Через пятнадцать минут, — кивнул он. — Там как раз будет пересменка.
* * *
Еще будучи констеблем, едва окончившим академию, я помогал с разбором кэпменского архива в главном управлении Вестери-ярд. Вместо погони за преступниками, патрулирования улиц, помощи на месте преступления и урегулировании пьяных драк мы всем молодым составом таскали и упорядочивали сотни дел в небольшом помещении. Тогда начались мои отношения с еще незастервеневшей Ванессой. Умной и веселой девушкой, решившей, что могла побороть систему и забраться повыше по служебной лестнице будучи женщиной. Кто же знал, что она готова будет идти по головам.
В архиве мало что изменилось. Наведенный нами десять лет назад порядок поддерживался по той же траектории. Попасть сюда было легко — на входе дежурил наш старый знакомый, просто закрывший глаза и безо всяких вопросов распахнувший перед нами дверь. Говорить он тоже никому не станет, что мне только на руку.
— Сколько тебе заплатила семья Пенгроувт? — вдруг спросил Монти, когда мы перебирали бумаги в коробке.
— Только не говори, что все управление знает, — нахмурился я, откладывая в сторону заявление о пропаже попугая где-то на Паинтон-стрит.
— А я и не говорю, — он облизнулся. — Так сколько?
— Прилично, — не было смысла говорить точную сумму, годовую зарплату старшего следователя за раз мог получить далеко не каждый.
Он хмыкнул, но приставать больше не стал.
— Везет, дело легкое. Парень сам сознался. Я видел протокол, — быстро ответил Монти, поймав мой настороженный взгляд. — Устроишь себе отпуск?
Я покачал головой, вытаскивая до неприличия тонкую папку с делом о пропаже некой Сивиллы Нейт. Открыл его и быстро пробежался взором по строчками. Кажется, оно. Здесь даже имелся свидетель похищения, однако дальше дело не пошло, его слова не стали проверять. После первого упоминания его имени «Шон Остин» в скобках было указано, что мужчина находился в наркотическом опьянении. Его слова о неких «красных плащах и масках», которые уволокли мисс Нейт и ее ворона, даже не были подтверждены другими опрошенными, возможными очевидцами преступления. Кэпмены даже не постарались найти и опросить кого-то еще.
 
— Красные плащи? Что это значит? — я сунул Монти папку с делом.
— Не знаю, не я опрашивал, — ливериец даже не взглянул. — Послушай, Майкл, то, что у тебя на руках помер кот-фамильяр, не делает тебя обязанным лезть в это все. А если это заказ, то лучше откажись.
— Почему? — спросил я резко. — Потому что пахнет дурно или что? Ты мне что-то недоговариваешь, а, Монти?
Он поднялся со стула, на котором сидел и наблюдал за мной последние десять минут и скрести руки на груди.
— Нет, просто я думаю, что это покрывается сверху, потому, если полезешь, можешь лишиться не только лицензии, но и свободы за сование каттского носа в государственные дела.
— Я не дурак, констебль Ким, и понимаю, что делаю. Если бы ты на самом деле переживал за меня и не хотел, чтобы кто-то со стороны лез в дела Вестери-ярд, то не стал бы меня сюда провожать, ведь так? Тебя же тоже гложет этот дерьмо? — друг не ответил, лишь отвел взгляд. Я хорошо его помнил. — Поэтому ты стал моим первым помощником, Монти. Чуйка, желание докопаться и доказать.
— Я больше не сержант, — уныло ответил он. — Эй, что ты делаешь?
Мне нужно это дело, копию делать не было возможности, поэтому я попросту запихнул его под пиджак — сзади, за пояс брюк.
— Ты сегодня дежуришь ночью? — вместо ответа спросил я.
— Да, — непонимающе пожал плечами ливериец. — Хотел пропустить по пинте?
Я поднялся и чуть отряхнул мелкую бумажную пыль с брюк.
— Потом. Корвана Кастера завтра днем отправят из вашего изолятора обратно в «Балтингейл». Мне нужно, чтобы ты провел меня к нему. Ночью. Не одного.
Монти округлил глаза, не веря собственным ушам.
— Ты с ума сошел, Олфорд? — он понял, что его возмущение было слишком громким, и тут же понизил голос едва ли не до шепота. — Ты хоть знаешь, что за такое бывает? Кого ты, катт проклятый, вообще решил притащить? Меня нахрен уволят!
Я надел шляпу, подхватил зонтик и прямо посмотрел на него.
— Думаю, я поймал не того.
* * *
Прежде чем идти к Джойс с предложением очередной работы, я заскочил в офис в желании дать себе часик в компании с Мятой. Но уже разложив дорожку перед собой, тут же смел ее на пол, ужаснувшись того, что собирался сделать. Я принимал с утра, решив оттянуться перед заседанием. Благо кайф отошел уже в такси по пути в здание суда. Сейчас мне хотелось вмазаться не меньше, чем утром. Но я вспомнил лицо Корвана и на мгновение, лишь на долю секунды, испугался, что когда-то и сам буду сидеть в лечебнице и пускать слюни. Но пока частицы Мяты летели со стола на ковер, мне стало жаль потерянную дозу.
Взять еще? В сейфе был запас на всю неделю и можно было не ограничиваться. По окнам забарабанил дождь, вдруг выводя меня из транса. Я посмотрел на дело Сивиллы Нейт, которое кинул на тот же стол, где раскладывал дорожку.
«Вот, значит, какие приоритеты у тебя, Олфорд?»
Впору смеяться над собой, если бы не было так страшно.
Я резко встал, едва не уронив стул, и с силой захлопнул приоткрытую дверку сейфа. Он будто смотрел на меня своим черным провалом, зазывая засунуть туда руку и взять еще. Всего-то одна доза. Кому она сделает хуже? И больше я притрагиваться к этому не буду, так ведь?
Мысли вернулись к Джойс. Мне вновь требовалась ее помощь, тем более надо было заранее предупредить ее о ночном сеансе в Вестери-ярд, если она, конечно, согласится. Может, Джойс даже больше знала обо всем, что происходило с ведьмами в Аркене? Вдруг «красные плащи» — это не выдумка случайного свидетеля-наркомана, а нечто более реальное? И мне нужно было найти того, кто продал Корвану Вез. Убедить самого себя, что не облажался, что все сделал правильно, и Пенгроувты ополчились на того, на кого следовало. Все мои подозрения могли быть вызваны лишь гребаным приемом Мяты.