Вызовите ведьму! (СИ)

О, Древо, похоже, я играла с огнем. Дразнила настоящего зверя, сама не отдавая себе в этом отчета.
Майкл тем временем стал покрывать жаркими поцелуями мою шею, посасывая и царапая щетиной нежную кожу. Рука, лежавшая на шее спустилась ниже, крепко обвивая талию и прижимая мои бедра к его брюкам, а вторая сдавила колено. Я задрожала, когда его пальцы стали подниматься выше, задирая юбку и касаясь чувствительной кожи на внутренней стороне бедра. Нежные круговые движения пальцев, все ближе и ближе подбиравшихся к нижнему белью, так контрастировали с грубым напором его губ и колючей щетины, что я теряла разум. Практически впервые за всю свою сознательную жизнь, я не мерзла, а горела, чувствуя жар его сильного тела. Он доминировал, выпустив на волю своего хищного зверя, а я таяла от его уверенных ласк, словно глина в руках умелого гончара. Столь же податливая и гибкая.
Я не знала, что мы делали, больше всего это походило на безумие после сильного эмоционального всплеска.
Когда палец Майкла коснулся моего белья, я затрепетала, обвив его шею и запустив пальцы в густые волосы. Кажется, мы что-то уронили, но даже не обратили на это внимания.
Зарычав и тряхнув головой, Майкл рванул пуговицы на моем платье, разрывая его со самой талии. Я вскрикнула от неожиданности, но он закрыл мне рот очередным головокружительным поцелуем. Я даже почувствовала во рту привкус крови, когда его клык царапнул губу. Детектив подхватил меня на руки, и я в испуге схватилась за него, обвив ногами талию, а руками вцепилась в плечи. Очевидное свидетельство его желания уперлось мне прямо в клитор, посылая волны удовольствия по всему телу.
Несколько размашистых шагов по моей небольшой комнатке, и он уронил меня на кровать, тут же наваливаясь сверху и лихорадочно хватаясь за ремень, пока я плавилась под его поцелуями, покрывавшими мою грудь и живот. Майкл даже заурчал от удовольствия, когда обхватил губами закаменевшую вершину моей груди через ткань бюстгалтера. Разум совсем меня покинул, я могла только извиваться и тихо скулить под тяжестью его тела, отзываясь на каждую новую, все более откровенную ласку. Тяжелый ремень полетел прочь, и детектив начал спешно расстегивать пуговицы на брюках.
— Джойс, ты вернулась? Джойс!
Я вскрикнула, когда Майкл обхватил второй сосок и с силой прижался своими бедрами к моим, обвив хвостом мою ногу.
— Джойс, тебе плохо?
— Хорошо, — шепнула я, а в следующий миг замерла, осознав, кто именно пытался до меня докричаться. — Ехидна! — я выскользнула из-под Майкла, оттолкнув его от себя. На этот раз у меня получилось, поскольку катт и сам понял, что их прервали.
Я спешно запахнула на груди испорченное платье — детектив вообще прекрасно справлялся с уничтожением моего гардероба, — и села, нервно заозиравшись по сторонам. Майкл откатился в сторону, едва не упав с моей достаточно узкой кровати, и шумно выдохнул, явно пытаясь взять себя под контроль.
Момент необузданной страсти был упущен, теперь мое лицо буквально пылало. О чем я вообще думала? Он опытный мужчина намного старше меня, а мой опыт, так сказать, взрослой жизни ограничивался одной ночью с Лексом. Мне было любопытно, а он казался заинтересованным. По ошибке я приняла свои и его чувства за нечто большее. Правда, дальше одной ночи с ним никто не задерживался, и я не стала исключением. Лекс быстро терял интерес к тому, что уже завоевал.
Наверное, я бы тогда ушла от него, но после нескольких ночей, проведенных в слезах, когда обида и разочарование давили особенно сильно, поняла, что он действительно ничего мне не обещал. Я построила в своей голове какие-то радужные замки, исключительно по наивности юной девчонки, однако не любила его по-настоящему. Ведь все те дни я оплакивала свою растоптанную гордость, а не чувства.
Тогда я осталась, решив не рисковать своей жизнью на улицах. Тогда же пообещала себе, что в следующий раз испытаю близость только со своим будущим мужем. По любви.
Я провела рукой по лицу, убирая с лица спутанные кудри и мысленно взвыла. Какого орка я вообще творила? Сегодня выдался тяжелый день, я была так подавлена смертью Арчи и Мойры, винила себя, а потом… Как я оказалась в постели с детективом?
 
— Уходи, — шепнула я, прекрасно зная, что Майкл услышит, и тронула распухшие губы, палец тут же окрасился алым.
Детектив довольно быстро поднялся, захватив брошенный на пол ремень и вышел, не сказав ни слова. Очевидно, он не знал, что сказать. Совсем, как я.
А когда за Майклом тихо захлопнулась входная дверь, я снова услышала голос Ингеборги:
— Это был детектив? Только что из нашей квартиры вышел детектив? Я так и знала, что этим все кончится, — продолжала ворчать она. — Что бессовестный катт положит глаз на нашу хрупкую девочку. Джойс, с ними нельзя связываться. Они полигамны!
Застонав, я уткнулась лицом в подушку, хранящую мужской аромат детектива с нотками еловых шишек и свежей листвы, что он принес с собой из леса.
— Доброй ночи, Инга! — крикнула я гримуару, зная, что выйти к ней сейчас не смогла бы и под угрозой расстрела.
— Прокляну, — буркнул гримуар.
  
Глава 9
 
Майкл
Теплый, почти горячий ветер обдувал мое лицо, принося с собой горький запах полыни. От него неприятно щекотало в носу, но все лучше, чем душная вонь города. Погода второй день бушевала жарой, сегодня к этому прибавился еще и сильный ветер, гонявший стайки облаков. Шляпа покоилась на коленях, а я позволил себе снять пиджак и расстегнуть пару верхних пуговиц рубашки на время дороги. Салон мобиля был кожаным и приятным наощупь, единственное, материал сильно нагревался от прямых лучей солнца и начинал припекать не хуже сковороды. Я едва не взвыл, когда приземлил свою пятую точку на роскошное сидение часом ранее.
Со стороны сенатора Боллсви было большой любезностью не только выписать нам пропуск, но и организовать машину до «Балтингейл». Таким образом, нам еще раз напоминали, что хотели активно следить за всеми нашими действиями. Что ж, это можно было стерпеть, даже с учетом того, что молчаливый водитель — некрупный молодой эльф — внимательно ловил каждое слово, сказанное нашей компанией. Это можно было заметить по едва дернувшемуся заостренному уху в момент диалога. Впрочем, ни о чем подозрительном мы не говорили.
Ночное погребение фамильяра и убийство ведьмы из города мы тактично не обсуждали, даже Дин был необычайно немногословен, только раздражен сильнее обычного. Мы успели перекинуться лишь несколькими колкостями и замолчали на долгое время, любуясь дорогой сквозь зеленые луга и величественный хвойный лес на горизонте.
Довольно удобно быть политиком уровня Ричарда Боллсви, любые двери открывались перед тобой достаточно быстро. Я просил его об услуге накануне, до полуночи, на следующий день после обеда новенький и широкий мобиль уже прибыл за мной. Водитель, ни говоря ни слова, передал мне конверт, в котором находились пропуска важных посетителей с нашими данными. Даже у хорька имелось вписанное имя, пол и расовая принадлежность «фамильяр». Но, все же в Крысиный квартал меня не повезли, что поначалу встревожило, однако позже мобиль остановился на выезде из Аркена, и там из точно такого же мобиля ко мне пересела ведьма.
Я чуть повернул голову в сторону Джойс, заметив, что она смотрела на меня, но девушка тут же отвернулась. Казалось, сейчас для нее нет ничего интереснее пейзажа за окном. Я мысленно вздохнул. Неловкость повисла в воздухе сразу, как она села рядом в простом, но элегантном платье чуть ниже колен. Конечно же, удивительный аромат сразу заполнил салон. Пришлось изо всех сил делать вид, что все нормально и буднично. Было бы проще, если бы я не знал вкус ее возбуждения. И это почти целиком и полностью было моей виной.
После прекрасной песни на неизвестном мне языке, которую Джойс пропела над могилой преданного фамильяра я был странно заворожен, будто этот момент сильно связал нас. Я стоял там, в темном и прохладном лесу, и, не отрываясь, словно мальчишка, наблюдал, как родившийся непойми откуда ветер развевал платиновые волосы и подол платья, как блестели слезы на румяных щеках и как шевелились ее губы, рождая то, что слышать мне еще не доводилось. Поэтому я сперва отказаться вновь зайти к ней, испугался, что, оставшись с Джойс вдвоем, мог наделать проблем нам обоим. Впрочем, так и вышло.