Мятежный Вэш (ЛП)

— Новая партия рабов-мужчин прошла через процесс отбора. Сейчас они гладиаторы на обучении. Гладиаторам дается право претендовать на личную рабыню. Вы будете жить с ними, спать с ними, есть с ними и очищать их. Вы исполните любое их желание, и не будете жаловаться. Считайте, что вам повезло. Вы были выбраны случайным образом из сотен других рабынь. Трахаться с этими скотинами больше, чем вы все заслуживаете.
Такое чувство, что мое сердце в горле, а живот у моих ног. Что? Он не может серьезно иметь в виду то, что только что сказал. Даже для рабов идея абсолютно предосудительна. На самом деле он не может ожидать, что мы добровольно просто… подчинимся. Шок все еще не исчез, когда гладиаторы начали выходить из туннеля на противоположной стороне двора.
Другие девушки, по-видимому, в таком же недоверии, потому что мы все стоим в песчаном кольце, наблюдая, как первый здоровенный Примус выходит из туннеля. Он покрыт кровью и в доспехах, которые выглядят древними с ужасающим шлемом в форме черепа. Появляется следующий Примус, и он такой же кровавый. Я понимаю с тонущим желудком, почему трибуны были покрыты кровью. Этим Примусам, должно быть, пришлось убивать других рабов, чтобы заработать себе место гладиаторов. Каждый, кажется, более кровавым, чем предыдущий. Они все одеты в неправильно подобранные, архаичные стальные и бронзовые доспехи с оружием средневекового стиля в их огромных руках.
Один из Примусов такой большой, что даже Вэш выглядит маленьким. Он, вероятно, единственный Примус, которого я когда-либо видела, у которого нет мышц. Его живот настолько велик, что он качается с каждым шагом. Но он движется с мощной целью, которая говорит о невероятной силе.
Последним появляется только Примус, не одетый в доспехи и не залитый кровью. Он движется с гибкой уверенностью, которая, кажется, обещает компетентность. Он высокий, широкий и захватывающий дух. Вэш.
Если раньше я думала, что мое сердце в горле, то теперь оно во рту. Я практически слышу, как оно стучит. Мысль приходит ко мне внезапно и не поддается: пожалуйста, пусть он. Я хочу, чтобы Вэш выбрал меня. Он пугает меня и высокомерен, но он единственный из этих людей, кто пытался мне помочь. По крайней мере, с ним, я знаю, во что ввязываюсь. Я определенно не надеюсь, что это не из-за того, как солнце падает на его черты лица, заставляя его выглядеть как мечта скульптора, твердый, как точеный мрамор, и пропорциональный, как произведение искусства. Определенно нет.
Его бирюзовые глаза находят мои, и у меня дыхание захватывает. Он смотрит на меня так, будто я ему уже принадлежу. И черт возьми, на самом деле надеюсь, что так и будет. Где-то за шоком и гневом, я удивляюсь, как быстро ваши пожелания и желания могут измениться, когда кто-то другой контролирует вашу судьбу. В один момент, я волевая женщина, которая огораживается от мира и имеет чип размером с небольшой кратер астероида на плече, в следующий раз я скрещиваю пальцы в надежде, что грубый мужчина будет требовать меня как свою личную секс-рабыню. Это не совсем справедливо быть такой жесткой к себе. Меня так или иначе будут требовать, я просто надеюсь, что это Вэш.
Я отворачиваюсь от Вэша, пытаясь оценить других гладиаторов. Большинство из них — мускулистые и со злыми лицами, с глазами, которые говорят об опасности и жестокости. Некоторые кажутся равнодушными, их глаза отдалены, а лица расслаблены. Кажется, он худее, чем другие, и от него исходят расчет и вдумчивость. Похоже, только один Примус может сравниться с Вэшом по дерзости, и тогда я понимаю, что он вовсе не Примус. Его кожа такая кровавая, что кажется красной. Он человек.
Я не знаю много о сражениях, но знаю, что люди не в состоянии победить Примуса в честном бою. Разница в силе и размере настолько значительна. Но этот человек настолько велик, что выглядит чуть короче среднего Примуса. И самонадеянный способ, которым он осматривает нас всех, делает мою кожу колючей. Не он. Не самый большой, тоже. Никто из них.
Почему это происходит? Я хочу кричать от разочарования, но не хочу привлекать внимание Клигопа. Было бы похоже на то, что он намеренно назначит меня наихудшему из возможных гладиаторов, если дам повод.
  
Другие женщины и я стоим в испуганном сгустке в центре кольца, в то время как гладиаторы окружают нас, как хищники.
Теперь Клигоп обращается к гладиаторам, скользя между нашими двумя группами, когда он говорит. Гладиаторы явно стремятся сделать свой выбор и, кажется, стоят на пороге того, чтобы сделать это, но небольшие силуэты вооруженных охранников на дальних крышах вокруг комплекса, похоже, заставляют их подумать об этом еще раз. Есть, вероятно, десятки орудий, обращенных на всех нас, готовых забрать любого, кто угрожает работорговцу.
— Гладиаторы, — говорит он. — Вас оценивают по вашей вероятности угодить толпе. Вам не нужно знать подробности того, как мы оцениваем вас. Просто знайте, что чем жестче ваши методы, тем больше заслуг вы получили. Гладиатор Маркус, ты был удостоен наибольшего уважения. Выбирай первым.
Человек шагает вперед. Он передвигается между женщин и берет красивую девушку Колари. Я не узнаю ее, так что она, должно быть, из другой группы рабынь. Тем не менее, мое сердце болит за нее. В глазах этого человека нет ни капли добра, и я знаю, что он не будет относиться к ней хорошо. Просто надеюсь, что он не убьет ее. Далее выбирает мускулистый Примус с зеленой кожей.
Отбор продолжается, когда я смотрю на Вэша, его лицо становится все более напряженным, поскольку каждое имя называется перед ним. Разве Клигоп не сказал, что самые жестокие убийцы выбирают первыми. Значит ли это, что Вэш был наименее злобным из них? Мне трудно в это поверить, учитывая навыки, которые я видела в коридоре за пределами нашей камеры. Интересно, почему он сдерживался. Казалось, что он почти наслаждался насилием раньше…
Примус с выпуклым животом выбирает, когда остаются только четыре женщины. Я сжимаю зубы, пытаясь не встретить его глаз, но что-то в моем животе говорит мне, что он идет прямо за мной. Я чувствую, как он приближается, двигаясь мимо трех других женщин, пока не встанет прямо передо мной.
— Вот эту, — говорит он.
Вэш прочищает горло.
— Я хочу эту, работорговец, — говорит большой пузатый Примус.
— Я слышал тебя, Гладиатор Джоррус. Иду.
Вэш прочищает горло, на этот раз более слышно.
Клигоп делает паузы, очевидно раздраженный. Тогда он, кажется, понимает, кто такой Вэш и где его видел в первый раз. Признание проявляется в одной мышце в то время, как его мясистое лицо становится еще более расслабленным. Его рот говорит беззвучно.
— Ты, — говорит он.
— Я. — соглашается Вэш. Затем он подходит ближе к работорговцу и наклоняется вперед, шепча что-то, что я не могу услышать.
Клигоп кивает головой, подбородки колеблются от движения. Его глаза выпирают, и он громко глотает.
— Гладиатор Джоррус. Выбирай другую. Эта женщина занята.
Джоррус поднимает огромную булаву, которую держит и бросает ее на землю. Он поднимает ее, указывая на Вэш.
— Не твоя очередь.
Вэш пожимает плечами.
— Я подозреваю, что ты попал на фуршет, когда не было твоей очереди. Я думал, ты поймешь.
Джоррус задумывается, чтобы понять сказанное. Его лицо искажается от гнева.
— Давай посмотрим, что внутри твоей красивой головы.
Он устремляется к Вэшу. Клигоп делает жест, очевидно, для охранников на стенах, потому что ни один выстрел не сбивает атакующего Примуса или Вэша.
Я хочу кричать. Джоррус настолько чертовски велик, что даже Вэш не может надеяться превзойти его. Вэш безоружен, а у Джорруса огромная булава.
Вэш стоит с руками на бедрах, наблюдая за атакой Джорруса. В последнюю секунду, он обходит Джорруса. Руки Вэша напрягаются, когда он бьет ребрами ладоней по шее Примуса. Рука гиганта отпускает булаву и поднимается, чтобы схватиться за шею. Он издает задыхающейся булькающий звук и спотыкается. Вэш просто наблюдает, как Джоррус падает на землю, кашляя и пытаясь перевести дыхание.