Мятежный Вэш (ЛП)

Он ухмыляется, усиливая хватку, пока я больше не могу говорить. У него полный контроль. Я не могу отойти от него, и не могу остановить его, но я нахожу себя в восторге от этой идеи. Я делаю все, что он пожелает. Я не борюсь с этим.
Его рука двигается по моей заднице и между моих бедер. Его пальцы работают на мне через спандекс. Материал достаточно тонкий, что даже трение его движения заставляет меня извиваться от его прикосновения. Я тихо стону, пытаясь ударить его, но он усиливает хватку, удерживая меня неподвижной. Я смотрю в зеркало и вижу, как его пальцы скользят между моих ног. Я слегка изгибаю спину, прикусывая губу, пока наблюдаю горячую страсть в его глазах и широкие мускулистые плечи позади меня.
— Снимай одежду, — говорит он.
Я посылаю сигнал своему костюму, и он падает, оставляя меня обнаженной и все еще в его руках. Затем он выполняет сложный маневр, которому еще не научил меня, переворачивая меня так, что я лежу на спине на полу. Его колено мягко прижимает мою грудь вниз, и он использует свои руки, чтобы держать мои колени. Хотя я знаю, что не могу пошевелиться, но могу сказать, что он старается, чтобы его вес не давил на меня, используя свои руки и равновесие, чтобы распределить себя достаточно осторожно, чтобы я едва чувствовала давление его размера.
Он опускает бедра, пока его твердый член не прижимается к моей груди через облегающую ткань его костюма.
— Разве ты не хочешь знать, что… — я говорю, когда мои слова растворяются в стоне.
Он наклоняет голову, чтобы найти мою киску ртом и целует меня грубо там обрабатывая мой клитор языком и губами. Он позволяет мне освободить одну из моих рук, чтобы схватить его за задницу. Сочетание плотного и слегка текстурированного материала против твердости его мускулистого тела под ним почти слишком много. Я хочу сорвать с него ткань, но он все контролирует. Я знаю, не спрашивая, что его одежда сойдет, когда он решит, что пора. Теперь я в его власти. Мысль посылает новую волну острых ощущений через меня.
После такой долгой попытки быть сильной и контролировать все, отпустить и заставить его взять на себя ответственность таким образом, пробуждает что-то глубоко скрытое внутри меня, желание быть контролируемой и позволить ему взять на себя ответственность. Это желание может не перейти к жизни за пределами спальни — или спортивного коврика в этом случае, но сейчас оно делает свое дело. Его рот на мне — огненный экстаз. Я извиваюсь столько, сколько он мне позволяет, желая, чтобы я перевернула его, и он заполнил меня. Как бы ни был хорош его рот, я испытываю глубокую жажду принять его внутрь себя. Часть ощущения от того, что он командует — это желание наблюдать, как он медленно теряет самообладание и контроль, поскольку удовольствие от пребывания внутри меня заставляет его преодолевать его собственную волю доминировать и контролировать мой темп. Я хочу посмотреть, как он уступит своей животной страсти и возьмет меня безоговорочно.
Тем не менее, я не могу жаловаться, когда откидываюсь назад, бродя по его телу моей рукой и стоная, пока он лижет, целует и проводит пальцами по моей киске и в мое ядро. После того, что похоже длится целый век, он снова переворачивает меня еще одним сложным движением, которое оставляет одну мою руку за моей спиной, а другое мое запястье прижимается к моей голове. Он использует свое колено, чтобы поднять мои бедра в воздух, чтобы моя задница была направлена вверх и к нему.
Его гладкая, фиолетовая кожа блестит в свете тренировочной комнаты, и каждый дюйм его тела — мускулистое совершенство. Я прикусываю губу, глядя на его полную длину и желая ее во мне. Он толкается внутрь меня не торопясь. Я плачу, когда он работает со мной, используя мое тело для собственного удовольствия. Я не могу двигаться вообще в его объятиях, и единственное ощущение — его член скользит в меня и из меня, наполняя так глубоко и полностью, что я думаю, что могу умереть прямо сейчас и быть счастливой.
Каждый нерв в моем теле горит от удовольствия. Он начинает кряхтеть с каждым толчком, хлопая своим тазом по моей заднице ритмичными движениями. Я чувствую прилив, будто вода за плотиной накапливается. Я смотрю в зеркало, наблюдая, как его брови опускаются в неуправляемом вожделении. Он оттягивает губы назад, почти рыча от необходимости взять меня, чтобы потребовать меня. Он трахает меня все сильнее и быстрее, сжимая меня крепко, и входя так глубоко в меня, и я продолжаю думать, сколько еще у него может быть члена.
  
Видение того, как он полностью поддался своей потребности, приводит меня к кульминации. Я чувствую, как моя киска сжимается вокруг его члена, усиливая ощущение и пробуждая взрыв белого горячего удовольствия внутри меня. Мои глаза сжимаются, и я чувствую теплый прилив жидкости, пульсирующей внутри меня, когда он рычит с удовлетворением. Он продолжает трахать меня до тех пор, пока мой собственный оргазм не исчезнет, и я не уйду в туманное блаженство электрического счастья. Когда он скатывается со меня, мне кажется странным, что я могу свободно двигаться, но я нахожу, что хочу только откатиться на него и поцеловать его глубоко, так что я делаю это.
Я сжимаю свои бедра вокруг его все еще эрегированного члена, чувствуя, как моя гладкая киска прижимается к нему, когда целую его, обводя его язык своим. После того, как я удовлетворена, прижимаю голову к его груди, вздыхая. Мы долго лежали так, пока я не почувствовала, что его жесткий член постепенно смягчается, но я не хочу его отпускать. Вскоре я снова поднимаю голову и покрываю его поцелуями.
Мы лежим так долго, пока мой разум блуждает. Я думаю о том, как кардинально все изменилось. Я не могу избавиться от ощущения, что какой-то сказочный принц въехал в мою жизнь и увел меня от всех моих проблем, даже если он был более темным принцем, чем я читала в историях, он мой. Я хочу провести остаток своей жизни таким образом, лежа рядом с ним, вдыхая его, просыпаясь с его великолепным лицом и сексуальной улыбкой. Я хочу, чтобы у него были дети, и я вижу, как маленькие дети бродят по дому, а он смеется и гонится за ними. Я хочу продолжать борьбу против рабства. И я знаю, что он тот человек, который дает мне все, что я хочу.
Я улыбаюсь, уткнувшись носом в его ключицу и закрыв глаза.
— Я беременна, — шепчу я ему на кожу, чувствуя, что мои щеки почему-то горят.
Что, если он не хочет ребенка со мной? Что если он сердится на меня? Что, если он не думает, что я буду хорошей матерью?
Он берет меня за плечи, легко поднимает, чтобы посмотреть мне в глаза. Интенсивность в его собственных глаз поражает. Он смотрит на меня вверх и вниз, глядя на мой голый живот, как будто он может видеть какие-то признаки ребенка.
— Ты уверена?
Я киваю, закусив губу.
— У меня была задержка, поэтому мне пришлось провериться у одного из врачей.
Для того, что кажется вечностью, он смотрит на меня без экспрессии. Тогда самая большая улыбка, которую я когда-либо видела на нем, распространяется по его губам. Он прижимает меня к груди в крепких объятиях. Он снова тянет меня назад, чтобы крепко поцеловать, останавливаясь достаточно долго, чтобы посмотреть мне в глаза, прежде чем снова притянуть меня к своей груди. Я лежала там, улыбаясь в его гладкую кожу.
— Я не мог надеяться найти лучшую мать для моего ребенка, чем ты, Софи.
Я удивлена, что мои глаза полны слез от его слов. Дело не в том, что Вэш не добр ко мне, но он, скорее всего, спрячет комплимент в шутку, а искренность в его словах слишком велика. Он имеет в виду каждое его слово, каждую унцию своего существа. Я знаю. Я целую его, позволяя слезам падать на его лицо. Он тщательно вытирает их, снова улыбается и поглаживает мои волосы.
Я даю ему игривую улыбку, все еще чувствуя волны эмоций, несущихся через меня.
— Итак, каков мой бюджет на детскую одежду и мебель?
Он делает задумчивое лицо.
— Бюджет? Я не знаком с этим словом.
Я шлепаю его по груди.
— Серьезно. Теперь, когда ты знаешь, я не могу дождаться, чтобы выйти и начать покупать одежду.