Мятежный Вэш (ЛП)

В таком случае, это трудный путь. Я мысленно приказываю своей нано-броне прикрывать меня с ног до головы. Моя маска принимает форму Саккара. Большинство людей, которые видят это, не живут достаточно долго, чтобы спросить, почему я выбрал Саккар. Они бы подумали, что зверь имеет какое-то значение для меня или я сравниваю себя с одним. Правда в том, что, когда я купил доспехи у Граббакта из Гаморы, голова Саккара уже была запрограммирована на это. Я просто не потрудился изменить его.
Я хлопаю в ладоши своими бронированными руками, потирая их, пока они не станут светло-голубыми в ночном небе. Я врезаю их в землю, и генераторы отталкивания отталкивают меня от земли. Жестко. Я поднимаюсь в воздух, используя толчок на моем костюме, чтобы превратить мое тело в торпеду в форме Примуса. Я набираю скорость с некоторой тревожной скоростью, используя небольшие движения, чтобы направлять свое тело по воздуху.
Прямо перед ударом я складываю руки перед собой, как дайвер, и приказываю, чтобы мой костюм отвел массу в мои руки. Костюм поднимается вверх по моему телу, создавая толстый клиновидный блок острой бритвы из нано-стали передо мной. Я прорываюсь через усиленную стальную крышу. Этот звук похож на смертельный крик металлического зверя.
Трудно сказать, но я думаю, что прорвался через три этажа, прежде чем окончательно потерял ускорение. Я поднимаюсь на ноги, качая головой, чтобы устранить головокружение. Мой костюм и гравитационные манипуляторы вынесли большую часть удара из него, но мне все же досталось.
Работорговец Примус с ружьем смотрит на меня в шоке, как… ну, как будто я только что упал через гребаный потолок. В то время, как он хватается за ружье, я уже на нем. Даже не беспокоюсь о своемпульсорезоре. Я расправляю свои пальцы и вонзаю их в его дыхательное отверстие. Он бросает оружие, сжимая горло и задыхаясь. Оставляю его умирать и углубляюсь дальше в комплекс. Думаю о том, что скажет Гейдж о моей идее скрытности, и немного посмеиваюсь. Он всегда был хитрее меня, когда мы работали вместе. Они называли нас громом и молнией. Он был молнией, я был громом. Но эти дни уже прошли. Он и я сожгли слишком много мостов. Как только я сделаю ему одолжение, мы будем в расчете, и я не против.
Я избавляюсь еще от двух патрульных, прежде чем добираюсь до камеры рабов. Странно находиться здесь. Мой старик владел этим рабским комплексом столько, сколько себя помню, но я никогда не был внутри. Честно говоря, никогда не думал об этом. У меня было свое дерьмо, чтобы разобраться. Теперь, когда я здесь, двигаюсь по коридорам и слышу хныканье и рыдания из клеток, которые полны людей, что-то взбивается в моем животе. Это неправильно.
Хотя никогда не был внутри, я провел свое исследование. Поэтому я нахожу нижний уровень C-7, куда они приводят свежие уловы. Именно там я ее и нахожу. Софи, думаю, они сказали, что ее так зовут. Правда, мне наплевать на нее. Это просто сведение счетов. Забирай девушку, убирайся, заплати свой долг и двигайся дальше.
Я проверяю четыре ячейки на C-7 и нахожу, что только одна занята. Дверь приоткрыта, и в центре комнаты стоит раб Граббакт, избивая женщину Колари с розовой кожей и чертами, которые большинство сочло бы приятными. Но у меня всегда были отличающиеся от большинства вкусы на женщин. Красивые женщины бросались на меня столько, сколько я себя помню, и это всегда меня отталкивало. Теперь сама «красота» отталкивает меня. Такое ощущение, что я ищу что-то еще, что-то вроде влечения, которое выходит за рамки тех типов, которые соответствуют галактическому эстетическому стандарту.
  
3. Софи
 
Я видела Граббактов раньше в Джектане, но только издалека. Поэтому, когда этот Граббакт-работорговец скользнул в комнату с кнутом, держа его в слишком маленьких руках, меня одолела смесь отвращения и страха. За несколько коротких часов мое тело уже развило неприятно сильную ассоциацию с хлыстами. Просто глядя на него, мне хочется свернуться и съежиться. Граббакт, держащий его, напоминает мне персонажа, которого я видела в видео на Старой Земле под названием «Звездные войны: Джабба Хижина». За исключением того, что Граббакты меньше, их глаза находятся дальше друг от друга, и у них есть две стрелы, торчащие из их груди. Есть также толстая пленка слизи, которая делает их кожу гладкой и оставляет след, похожий на улитку. Очень мерзко.
  
— Называйте меня мастером Клигоп, — говорит Граббакт. — И не смотрите мне в глаза! — кричит он, хлеща Колари, которая якобы посмотрела ему в глаза.
Мы все сжимаемся, двигаясь назад, но Бри кажется застывшей, неспособной двигаться. Она смотрит прямо на работорговца. Он еще не повернулся и не заметил, но это только вопрос времени.
— Бри! — прошипела я.
Она не двигается.
— Бри! Он изобьет тебя! — шепчу я, чувствуя, как начинается паника. Мой разум мчится, пытаясь придумать все, что я могу сделать, чтобы помочь ей. Прежде чем могу придумать хороший план, Клигоп поворачивается к нам.
Я не задумываюсь. Прежде чем осознаю, встаю перед Бри, защищая ее от гнева Клигопа.
Его слизистые брови опускаются вниз в негодовании.
— Я думал, что истории о человеческой глупости были преувеличены. Кажется, нет…
Он поднимает свой хлыст, электричество потрескивает по его длине.
Я все еще чувствую горячие линии боли с того момента, как меня выпороли раньше, и каждый нерв в моем теле взывает ко мне, отступить. Но я не буду. Как бы ни была дерьмова вселенная, стоит немного потратить на то, чтобы внести в нее что-то хорошее, сделать что-то стоящее и хорошее. Поэтому я сжимаю кулаки и закрываю глаза.
Вместо предательского свист хлыста, я слышу сдавленный хрип Клигопа. Я осмеливаюсь смотреть и почти падаю в изумлении. Бронированный Примус возвышается над Клигопом. Он носит какой-то шлем ястреба и держит электро-кнут в своей мощной руке. Примус освобождает хлыст, и движением быстрее, чем мой глаз может следовать, он опускает хлыст вниз, как удар молнии. Клигоп выгибает спину, глаза расширяются от боли. Он издает задушенный звук боли и пытается ускользнуть из комнаты. Бронированный Примус ударяет кулаком в провисающий живот Клигопа, опуская его на землю.
Теперь остались только мы с Примусом. Я не знаю, испытывать ли мне облегчение или ужас. Клигоп внушал страх своей жестокостью, но этот Примус разжигает совершенно другой вид страха внутри меня.
Его бронированная голова поворачивается, сканируя комнату. У меня есть время, чтобы увидеть, насколько он невероятно мускулистый и мощный, потому что броня, которую он носит, кажется тонкой, как шелк, сжимая его тело, как перчатку. Ткань представляет сбой двигающиеся чешуйки из нанотканого материала. Я никогда не видела ничего подобного. Или кто-то вроде него.
— Соф-ээ? — спрашивает он. Его голос посылает холод через меня. Он настолько глубокий и мощный, что я чувствую, как он вибрирует в моей груди. Осознание наступает через мгновение. Он имеет в виду Софи? Он меня разыскивает?
Я глотаю тяжело, медленно двигаясь назад к стене. Кем бы ни был этот Примус, я не хочу в этом участвовать. Каждый его дюйм говорит о насилии и обещании опасности. Если мне придется выбирать между работорговцами и им, я выберу работорговцев.
Мое движение привлекает его внимание. Этот пугающий шлем ястреба поворачивается ко мне, и в течение нескольких долгих секунд я словно парализована.
  
4. Вэш
 
Женщина привлекает мое внимание. Я не могу отвести взгляд. Профессиональные, отточенные инстинкты, которые я годами совершенствовал, заставляют меня двигаться быстрее. Сейчас рои охранников направятся сюда, и, если я хочу свести к минимуму мои шансы быть обнаруженным, мне нужно взять девушку и двигаться. Но эта женщина с дикой гривой волос меня поразила. Я слеп ко всему, кроме жесткого взгляда. Несмотря на очевидный страх, который она испытывает ко мне, в ее глазах есть холодная и неумолимая решимость, как будто она не пойдет легко. Меня почти одолевает желание исследовать эту женщину, а не только то, что лежит под ее одеждой. Возможно, впервые в жизни я хочу знать, что она думает.