"Фантастика 2024-83". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

— Вы в этом уверены?
— Как можно быть уверенным в будущем? Нет, конечно. Карл может внезапно скончаться, погибнув при своем очередном выходе на медведя. И тогда Швеция вообще никуда вступать не будет. Но, если судить по всем известным мне раскладам, Карл сейчас склонен поступать именно так. Он жаждет воинской славы, поэтому рвется в бой. В какой угодно. А для войны ему нужны деньги, в то время как у него в казне пусто. Если выступит за Габсбургов, то Англия и Голландия будут ему платить. Но сколько? Если же он выступит за Францию, то сможет, нанеся поражения Англо-Голландским войскам, войти в Голландию и взять столько, сколько унесет. Мы же… — усмехнулся Алексей, — делаем все, чтобы он не отвлекался.
— А он разобьет Голландию?
— Карл гениальный тактик, одержимый войной. В итоге, как и Густав II Адольф он, вероятно, погибнет и все потеряет. Но поначалу будет творить чудеса. Поэтому, если он вступит в войну, то сделает это на стороне Франции. А вступив — атакует Голландию и с большой вероятностью сможет ее разбить, а потом и разорить.
— Но… как мы тогда выудим деньги из Голландии?
— Мы должны спешить. — улыбнулся Алексей.
После чего поведал ему классической финансовой пирамиды. Вроде «МММ», только адаптированную под местные реалии.
— Как ты понимаешь, у такой пирамиды есть слабое место. Она живет и приносит прибыль вкладчикам до тех пор, пока в нее приходят новые. Если приток новых вкладчиков истекает или замедляется — начинается крах. Причем крах безусловный. Его никак нельзя остановить или предотвратить. И в таких пирамидах самое важное — вовремя выйти из игры. Для чего нам Карл и нужен.
— Разоряя Голландию он заметет следы?
— Да. Можно будет развести руками и указать на него, как на виновника разорения компании. Ведь компания выполняла свои финансовые обязательства, пока не пришел Карл.
— Занятно… — загадочно улыбнулся Ло.
— Нас с вами в этой истории интересует два момента. Первый заключается в том, что обманутые вкладчики не любят себя таковыми считать. И винить будут не нас, а того, кто не дал им получить сверхприбыль. Такова природа человека. — развел руками Алексей. — А второй — это легализация денег. Если ты останешься сам по себе, то рано или поздно к тебе придут. Это вкладчики будут винить шведов. А королевские судьи — нет. Рано или поздно они разберутся что к чему и конфискуют все твое имущество для погашения долгов. Дабы погасить раздражение вкладчиков. Хотя бы частично. Поэтому важно будет не просто вовремя выйти из игры, вывозя деньги, но и оказаться там, где до тебя не доберутся. Именно по этой причине тебе нужна Россия.
— А в России не достанут? У вас большая торговля с Голландией. Меня могут отдать на растерзание, если купцы надавят.
— Крах компании произойдет не естественным путем, а из-за вмешательства форс-мажоров. Войны. Да и законов это никаких не нарушает. Так что потребовать твоей выдачи они не смогут. На основании чего? Им там что-то показалось? Пускай крестятся.
— Но деньги то я вывез в Россию. Скажут, что украл.
— Для этого незадолго до выхода из игры наши подставные вкладчики скинут свои акции. И вывезут деньги домой для участия в учреждении банка. Сколько там чего конкретно приехало — не проверишь. Миллион талеров или десять? Иди — посчитай. Особенно если они уже будут вложены в банк. Ты для них останешься чистым. К тому же они будут вынуждены, скорее всего, привлекать Россию на свою стороны в этой войне. И ругаться по таким пустякам не станут. И это не говоря о том, что если ты привезешь в Россию обозначенные деньги и создашь банк, то мой отец им не отдаст. Даже под угрозой войны.
— Даже так? — усмехнулся Ло.
— Даже так…
Еще немного поговорили. Обсудили дела и участие русских представителей в запуске местного филиала «МММ». Что, дескать, вложатся одними из первых. Чем и спровоцируют взрывной рост схемы. Еще какие-то детали. После чего Алексей уехал в Преображенское — к отцу, на совещание, а Джон Ло остался в Воробьевском дворце прикидывать математическую модель пирамиды. Ну и варианты маскировки ее деятельности…
  
Совещание, на которое спешил царевич, было не пустой забавой.
Алексей отчитывался за порученное ему дело. Об итогах первого сезона работы опытных сельских хозяйств. Этаких импровизированных колхозов. Маленьких. По сути мало отличающихся от предприятий, созданных в 1930-е года в Союзе. Таких же крошечных. Так же использующих преимущественно ручной труд. И с такими же неопытными председателями. Ну… точнее опыт то у них имелся, но не тот. Ведь частый сельский труд и руководство сельскохозяйственным предприятием вещи весьма и весьма отличные.
Царевич отчитывался перед царем.
Впрочем, послушать явилось человек пятьдесят. И ближайшее окружение Петра, и просто любопытствующие из числа людей влиятельных, которых объединяло общее свойство — владение большими площадями земли. Здесь даже церковные иерархи сидели. Ведь церковь являлась вторым после царя землевладельцем.
Доклад Алексей строил просто.
Сначала рассказывал о том, что было сделано. Указывая на плюсы и минусы. Потом сравнивал результаты с помещичьим хозяйством. Как мелким, так и крупным. Чем явно показывал критическую отсталость последнего. Ну и дальше рассказывал о том, что сделать не удалось пока, а также о планах.
Например, южные хозяйства пока развернуть не получилось. И, как следствие, ряд культур проверить не удалось. А земляную грушу, которую можно было бы высаживать в средней полосе, просто пока не привезли…
Результаты доклада выглядели крайне обнадеживающие.
Хотя Петр хмурился.
Алексей в очередной раз боднул крепостничество как метод хозяйствования. И Петр начал потихоньку уступать. Тут и логика, вполне стройная, и примеры опытов с интересными результатами. Но главное — реакция крупных землевладельцев, которые явно заинтересовались перспективой заметно больших урожаев…
— Косилку? — спросил патриарх Адриан, когда царевич коснулся вопроса развития конных станций. — А чем косари хуже?
— Косят медленно. Если сделать небольшую повозку-двуколку с опускающейся косой, то можно будет лошадью косить. Быстро и много. И не только по росе. Одна такая косилка сможет за день скосить травы больше, чем сотня косарей.
— Просто повозка с косой?
— С механической косой. Словно две пилы. С приводом от колеса. Повозка то едет вперед. Колеса вращаются. Оттого через шестеренку можно и шевелить механизм. Но ее еще только предстоит сделать. Пока это только наброски. Мысли вслух.
— А плуг, сеялка и жатка? Они тоже покамест выдумка?
— Жатку применяли еще галлы во времена Римской империи. Я о том, вычитал. Но конструкция примитивная. Нужно думать. Опыты проводить. Плуг тоже известен, но на нем пашут, идя рядом. Это плохо. Медленно. Если доработать его и оснастить сиденьем, то применив сильных лошадей, можно многократно ускорить вспашку. Едешь себе и пашешь. Сеялку же…
— А готовых механизмов совсем нет?
— Увы. Во всяком случае у меня. Но никакой великой сложности в них нет. Нужно только время. Там вообще много всего можно придумать, чтобы улучшить рутинный и однообразный труд, требующий большого количества ручного труда. Ту же молотилку передвижную сделать с конным приводом. Или еще чего. Иными словами — мы можем очень многие ручные дела сельские механизированными. Что даст возможность осваивать южные пустующие земли малыми силами. Да и на старых закрыть нехватку рабочих рук. В первую очередь в крупных землевладениях.
— И как быстро ты сможешь сделать эти сеялки с косилками? — поинтересовался Петр.
— Как я уже говорил — мне нужно время. И подходящие инженеры. Прямо сейчас заняться этим я не смогу. Времени и сил нет. Как завершатся работы по монетной машине попробую заняться. Но мне будет нужно помощь Якова Вилимовича. — кивнул он на Брюса. — Ну или найдите мне толковых механиков. Рукастых.
— Найдем, — решительно произнес патриарх.