Новый мир, старые правила (СИ)

— Зато она свободная, дурья твоя голова! А если наши семьи объединятся… — мужик осёкся на полуслове, после чего посмотрел на меня. — Да, точно, можешь идти. 
— А извинения… 
— Слышь, — мужик положил мне руку на плечо, после чего наклонился и на ухо произнёс. — Ты здесь где-то обиженных увидел? Иди давай. И запомни, если попробуешь кому-то рассказывать про ту драку… долго не проживёшь. Всё, пшёл. 
И дверь захлопнулась прямо перед моим лицом. Так я и ходил от одного дома, к другому, происходило всё примерно одно и тоже. Пару раз меня сразу послали, кто-то даже оскорбил, третьи угрожали. Извинения от раба оказались никому не нужны, как и сожаления Сильвара. Но в целом, к вечеру я, кажется, существенно понизил градус напряжения. 
И вот уже я собирался пойти домой, как вдруг меня на выходе остановил один из воинов. 
— Что такое? — спросил я и напрягся. 
Воин ничего не сказал, но вдруг я всё осознал. Однако едва мои мускулы только напряглись, как тут же воин ударил прямо мне в лицо своим тяжеленным круглым щитом. От удара у меня искры из глаз посыпались, а сам я упал на спину. 
Затем меня ещё пару раз стукнули тупой стороной копья, добавили ногами и поволокли к главной площади. 
— С целью поддержания порядка, с учётом недавних инцидентов, советом граждан нашего Острова Аймы решено было провести ряд профилактических мер! — в центре площади стоял Вариос, пока позади него солдаты сводили провинившихся рабов. — Компенсации хозяевам будут выплачены в установленном Эдемом проценте! Первым будет… 
Вариос окинул всех взглядом и быстро нашёл меня, после чего и принял решение. 
— Этот! — кивнул он в мою сторону. — Ты поднял руку на свободного гражданина. С учётом обстоятельств, в которые входит уважение к господину Сильвару, а также отсутствие у граждан претензий, ты будешь приговорён… к десяти ударам кнутом за каждого на кого поднял руку. То есть пятьдесят ударов кнутом. 
К этому времени меня уже притащили к столбу, привязали, а палач, один из воинов, уже щёлкал кнутом над головой разминаясь. 
— Ого, сегодня Шео с кнутом. Он же вроде за один удар до костей плоть рассекает. И целых пятьдесят ударов? — цокнул языком один из горожан. — Ставлю пятьдесят медяков, что он после десяти сознание потеряет. 
— Херня, после пяти откиснет, — тут же произнёс его товарищ. — Вон, дрыщ какой. Какие десять ударов? 
— Поспорим? 
— Давай. 
Вот так люди спокойно и делали ставки, пока меня готовили не к наказанию, а к казни. Кто-то говорил, что я закричу после третьего удара, кто-то не верил, что первый удар рассечёт спину до кости. 
А затем щёлкнул первый удар и я почувствовал как горячая кровь потекла по спине. Второй и у меня сквозь зубы вырывается рык. Я держался долго, очень долго, даже когда упал на колени, то всё равно не позволял потерять себе сознания. 
Но после тридцать восьмого я просто ослаб и свалился в лужу собственной крови лицом. 
— Наконец-то, — выдохнул Шео. — Будем считать, что я разминался. Хотя и парень этот крепче чем кажется. Правда, он не дожил до пятидесятого удара. Добить оставшиеся двенадцать? 
— Да чего на труп время тратить? — хмыкнул Вариос. — Просто выкиньте его в море, пусть русалки полакомятся. Следующим будет...
  
Глава 4
 
— Гнев.
— Где я? 
— Ненависть. 
— Ничего не вижу. 
— Ярость. 
— Почему так холодно? 
— Месть. 
И вдруг мои глаза распахнулись. От моего тела шёл пар, шрамы на руках снова кровоточили, а всё тело горело огнём. Однако и спина… она вся была превращена в фарш ударами Шео, мастера кнута. Однако раны стянулись, запеклись, уже рубцевались. 
Я лежал среди скал, о которых били волны. Должно быть меня сюда вынесло течением, хотя что-то не похоже. Ведь будучи без сознания я должен был как минимум утонуть, как максимум меня могли сожрать морские монстры. 
А затем до моих ушей донеслось прекрасное пение. Мелодичная и трагичная история слышалась в словах, а голос… никогда ранее я не слышал ничего подобного. В такт били волны, подпевали чайки и даже казалось морской бриз участвовал в дивном оркестре. Музыка завораживала меня и трогала самые неожиданные нити души. 
 
Через минуту поисков, аккуратных блужданий вдоль каменного берега, я увидел и обладательницу дивного голоса. Прекрасная русалка сидела на одной из скал, махая своим хвостом и расчёсывая волосы с помощью костяного гребешка. 
Она заметила меня, перевела взгляд и пение её усилилось. Кроме того, поменялся и ритм, мелодия, даже силы природы начали вести себя иначе, перестраиваясь под желания русалки. Страстные желания наполнили воздух, а нацелены они были на меня. 
А затем и сама русалка уже спрыгнула в море, не переставая петь. Она выплыла на берег, легла на живот, уткнув грудь в песок и начав манить меня руками. 
И мне действительно хотелось утонуть в её зеленоватых волосах, уткнуться лицом в грудь и бесконечно долго слушать ласковый голос. Меня не смущали ни клыки, ни когтистые руки, ни хищный взгляд, ведь все эти мелочи скрывались чарами. Однако всё же я остался стоять на месте, молча наблюдая за неудачными попытками меня совратить. 
— Зачем ты помогла мне? — спросил я, как только русалка сдалась и перестала петь. 
— Вариос не любит, когда мы заплываем в порт. Мы не любим Вариоса. А ещё я увидела, как твои раны горели прямо под водой. Меня это заинтересовало. Кто ты? 
— Арис, раб Сильвара. 
— А почему ты покрыт этими странными шрамами, от которых пахнет магией? 
— Недавно у меня была лихорадка, мне помог какой-то маг. 
— Наверное чернокнижник. 
— Чернокнижник? Почему ты так решила? 
— От тебя пахнет злом, как и от нас, — русалка улыбнулась во все клыки, после чего мелькнул её хвост и она скрылась в море. — Ты мне должен, Арис, раб Сильвара! Не забывай об этом! 
— Ага, да я тут всем должен… 
Должен заткнуть рот и терпеть унижение. Должен извиняться за то что набил морду мразям. Должен какому-то колдуну за спасение, Сильвару за помощь, Мирре за доброту и Альбе за ложь. Даже Вариосу за его наивность должен. Теперь ещё и русалке должен. Зашибись. А это всего два дня прошло. 
— Но ничего, всем заплачу многократно. Только дождитесь и не умирайте раньше времени. 
Не зря же говорят долг платежом красен. Тебе выстрелили в ногу? Прострели в отместку сразу две, а лучше выстрели в голову. Тебе кто-то помог в трудный момент? Когда будет нужно готовься вытаскивать своего товарища через минное поле под огнём артиллерии. За всё и всегда нужно платить многократно. Такой у меня принцип. Наверное не очень рациональный и выгодный принцип, но мне как-то плевать, что об этом думают другие. Для меня это важно и всё тут. 
— Только вот… где я? 
Вроде тоже остров, но берег здесь каменный. А на острове Аймы был песчаный. Ещё здесь даже флора и фауна слегка другая, всё в тёмных цветах, а также в центре находится вулкан. И в целом мне здесь что-то не нравится. Какая-то здесь мрачноватая и угнетающая атмосфера. 
В какой-то момент блужданий по берегу, я вдруг увидел странную обезьянку. Что было в ней странного? Она носила одежду и набирала воду, попутно матерясь. Не знаю даже что меня удивило больше то что обезьянка говорит или то что она матерится через слово. 
— Сука, твою мать, чтоб тебя Этий дрючил, гнида грёбаная… — очень недовольно бурчала обезьянка, собирая голыми руками колючих морских ежей и складывая их в ведро, как вдруг она остановилась и перевела взгляд на меня. — А ты хули вылупился? 
Сказать, что я удивился от такого хамства и такой наглости — не сказать ничего. Однако решено было сохранить самообладание. 
— Что это за остров? — с каменным лицом спросил я обезьянку, напоминающую больше всего мартышку. 
— А почему я разговариваю и матерюсь тебя не интересует? 
— Разговариваешь потому что можешь, материшься из-за сбора ежей голыми руками. А вот что это за остров я не знаю.