Суженый босс (ЛП)

Не только тебя, бабушка.
Крис едва не довёл нас всех до инфаркта, не явившись к алтарю, вместо этого он запрыгнул в самолет, и отправился в наш медовый месяц.
Без меня.
Когда я, наконец, дозвонилась до него, чтобы узнать, почему он так поступил, ответ был прост. Он не любил меня и не знал, как сказать об этом.
Ага. Стоящий парень.
Я не люблю тебя, но, эй, планируй свадьбу, трать все деньги, а потом в день свадьбы я не приду. Задница. Анальная дырка. Было бы гораздо проще, если бы он расстался со мной, а не делал предложение. И дешевле. И менее унизительно.
Но он чувствовал давление со стороны своих родителей, требующих, чтобы он остепенился, и, хотя я ненавижу его за это, я понимаю его. Я чувствую давление со стороны своей бабушки еженедельно.
— Да, знаю, но кое-что хорошее все-таки произошло на выставке.
— О, боже, ты нашла работу?
Я знала, что она обрадуется. Она постоянно беспокоится обо мне, потому что она была основной причиной, по которой я осталась в городе, когда меня уволили. Она чувствовала себя виноватой. С тех пор она пытается найти мне работу используя свои «связи». Единственное собеседование, на которое я попала, было с сыном ее соседки, проктологом и я… не смогла. Я восхищаюсь теми, кто хочет зарабатывать на жизнь работой с человеческими задницами, но я не из таких людей. Я имею в виду, как общаться с его пациентами, когда они уходят с таким видом, будто им только что что-то засунули в задницу? Надеюсь, когда-нибудь вашей заднице станет лучше.
— Да. И это потрясающе.
— Что ж, какая замечательная новость, Чаки. Расскажи мне все подробнее.
Улыбаясь, я откидываюсь на спинку дивана, ставлю на колено чашку горячего шоколада и говорю:
— Ну, это работа помощника руководителя…
* * *
Какое прекрасное утро.
Запах канализации витает в воздухе, пока я иду к новому месту работы, наслаждаясь пончиком из магазинчика за углом. Новый день, и впереди меня ждет новая глава.
В субботу после разговора с бабушкой, я позвонила родителям и сообщила им новости.
Они были в восторге. Поскольку я родом из северной части штата Нью-Йорк, а точнее из Скенектади, они беспокоились о том, как я буду жить в быстром ритме города, и это беспокойство усилилось после слияния компании, в которой я работала. Я просила их не беспокоиться, но они умоляли меня вернуться в Скенектади, где я могла бы устроиться на работу к их другу-ортопеду на ресепшен.
Нет, спасибо.
Я знала, что делаю, и даже когда средств стало совсем мало, я не ставила их в известность. Но теперь беспокоиться не о чем, потому что моя зарплата О БОЖЕ как хороша. Мистер Дэнверс любил меня, но не настолько. И когда мистер Уэстин сказал, что начальная зарплата маловата, я сдержала смешок.
Да, хорошо, зарплата низкая… конееееечно. Как я вообще буду жить?
В воскресенье вечером мама купила восхитительные стейки, чтобы отпраздновать перед моим первым днем. И… Я купила к нему трюфельное масло. Я намазала эту липкую вкуснятину и насладилась изысканной кухней.
Это все, о чем я только могла мечтать.
Теперь, когда я здесь, готовая к новому дню на новой работе, я очень взволнована.
Интересно, каким будет этот день? В офисе мистера Дэнверса было очень комфортно. На моем столе всегда стояли свежие цветы, у меня было много друзей на разных этажах, а работа на человека, который ценил меня, была вишенкой на торте, покрытом глазурью.
Мне очень нравились неформальные пятницы.
К тому же мистер Дэнверс боготворил меня, и доверял моему мнению.
Надеюсь, я смогу оказать воздействие на «Уэстин Энтерпрайзис» так же, как и на фирму мистера Дэнверса.
Прежде чем войти в здание, которое скоро станет моим новым рабочим домом, слизываю глазурь от пончика с пальцев, а затем быстро вытираю их влажной салфеткой, которую достала из сумочки. Приведя себя в порядок и готовая к работе, достаю телефон из сумочки и останавливаю симпатичную даму, которая, кажется, не торопится, как другие люди вокруг меня.
— Не могли бы Вы меня сфотографировать? — спрашиваю я. — Это мой первый рабочий день, и я бы хотела иметь фотографию на память об этом моменте.
 
— Конечно, — говорит женщина с доброй улыбкой. — Поздравляю. Прекрасный день для новой работы. Солнце светит ярко и освещает все эти бетонные здания.
— Я тоже так думаю.
Улыбаясь, отступаю назад и, придерживая свою сумочку, принимаю самую лучшую позу, на которую только способна.
— Готово. — Женщина возвращает мне телефон. — Удачи на новой работе. Сразите их наповал.
— Спасибо.
Я машу ей рукой, благодарная за приятную жительницу Нью-Йорка, встретившуюся этим утром.
Направляясь к этажу отдела кадров, быстро размещаю свою фотографию в Instagram, отметив, конечно же, «Уэстин Энтерпрайзис», а затем кладу телефон обратно в сумочку. Отдел кадров находится на шестьдесят первом этаже, а я буду работать на восемьдесят восьмом. Звучит величественно. Из общения с Лайнусом и мистером Дэнверсом я уже знала, что «Уэстин Энтерпрайзис» вкладывает деньги не только в недвижимость, но и в различные виды бизнеса, входящие в состав мощного конгломерата, который Рэт создал в юном возрасте. Последовательно инвестируя свои деньги, он добился того, что у него появились десять различных филиалов «Уэстин Энтерпрайзис», а также процветающий благотворительный фонд, которому Рэт уделяет большую часть своего времени.
Двери раздвигаются, я желаю всем, кто находится в лифте хорошего дня, а затем направляюсь через стеклянные двери в поисках миссис Пепплбам.
Администратор встречает меня с улыбкой, и я говорю:
— Здравствуйте, меня зовут Чарли Кокс, и сегодня мой первый рабочий день. Я должна встретиться с миссис Пепплбам.
— Да, она в конференц-зале, готовится к вашей встрече. Сюда.
Я следую за милой дамой по многочисленным стеклянным коридорам в конференц-зал с тонированными окнами. Дверь со свистом открывается, и о моем появлении сообщают.
— Миссис Пепплбам, мисс Кокс здесь.
Дама лет пятидесяти, с короткими светлыми волосами, поднимает голову и одаривает меня очаровательной улыбкой. Протягивая руку, она обходит стол и пожимает мне руку.
— Очень приятно познакомиться. Пожалуйста, присаживайтесь. Хотите
что-нибудь?
Она указывает на фрукты и кексы на столе.
Я смотрю на порезанный ананас и кладу пару кусочков себе на тарелку.
— Ананас — моя слабость, не могу от него отказаться.
— Я тоже.
Миссис Пепплбам тоже накладывает себе на тарелку пару кусочков, прежде чем сесть рядом со мной.
Перед нами лежат несколько папок, но она не сразу приступает к работе.
— Итак, расскажите немного о себе. Я слышала, Вы работали на Гарольда Дэнверса.
— Да, он был замечательным начальником, а потом произошло слияние, и я потеряла работу. Но я получила хорошее выходное пособие, благодаря которому у меня появилось свободное время. Нужный отпуск.
— Ох, представляю. Где Вы учились?
— В университете Олбани. Вообще-то я из Скенектади. Я выбрала колледж не слишком далеко, чтобы жить с родителями и экономить деньги. После окончания колледжа, получив степень магистра бизнеса, после учёбы я решила остаться здесь.
— Я родом из Адирондака. Там очень красиво осенью, но зимой — нет, спасибо.
Я смеюсь и киваю.
— Да, я благодарна, что у нас в городе не бывает снега, только безумный холодный ветер.
— Именно поэтому были изобретены шарфы… и такси.
Мы смеемся и еще некоторое время разговариваем, наслаждаясь ананасом, прежде чем приступить к работе.
Как только мы отодвигаем тарелки в сторону, миссис Пепплбам говорит:
— Итак, мне нужно заполнить Ваши основные трудовые формуляры, а затем договор аренды квартиры.
— Ох, да, не думаю, что мне понадобится квартира. Я живу в прекрасном месте в Бруклине.
Миссис Пепплбам качает головой.
— К сожалению, этот район не подходит. Вам придется жить как минимум на Манхэттене.