Малфой (СИ)

 — Дафна, — устало отозвался я, — заканчивай играть в истеричку и скажи толком, что случилось?
 — Видишь ли, Малфой, не только тебе любимые родители выдали ценные указания, но и большинству слизеринцев, части райвенкловцев, нескольким пуффендуйцам и даже парочке гриффиндорцев тоже дали инструкцию по поведению. Я пытаюсь понять, как нам вести себя, чтобы не задевать ничьи интересы.
  
 — Сидеть тихо и не переходить дорогу Амбридж, а когда она будет появляться на уроках, усиленно делать вид, что в кабинете присутствуют все ученики и не мешать нам с Забини и Дрейком.
 — А Поттер?
 — Врет, — коротко ответил Блейз. — Спокойной ночи, Дафна, мы устали.
 — Спокойной ночи, мальчики, — ответила девушка, и удалились к себе.
Мы с Забини тоже ушли в мужскую спальню — завтра нам предстоит много работы.
***
Так потекли дни — уроки, отработка у Амбридж и сон, даже прогулки (с тростью не побегаешь) по утрам забросил — сил не было, выспаться никак не удавалось. Жесточайший недосып напомнил мне время, когда в доме появилась Илона. Мать часто писала письма и присылала ее колдофото. Сестренка подрастала, активно интересовалась миром вокруг, а также демонстрировала отсутствие магических способностей. В письмах мать жаловалась, что ребенок легко сбрасывает любые чары, уничтожает зачарованные вещи и не поддается большинству заклинаний — они на нее не действуют. Однофакультетники очень интересовались младшей сестрой и возможностью жениться на ней в будущем. Я отговаривался ее малым возрастом и слабым здоровьем, но чаще просто сбегал от разговора, стараясь лишний раз в гостиной не появляться, а в перерывах между уроками гулять с Луной. Данные отлучки не прошли незамеченными, но школьники списывали все на самодурство Генерального инспектора, которая загрузила меня отработками, часть которых приходилось делать еще и днем. Школьники поговаривали о том, что женщина «неровно дышит» по отношению к моей персоне и мое предложение про презервативы явно не лишено смысла.
Кстати о новом преподавателе. Амбридж забрала нас у МакГоннагал, так что теперь с шести вечера и до полуночи мы сидели за работой. Результаты удручали — деньги «отмывались» по полной. Начиная с детей-сирот и заканчивая ремонтом школы. По документам в Хогвартсе крышу над всем зданием перекрывали год назад, а по факту — как текло с потолка в северной башне, так и течет. Сколько ни латал Филч и Флитвик, ничего не помогало. Ремонт туалетов у нас, оказывается, каждый год проводится. Вот, в прошлом году, общий туалет у гриффиндорцев чинили. Только МакЛаген сказал, что разбитый унитаз в шестой кабинке никуда не делся, а два душа не работают. На мой вопрос, почему они не починят чарами, парень ответил, что хватает на час, потом опять разваливается.
Самое большое воровство было на кухне — продукты по завышенным ценам, которые поставлял Аберфорт Дамблдор. Множество закупленных деликатесов обосновывались специальными диетами для некоторых учеников. Грейнджер была удивлена, когда я спросил ее, а ел ли Поттер в прошлом году мясо убитого им дракона, которое было выкуплено специально для него за семь тысяч галеонов?!
Считая все это, мне было обидно — вроде такой дед умный, а ворует у детей. Ну как так?! И это мы прошлись только по верхам! Честно говоря, я со страхом ждал инвентаризации — вот там уж точно полная задница, но реальность оказалась намного хуже, чем мы думали.
В середине сентября Долорес Амбридж назначили Генеральным инспектором Хогвартса. Теперь она могла посещать уроки, а мы считать, что же на самом деле находится в кабинетах.
Первая проверка состоялась в начале октября в пятой теплице. Преподавательница ЗОТИ притащилась на сдвоенный урок с Райвенкло.
 — Кхе-кхе, здравствуйте дети.
 — Здравствуйте, профессор Амбридж, — поприветствовали мы.
 — Здравствуйте, профессор Спраут, — женщина обратилась к декану барсуков. — Как вы знаете, я здесь с проверкой. Скажите, как часто вы проводите занятия в этой теплице?
 — О, довольно часто. Понимаете, в третьей и шестой течет крыша, а в девятой расплодились…
Спраут начала жаловаться, Долорес записывать, а мы с Забини, оставив Дрейка выслушивать диалог двух теток (вдруг что полезное скажут), начали сверять списки:
 — Лютик одноглазый, двенадцать горшков, — сказал я, заглядывая в список предметов, которые должны храниться в этой теплице.
 — Девять, — ответил Блейз, пересчитывая цветочки с человеческим глазом вместо пестиков и тычинок.
 — Система полива на триста семь растений теплицы.
 — Эй, начал с цветов, давай дальше по ним! Не прыгай, — прошипел одногруппник, выкручивая на максимум вентиль полива. — Похоже, что не работает.
 — Мистер Забини! — окрикнула Спраут. — Не ломайте оборудование! Оно и так на последнем издыхании!
 — Простите, больше не повторится, — ответил Блейз, возвращаясь к цветочкам.
 — Что значит «на последнем издыхании»? — тут же вцепилась Амбридж.
 — Понимаете, — тихо начала преподаватель, — трубы ржавые, и механизм не исправен. Я директору каждый год список необходимых работ передаю, но денег мало, работаем на том, что есть.
 — Интересно, — усмехнулась «барби в возрасте», и что-то зашептала на ухо нашей преподавательнице.
Судя по плотоядным улыбкам, завтра, в крайнем случае, послезавтра, у нас будут списки планируемых работ от всех преподавателей.
Следующим уроком был уход за магическими существами, который вела Граббли-Дерг. Женщина подробно описала методику преподавания и пожаловалась на нехватку корма, недостаток пособий и отсутствие нормального загона для животных. Мы же, в свою очередь, пришли в тихий ужас от того, что обнаружили, точнее не обнаружили: навес с партами, три загона с животными, среди которых числились единороги и магические коровы с лошадьми… И так на каждом уроке. Даже у МакГоннагал и то недостача! Снейп нагло пожаловался на нехватку ингредиентов, котлов, парт и аудиторий. Флитвик не остался в стороне и просто вручил генеральному инспектору пергамент с перечнем материальных ценностей, которые отсутствовали по факту.
Итоговую ведомость по результатам тайной инвентаризации мы сводили почти полторы недели, сверяясь со списками, предоставленными преподавателями, попечительским советом и фактическим наличием. В итоге недостача составила почти сто тысяч галеонов! Это еще кастрюли на кухне не считали и заброшенные классы не смотрели — все по верхам, осмотр только того, что лежит на виду. Флитвик раскусил нас сразу и сдал директора и все документы, что он подписывал. Со Спраут декан Райвенкло договаривался как-то сам, и женщина лично впихнула мне кучу документов под видом дополнительной литературы. Предоставить копии документов, которые он подписывал, Снейпа вежливо попросил рара. И только декан львов была в блаженном неведении. Ну, по крайней мере, впечатление было именно такое. Заместитель директора перестала лютовать и отнимать баллы у всех и вся, занимаясь, в основном, научной работой. В принципе, ее можно понять — на Гриффиндоре, да и в Хогвартсе наконец-то стало тихо. Практически полное отсутствие рыжей семейки очень положительно сказалось на обитателях школы: малыши перестали толпами посещать больничное крыло, отсутствовали сладости с подвохом, можно было не бояться заклинания в спину. Конечно, приходилось нет-нет, да оглядываться, но таких масштабных гадостей, как делали близнецы, в Хогвартсе больше никто не делал. Джинни Уизли, теперь уже Виттельбах, хоть и была на виду, но до изобретательности братцев и бесцеремонности шестого Уизли ей далеко. Девушка кичилась своей помолвкой, дорогими шмотками, украшениями и всем рассказывала о том, как летом отдыхала на Мальдивах, пока ее брат Рон постигал магическую науку и ходил в учениках у ее мужа. Знала бы она, где на самом деле он находится, точнее то, что от него осталось… Я не думаю, что все так радужно, как описывает Джинни, но кто согласится рассказать правду о том, как именно достались ей бриллианты в ушах и мантия на соболином меху? Грейнджер, ох, миссис Крам, пыталась ее образумить, но рыжая прилюдно высказала ей, что она завидует, а вступившийся за подругу Поттер был послан далеко и надолго. Кстати о шрамоголовом — парень все же послушал старосту своего факультета и, после недели отработок у Амбридж, перестал орать на каждом углу о возрождении Темного Лорда. Честно говоря, он (Поттер) меня пугал — тихий, задумчивый, что-то читающий. Это нехарактерно для него. Народный герой даже в квиддич стал хуже играть, постоянно пропуская снитчи на тренировках.