Игры мажоров. Испортить сводную

– Стефа не понимает, что сейчас самое время подумать о личной жизни. Век женщины короток. И с юности к вопросу построения отношений стоит подойти с умом, чем потом подбирать объедки.
Мне мерзко от того, как она это все говорит. Тем более что они с Алексом встретились далеко не в юности. И она сейчас, по большому счету, назвала его объедками.
Боже, какой кринж!
– Разве я не права? – мама смотрит на пасынка в поисках поддержки.
  
– Все верно, Инга. Сейчас самое время, – он встречается со мной глазами, в которых пляшут черти. – И я даже познакомил Стефу вчера с парочкой перспективных ребят.
Ну какой лицемер!
– Так в чем же дело?
– Как бы сказать помягче, – трет подбородок сводный, и мое желание врезать ему становится еще сильнее. – Стефа повела себя как дикарка.
– Что? – вскрикиваю.
– Стефа! – оборачивается ко мне мама. – Что ты учудила?
– Отшила извращенца, который предложил мне стать первым! – я вообще не понимаю, что здесь творится, и происходящее напоминает театр абсурда. – И вообще! Отстаньте от меня, у меня уже есть парень!
– Правда? – недоверчиво смотрит на меня мать, а сводный скептически приподнимает бровь.
– Правда! – заявляю твердо.
– Это же превосходно! Тогда ты приведешь его на нашу с Алексом годовщину отношений. Но надеюсь, это не кто-то из твоих прежних друзей… – морщится мама, будто говорит о каких-то маргиналах. Хотя мои прежние друзья в разы лучше этих уродов, которых она пытается мне сосватать.
– Что? Когда?
– Через две недели. Приведешь его, и мы посмотрим, достоин ли он тебя.
– Действительно, – усмехается Тим. – Посмотрим, он вообще реальный или плод твоего воображения, – продолжает ухмыляться подонок, а мама хихикает в ответ на его выпад.
Ну что за цирк!
– А если его нет, тогда мы сами займемся устройством твоей личной жизни.
– Не надо! – обрываю родственников, решив, что во что бы то ни стало приведу парня на этот чертов прием, чтобы они раз и навсегда отстали от меня.
Вот только где его взять за эти две недели? Да еще уговорить прийти на прием…
Неизвестный номер: “Ну так что? Придешь? Или я, похоже, у тебя в бане?”
Смотрю на дисплей смартфона и понимаю, что как минимум один вариант у меня есть. И если сегодня за кофе он окажется лучше своего брата, то я смогу с ним договориться. Главное, чтобы Тим не узнал об этой договоренности.
– Ждите! – отвечаю им, направляясь в свою комнату и печатая на ходу ответ Виктору.
Стефа: “Я готова к кофе”.
 
Глава 13
 
– Прекрасно выглядишь, – встречает меня у входа в ресторан Виктор, протягивая небольшой сборный букет нежно-розового цвета.
Смотрю на цветы и не знаю, как на них реагировать. Хотя если он нацелился на то же, что и его брат, то стоит признать, что он хотя бы пытается ухаживать, а не ведет себя так, как это делал накануне Мик.
– Спасибо! – наконец-то отвечаю на его сомнительный комплимент.
Я, конечно, пришла хоть и не в пижаме, но и не наряжалась специально, как делала бы это для парня, которому хотела бы понравиться.
На мне джинсовые шорты и белая майка, поверх которой я накинула клетчатую рубашку и завязала ее на талии, а на ногах обыкновенные сандалии.
Сам же Виктор в светлых брюках и такой же светлой рубашке, что явно были куплены не за пару тысяч, а стоят больше, чем пенсия у моей бабушки.
– А цветы зачем? – не принимаю букет, потому что не хочу обозначать эту встречу как свидание.
– Красивые цветы для красивой девушки, – он поднимает солнцезащитные очки на лоб и улыбается.
– Мы вроде не договаривались, что это будет свидание.
– Но и не обговорили то, что это точно им не будет, – улыбается так открыто, что уголки моих губ непроизвольно дергаются и я улыбаюсь в ответ.
– А ты продуманный, да? – смотрю на него прямо.
– Ну если за продуманность ты принимаешь простое мужское внимание, то у меня вопросы к тому, с какими парнями ты встречалась до этого.
– Это ты так незаметно пробиваешь почву насчет того, были ли у меня с кем-то серьезные отношения или нет? – корректно пытаюсь указать на тему интима.
Вместо того чтобы стушеваться, Виктор запрокидывает голову назад и начинает громко смеяться.
– Слушай, да с чего ты решила, что все вокруг зациклились на этой теме? – во взгляде ни намека на фальшь.
– Хочешь сказать, что внезапно тебе стала интересна я сама по себе? Ни с того ни с сего, независимо от того, сколько вокруг тебя вьется девушек? – не знаю, зачем я продолжаю его допытывать. Будто намеренно хочу его оттолкнуть, а потом сказать: “Я так и знала”.
– Именно так! – он кладет руку мне на поясницу и подталкивает к двери ресторана.
– Давай без рук, – останавливаюсь, одарив парня таким взглядом, чтобы у него не оставалось сомнений, что я могу и по яйцам врезать в случае чего.
А я могу!
Мысли о ночном инциденте хоть и вызывают дрожь, но в то же время я чувствую и прилив какой-то гордости, что смогла постоять за себя.
Признаться, это был первый раз за мои восемнадцать лет, когда мне потребовалось защищать себя и свою честь. И теперь меня просто распирает изнутри от осознания, что я не растерялась и оказалась такой крутышкой.
Хотя на Викторе я не хочу пробовать свежеприобретенные приемчики. Надеюсь, что он из тех парней, что прекрасно понимают слова.
– Понял, дикарка, – усмехается он, убирая руку, а я облегченно выдыхаю.
Мы занимаем столик у окна и, сделав заказ, сидим пару мгновений и молча рассматриваем друг друга.
Виктор хорош. Я бы сказала, что очень хорош собой. Но в нем не чувствуется той легкомысленности или надменности, что я вижу в его брате и его друзьях. Но расслабляться я не позволяю себе раньше времени.
– Что? – не выдерживаю первой и отвожу взгляд к окну, за которым пробегают прохожие.
На улице снова жара, и девушки поголовно в мини-платьях и шортах, но вместо того чтобы рассматривать цветник за окном, мой собеседник не сводит с меня глаз.
– Любуюсь, – отвечает он не смутившись, но умело вгоняя меня в краску. – Стефа, расскажи мне, откуда ты такая взялась?
– Уверен, что готов к этой истории?
– С радостью послушаю.
– Все просто. Я жила в другом районе города с бабушкой, – зависаю на последнем пункте, потому что я не должна рассказывать о том, что мамы практически не было в моей жизни и она занималась только личной жизнью. Ведь я не знаю истинных намерений Гордеева-старшего. А подставлять Алекса будет низко. Потому что именно он просил держать это все в тайне, когда вскрылось, что я никуда не планирую переезжать… – И с мамой, – нехотя добавляю. – А потом она встретила отца Тимура, и вот, мы среди вас.
– И тебе это не сильно нравится?
– Разве по мне так сильно заметно? – усмехаюсь, стараясь спрятать нервозность.
– Более чем. Возможно, тебе просто требуется время…
– Или сменить место жительства.
– Как вариант. Подыскиваешь себе что-то?
Я бы с радостью, но тогда Алекс снова включит свою шарманку о том, что все должны работать на имидж семьи. Своих сбережений у меня нет, а мама не позволит мне уйти сейчас, когда вся семья под прицелом.
– Пока не могу. У мамы с Алексом большие проекты, и мы должны быть образцово-показательной семьей.
– А тебя это не устраивает?
– Нет. Не люблю фальшь и лицемерие.
– В шоу-бизнесе все строится именно на этом.
– Жду не дождусь, когда смогу вырваться на свободу.
– А учиться? Ты уже куда-то поступила?
– Поступила – громко сказано. Алекс запихнул меня в институт экономики и финансов.
– Тебе это не интересно?
  
– Нет. Я вообще мечтала стать стюардессой.
– Неожиданно, – вскидывает брови вверх Витя.
– Но это не престижно, – усмехаюсь. – Нельзя быть обслугой, – помню, как рассказала о своем желании маме и отчиму, а они в ответ лишь рассмеялись.