Обнажая душу (СИ)
Его заливистый смех ловко и так приятно пробирался порывами в мой слух, ловящий знакомые интонации, заразительные и такие милые, всегда вызывающие в ответ, как минимум, улыбку, и я даже сейчас замер, глупо и бесконтрольно улыбаясь, слушая и не наслушиваясь этими переливами.
— Мам, ну, перестань, — звенел его голос, уже давно сломавшийся и обретший некоторые оттенки мужественности на грани с былой робостью.
— Привет, — поздоровался я, все же вырулив из коридора, и вошел на кухню, как-то немного вопросительно выдавив это короткое слово всем присутствующим, чем и привлек к себе их внимание. — Что делаете?
Сразу же я встретился внимательным взглядом с мелким, держащим в руке большую кружку с какао, и уже вскоре прежняя игривость и легкость отразились на его накрашенном лице, а брат, вдруг смущенно мне улыбнувшись, застенчиво опустил черные ресницы. Походу, понял, что спалился у меня.
Опять ведь кокетничает. Такое чувство, что у меня есть два разных брата, а не один.. и это как-то волнует, что ли..
— Ужинаем, — логично отозвался отец, запивая чаем прожеванное, а я просто сел на свой стул и красноречиво замолкнул, чувствуя, как щекотно с мокрых волос по спине стекает прохладная вода.
— Мне вам нужно кое-что сообщить, — попеременно поднимая взгляд на каждого из присутствующих родственников, все же начал я и затаил дыхание, прокручивая в мыслях дальнейшие свои реплики и доводы, чтобы ненароком еще не услышать от мамы неугодное «нет», если показать себя с тюфячной стороны.
Я снова, задержав взгляд, исподлобья поглядел на Билла, который, махом заметно растерявшись, вдруг захлопал накрашенными глазами, в ужасе ахнув, и резко поставил кружку на стол, тревожно сжимая пальцы в кулаки.
— Том, блин! — дрогнувшим голосом, взволнованно и пораженно всхлипнул он, неотрывно глядя на меня уже с явственной паникой, насквозь буравя своими глазами, а иногда и опасливо посматривая на ничего не понимающих родителей. — Не надо, а!
— Вы это о чем? — хмуро и вопросительно полюбопытствовал отец, а я смотрел в заторможенном молчании, как преображается мягкая красота Билла в подавленную, обиженную гримасу безнадежности.
Я вообще не мог понять, что это с ним вдруг такое, раз он так резко и яро начал останавливать меня, и уж было подумал, что он как-то прознал о моем переезде и не хочет, чтобы я уезжал, потому и ждал меня в комнате. И тут, глядя на него, до меня внезапно и совершенно случайно доперло..
Я крепко замешкался, что уж говорить, поскольку, по идее, так-то бы надо рассказать им, куда он по ночам таскается, так как он, между прочим, не выполнил свою часть уговора. Однако потом я вспомнил и то, что его, как такового, у нас даже, вроде, и не было. Он не обещал ничего, только хотел, чтобы я не рассказывал, а потом мы оказались на кровати..
— Попробуй только! Я же просил! — скуксившись и откровенно начиная злиться и паниковать, вскричал на меня он, сделав быстрый шаг в мою сторону, а я, чуть улыбнувшись, просто опустил взгляд на стол.
Палить его перед родителями все равно будет слишком жестоко, особенно когда я собрался переезжать, а один он тогда тут без меня просто не выживет. Так что новость сегодня будет только одна, и непосредственно его она почти что и не касается. Точнее, очень даже касается, но связана, определенно, с другим.
— Нет, значит.. — понятливо хмыкнул он, надувшись и поникнув еще сильнее. Весь его вид откровенно показывал, что что-то громогласно рухнуло где-то внутри него, а страх отчетливо читался на его беспомощно рассерженном лице. — Ненавижу тебя.. — разочарованно выплюнул Билл в ответ на мое затянутое молчание и плотно сжал губы, а я понял, что, похоже, пора уже разъяснять ситуацию, пока этот мелкий дурак всех собак на меня зря почем не спустил.
— Билл, погоди ты! — тут же попытался задержать его я, но тот резко отнял свою руку и быстро покинул кухню, а вскоре громко и скандально хлопнула дверь в его комнату.
Немая пауза, и я перевел немного растерянный от этого форс-мажора взгляд теперь уже на наших родителей. Вот ж черт.. Отличная ситуация, и я представлял эту беседу вообще-то, как минимум, не так. Ничего ж нельзя заранее планировать, так как в итоге все пойдет через задний проход!
Но делать уж нечего. Я снова обреченно поглядел на строго ожидающих моих ответов родителей и тяжело вздохнул, будто мгновенно появился за моей спиной неподъемный, давящий груз. Итак, сейчас будет, походу, очень жесткий допрос, и я здесь — главный обвиняемый.
— В чем дело? Что такое с Биллом?! — тревожно спросила мама, торопливо поднимаясь из-за стола и, вероятно, решив пойти за ним и выяснять все сразу, но я кое-как не дал ей этого сделать. Только не сейчас.. — Том! Да объясни мне, наконец!
А у меня внутри в этот момент творился реальный апокалипсис малого масштаба. В мыслях хаотично вертелись целыми массами сюжеты этих самых объяснений, и такой внезапный и ошеломляющий порыв Билла, если честно, просто шикарно застал меня врасплох. Я впрямь не подумал, что все так странно совпадет, и теперь надо было начать разгребать этот чертов бардак, так спонтанно образовавшийся в наших и без того осложнившихся отношениях.
— Я.. ээ.. Да так.. я с ним потом поговорю, — быстро протрещал я, убирая под стол руки, чтобы они так круто дрожали хотя бы без свидетелей, и от вида такого обозленного и разочарованного мелкого мне было до жути неприятно и совершенно не по себе. — Просто..
— Томас, — строго окликнул меня отец, поторапливая и не перенося, когда кто-то неуверенно жует сопли, и я вздохнул, чувствуя, как одним только словом отражается вся его бесконечная требовательность.
— Я переезжаю. Завтра-послезавтра. В ту квартиру, — как будто по слогам на одном дыхании выдавил я, самому себе напоминая робота, безэмоционально констатирующего какие-то запрограммированные факты, и снова в колком ожидании взглянул на переваривающих это маму и отца.
Плотная тишина мгновенно обволокла все помещение на несколько секунд, неприятно давя на и без того потревоженную психику, и теперь мне оставалось лишь дождаться соответствующей реакции, которую я, чего уж выдумывать, знал буквально наперед. Плевать, все сейчас разрешится, но в мыслях у меня был только расстроенный Билл, который теперь меня еще и ненавидит..
К лучшему это или нет, я еще не понимал, но в груди все равно все невольно дрогнуло, остро кольнуло, и что-то будто глубоко засело искривленной, болезненной иголкой. Непривычно слышать такое от него. А может, тогда и расстаться с ним на такой вот напряженной ноте? Тогда он точно обидится, отстанет и разберется в своих настоящих чувствах, больше не пытаясь сблизиться, что приведет теперь только к плохому. Трудный выбор..
— А почему? — она неподдельно удивилась и явно не ожидала такого поворота вообще. — Там же те студенты живут, да и.. — кашлянув, совершенно непонимающе говорила мама, часто хлопая глазами, прямо как Билл, который, видимо, у нее этого приема и насмотрелся. — А платить чем будем? Не надо, Том, живи пока с нами!
— Вот надо именно сейчас? — в свою очередь поинтересовался отец, сцепляя руки на столешнице, а я, остервенело кусая губу, так и думал в тот момент только про обиженного и так нелепо обманувшегося брата.
— Э.. они просто съезжают уже, — ответил я коротко и вновь попеременно осмотрел их непоколебимым, упрямым взглядом, чтобы уж точно так тупо не опрофаниться, явно давая понять, что не пойду у мамы на поводу. — И я решил, что сразу туда и перееду.
Переговоры нежданно затянулись, что меня невольно забеспокоило, но я все равно сумел отстоять свою точку зрения, против которой больше слабо выступала только мама, а отец вполне спокойно дал добро. Ей же ведь просто не хотелось терять меня из вида, что, конечно, скажется на ее большой любви к контролю. Не завидую я мелкому теперь, так как я уже точно сваливаю. И все же надо с ним хотя бы нормально перед этим объясниться.. Не смогу свалить молча, совесть не даст.
Поэтому, за неимением иного выбора я им сказал, что Билл уже давно все знает и все это время нашей ругани просил меня остаться, якобы тупо не хотел, чтобы я уезжал, потому и расстроился, так горячо психанув и устроив сцену на кухне.