"Батя". Над законом (СИ)

Палить по людям Батина Захар тоже не мог. Нельзя. С Батей вступать в такую конфронтацию просто опасно, тем более тогда, когда сам Батин первым не нападет, ещё и позволил своим людям пропустить на территорию и даже подпустить к Платону, чтобы съездить тому по физиономии пару раз.
Ринат перевёл взгляд на двери, которые распахнулись. В помещение вошли Александр и Родион. Рахманов бегло посмотрел на Захара и Рината, а после сразу же впился взглядом в Платона. Если бы не появление Батина и Родиона, прикончил бы ушлёпка.
Батин не шевелился. Просто наблюдал, как Родион медленно подошёл к Платону, а после Рахманов с силой лупанул Платона по лицу.
- И тебе здравствуй, брат, - процедил Платон, отплёвываясь.
- Не брат я тебе больше, Платон, - процедил в ответ Родион. В этот момент в его глазах были и разочарование, и горечь, и боль одновременно. Не просто дались Родиону эти слова. Но он их сказал: твёрдо, с уверенностью, показывая Платону, что тот больше не имеет никакого отношения к семье Рахмановых.
- Ты снова отвернулся от меня, Родион, - процедил Платон.
- Я отвернулся? Это ты от всех отвернулся, Платон и предал семью.
- Пошёл ты, Родион.
- Я пойду, - процедил в ответ Родион, - но сначала ты, гад, всё мне расскажешь.
Батин не вмешивался. Всё-таки, Родиона и Платона связывали кровные узы. И как бы Родион не желал, ему от них не отречься. Никогда. Пусть поговорит с братом, пока тот дышит. Платон не пожелал, чтобы Родион применил к нему методы убеждения. Рассказал, почему связался с Остапенко и для чего перевёл наследство на Регину. Снова пытаясь цеплять Захара разговорами, как веселился с его бабой.
- Ринат, Захара выведи отсюда. Я здесь сам разберусь, - процедил Родион
- Родион! – рявкнул Захар, явно против такого его решения.
Захар знал, что спорить с Родионом нельзя. Особенно тогда, когда того всего колотит от бешенства и злости на того, который когда-то был дорогим, родным и близким человеком. На того, который когда-то был семьёй, а теперь стал врагом.
Платон не стал скрывать от брата ничего. Не имело смысла больше хоть что-то скрывать. Всё рассказал. Батину ведь всё равно всё известно. А этот Ирод замер в центре помещения и во всё вникает, слушает и пропускает через себя.
- Какой же ты кретин! - прошипел разочарованно Родион.
- На выход, Рахманов, - Батин вскинул голову, - я итак проявил много терпения, слушая ваши разговоры. Пообщались, а теперь общаться с мразью буду я.
- Я прошу тебя отдать Платона мне, Батин, - Родион прищурился, смеряя Александра острым взглядом.
- Нет, - сказал, как отрезал.
- Я готов выслушать твои условия!
- Зачем тебе этот подонок, Рахманов? Снова помилуешь и на вольные хлеба отпустишь?
- Я разберусь.
- Нет… сказал!
- Надеюсь, ты понимаешь, Батин, что со мной нельзя вести себя так же, как с другими? Сегодня идёшь на принцип ты, а завтра пойду я. Думаю, нам с тобой нужно уметь договариваться.
В любой другой ситуации Александр бы принципиально ответил - НЕТ!Но сейчас перед глазами возник образ девушки с крашенными светлыми волосами и выразительными такими добрыми, красивыми глазами. Она - дочь Родиона. Если сейчас пойти на принцип с Рахмановым, к дочери своей Родион Александра и близко не подпустит. Никогда.
Впервые Батин задумался над тем, чтобы уступить и рассмотреть компромиссный вариант.
- Я скажу тебе свой ответ за неделю. Этого урода не убью. Но беседа у меня с ним состоится. После, Родион, мы вместе с тобой обсудим его приговор.
Рахманов кивнул, знал, что Батин решения не изменит. Он добился от него уступки, а это много значит.
Батин проводил Рахманова взглядом, после посмотрел на Платона.
Алексей подошёл к Батину и оттащил его в сторону, выводя из склада.
- Саш, ты что творишь? Ну какая к чёрту неделя, а? Валить надо скота и ставить жирную точку во всём этом деле. Ты же так и хотел поступить. Почему вдруг передумал?
- Есть на то причина.
- Нет такой причины или причин, - возразил Алексей.
- Мне нужна обдумать одну ситуацию, связанную с семейством Рахмановых, Лёша.
 
- Как знаешь, но ты совершаешь ошибку, - процедил Алексей, отходя от Батина.
Александр вернулся в свою машину, сел за руль и впервые понял, что не понимает сам себя. И это непонимание не позволяло ему сейчас принять твёрдое решение. Он подумает, нужно ли ему то, во что он собирается ввязаться. И Платон ему необходимым живым в качестве воздействия на Рахманова.
Батин перевёл взгляд на наручные часы. Вечером у него ещё будет время смотаться в клуб и отдохнуть. Он заслужил на отдых, ведь пахал, как проклятый последние месяцы без выходных. Главное, что смог разобраться со всем, докопался до правды и наказал главных преступников. Всех, кроме одного.
Но и Платона Рахманова настигнет своя кара.
Только чуть позже.
Батин это точно знал.
Конец.