Королевы и монстры. Шах
Мне особо не от чего отталкиваться, но обычно меня не подводит интуиция насчет людей. И если она подсказывает правильно, то мужчина, под чьей крышей я сейчас нахожусь, хранит больше секретов, чем должен иметь человек в его положении.
Подозреваю, в его метафорическом шкафу не просто хранится скелет. Там у него целое кладбище.
Откинув уголок темного шелкового покрывала, забираюсь под одеяло и съеживаюсь, устраиваясь поудобнее. Затем несколько минут лежу неподвижно, так что автоматические лампочки тускнеют. Я погружаюсь в сон под урчание собственного желудка.
Но в какой-то момент меня будит дыхание рядом со мной.
Даже не открывая глаз, понимаю, что это Деклан. Аромат перечной мяты выдает его с потрохами, как и испускаемый им жар. Температура тела этого мужчины постоянно выкручена на максимум.
Через секунду он произносит тягучим от усталости голосом:
– Комната для гостей занята. Диван тоже. А я не могу спать сидя.
– Я тебя не прогоняю.
Какое-то время мы молчим, пока он не произносит:
– Ты не поела.
– Я не хочу заработать диабет.
Я слышу ерзанье на соседской подушке и открываю глаза. Он лежит на спине и смотрит на меня, повернув голову.
Он полностью одет, снял только пиджак и ботинки. Его подбородок потемнел от щетины. Голубые глаза прикрывают отяжелевшие веки. Он очень, очень красив.
– Тебя не беспокоит, что ты проснулась со мной в одной постели?
Я зеваю.
– Я тебе не нравлюсь. Ты мне не нравишься. Вероятность внезапного порыва страсти стремится к нулю.
– Люди постоянно занимаются сексом, не нравясь друг другу.
– Можешь не выпендриваться! Я не пытаюсь подвергнуть сомнению твою мужественность. Уверена, у тебя может случиться порыв страсти, и я ничего не смогу с этим поделать, но я знаю, что такого не будет. К тому же ты дал мне слово, что не тронешь меня. Поэтому у меня нет причин волноваться.
Я разумно обхожу вниманием сегодняшнюю прелюдию в гардеробе. Кто-то вообще понял, какого черта там произошло? Точно не я.
Он поворачивает голову и смотрит в потолок. Затем какое-то время молчит и вдруг произносит:
– Ты ненормальная.
– Спасибо.
– Господи! Ты принимаешь каждое оскорбление за комплимент. У тебя самомнение словно чугунное.
– Покрепче чугунного.
– Я серьезно, как ты можешь быть такой равнодушной ко всему? Единственный раз, когда ты слегка оживилась, – это когда я запихнул галстук тебе в рот. Но в ту же секунду, как я его вытащил, ты поблагодарила меня и продолжила… быть собой.
Он начинает правда заводиться. Вот это да.
– Я просто делаю все, что в моих силах, а остальное принимаю так как есть.
После этого повисает долгая тишина. Она, вообще-то, очень громкая – громкая и гулкая, отдающая недоверием.
– Ты… Ты только что процитировала Эпиктета?
– Ты знаешь стоиков?
– Ты, мать твою, шутишь. Ты и правда процитировала Эпиктета.
– Хорошо, что у меня, по-твоему, чугунное эго, а то мои чувства были бы задеты. Уровень моего интеллекта не обратно пропорционален размеру моих сисек.
Он слегка повышает голос.
– Ты чуть не вылетела из колледжа! Ты провалила английский, мать твою, а это твой родной язык!
– Литературный английский, – поправляю я. – И я провалила его, потому что он был слишком простой, как и все остальные предметы.
И снова тишина. Кажется, я так сломаю ему мозг.
– Ахинея полная. Ты понимаешь, что в том, что ты только что сказала, нет абсолютно никакого смысла?
– Во-первых, сделай глубокий вдох. Твое давление тебя отблагодарит. Во-вторых, я из тех людей, которые любят сложности. Мне очень быстро становится скучно, – делаю паузу, задумавшись. – Я бы сказала, что это типично для людей с гениальным уровнем IQ, но, полагаю, тебя это только взбесит. Так что давай сделаем вид, будто я сказала, что все из-за моего знака зодиака, и остановимся на этом. Минуточку – откуда ты знаешь, что я провалила экзамен по английскому?
По его невыносимо тяжелому вздоху становится понятно, что он скорее бы предпочел сейчас сидеть прикованным к электрическому стулу, пока палец надсмотрщика нависает над кнопкой включения, чем продолжать этот разговор.
– Я провел небольшое расследование.
Я заинтригована.
– Правда? Как интересно. Когда? А что ты еще узнал? А – то есть ты уже знаешь, что у меня гениальный уровень IQ!
– Я бы сейчас все отдал за обширный инфаркт.
– Ты просто злишься, что я умнее тебя.
Когда он поворачивает голову, чтобы кинуть на меня испепеляющий взгляд, я отвечаю ему широченной улыбкой. Это, разумеется, бесит его еще больше.
– Ты ни хера не умнее меня.
– Разве? А какой у тебя IQ?
– Выше, чему тебя.
– Конечно. Так все парни говорят. Подожди, дай угадаю. 130.
Он злобно отвечает:
– Я получал больше, еще когда шкетом был.
– Что бы это ни значило. 140.
– Иисус, Мария и Иосиф.
– Ты постоянно их зовешь, но не думаю, что тебя услышат. 150.
Поскольку он просто продолжает лежать на месте и медленно закипать, я удовлетворенно заключаю:
– А. Меньше, чем 150. Неудивительно, что ты злишься. Я гораздо умнее…
Тут он наскакивает на меня, зажимает мне рот рукой и рычит:
– Организуй, пожалуйста, встречу своей верхней губы с нижней. И лежи. Тихо.
Первая моя мысль: он снова оказался на мне. Мы ставим рекорды по количеству тесных телесных контактов среди людей, не занимающихся сексом.
Вторая моя мысль… отсутствует.
Я слишком увлечена ощущениями. Мой мозг больше не функционирует. Я вся – только кожа, кости и натянутые нервы.
Есть что-то изумительное в ощущении его веса. Мне всегда нравились крупные мужчины, но Деклан не просто крупный. Он плотный. Мощный. Твердый.
Везде.
Наши взгляды встречаются. Это отдается где-то в самом моем нутре.
Через секунду он хрипло произносит:
– Ты самый невыносимый человек, которого я знаю.
Я улыбаюсь. Поскольку его ладонь прижата к моим губам, он это чувствует.
Он бормочет что-то на гэльском. Не звучит как комплимент.
– Я сейчас уберу руку. Ты будешь молчать?
Киваю ему с самым серьезным видом.
– Обещаешь?
Я задумываюсь, но решаю быть честной и мотаю головой.
– Тогда я не буду убирать руку.
Затем смотрю на него умоляющим взглядом, хлопая ресницами как кроткая инженю.
– Нет.
Кажется, мы зашли в тупик. Поэтому я делаю единственное, что, на мой взгляд, может сработать. Я сую ему пальцы под ребра и начинаю щекотать.
Деклан дергается, матерится и с ревом с меня скатывается.
– Какого черта?!
Опершись на локоть, я посмеиваюсь над его яростью.
– Значит, у короля джунглей есть слабое место. Приятно знать.
Он сидит на противоположном конце кровати и смотрит на меня так, будто силой мысли пытается взорвать мне голову.
– Не волнуйся. Я никому не скажу.
– Это карма, да? Меня наказывают за то, что я сделал в прошлой жизни.
– Ты веришь в реинкарнацию? Это интересно. Я всегда думала…
– Это такое выражение, мать твою! – грохочет он.
– Мне кажется, твое питание негативно сказывается на твоем настроении. Могу поспорить, тебе не хватает клетчатки.
– Клетчатки?
– Такие пищевые волокна.
– Я знаю, что это, просто не могу поверить, что ты это сказала!
Поджимаю губы и поглядываю на него.
– А еще тебе, наверное, не помешает глубокий массаж тканей. Ты очень напряжен, если вдруг не заметил.
Уставившись на меня, мой похититель иронично произносит:
– С чего бы.
– Нет, думаю, все началось до меня. У тебя нездоровый образ жизни. Плохая диета. Слишком много стресса. Слишком мало сна. Звучит знакомо? Ты движешься к тому самому инфаркту, о котором недавно мечтал.
Какое-то время он смотрит на меня, потом подается вперед, упирает локти в колени, роняет голову на ладони и тихо стонет.
Бросаю встревоженный взгляд на него. А вдруг у него правда случится инфаркт? Господи. Я окажусь заперта здесь с его огромным трупом, пока Киран не решит проведать меня бог знает через сколько дней…