Хроники старого мага. Книга 3 (СИ)

И усиливая воздействие его слов, прозвучал звонок окончания урока. 
Несмотря на радужные мечты о развитии менталистики и логики, дальше программы Академии мои тренировки не продвинулись. Все мои благие мечтания были погребены под грузом тренировок и лекций, а также множества практических занятий, задаваемых нам наставниками и учителями. Учёба воспринимается мною как одно сплошное напряжение физических и интеллектуальных сил. Из всего нашего потока лишь Салазар Слизерин нашёл в себе силы и время для углубленного изучения логики и менталистики. Мы часто видели его в академической библиотеке, заваленного книгами и учебными пособиями по этим предметам. За это его стали преследовать и гнобить ученики из благородных Родов. Они должны были изучать эти дисциплины после окончания Академии. Для этих Родов это было основное занятие и прибыль. А потому, они не собирались плодить и терпеть конкурентов. Несмотря на травлю, Салазар не оставил занятия.
Занятия продолжались как практические, так и теоретические. За этот год мы получили информации от наставника на много больше, чем за весь предыдущий год по всем предметам. Но самый главный урок я получил лишь тогда, когда набрался смелости задать вопрос нашему наставнику. 
- Учитель, скажите, а изучив все ваши упражнения, мы станем великими магами?
Конечно, задавая этот вопрос, я пытался в очередной раз понять о необходимости этих занятий. Но ответ лично меня поразил.
- Магами чаще всего люди становятся сами по себе. Мы обучаем вас магическим дисциплинам, преподаём нужные навыки, создаём нужные условия для вашего развития, но… Магами из вас станут единицы. Часть из вас отсеется, как неспособные к магии. Из тех, кто останется, большинство станут лишь «ремесленниками» с волшебными артефактами и навыками. И будут считать, что это хорошо и лучше становиться не стоит. Это их выбор. Но мы пытаемся дать вам больше. У нас в Академии ученик проходит через мучения душевные и физические, трудности всякие и воздержание разное. Только через это он становится Магом. Многие думают просто: «Есть упражнения. Я их исполню в точности и Магом стану». Но в реальности упражнения определяют лишь направление твоего развития, а будет так: «Пойди туда – не знаю куда, найди то – не знаю что». Кто пройдёт и найдёт – тот и станет Магом, а кто не сможет – увы. Потому что главное – это не пройти урок, упражнение или воздержание, а найти в нём силу, знание, способ контроля. Для Мага неважно всё правильно исполнить, важно найти пользу великую в этом процессе. Потому и получается – мучается ученик в проведении упражнений, истязает себя, а толку нет. Магом он так и не станет, магических способностей не получит. Вот и получается – если томишься в ожидании, дни считаешь, когда закончится обучение в Академии, упражнения выполняешь по приказу как обязанность, то и Магом не сделаешься. – Наставник вздохнул и обвёл взглядом аудиторию. – Много учеников ежегодно принимает Академия. Пытается приобщить их к магии, да только выходит толк не великий. Подавляющее число учеников, покидая стены Академии, остаются неучами. Не совсем, конечно. Какое-то образование мы им даём, так что Империя найдёт им работу. 
  
Глава 7
 
Я открыл глаза. Некоторое время не мог понять, где нахожусь, так глубоко я погрузился в свои воспоминания. Потребовалось время, прежде чем моё нахождение на дереве обрело для меня смысл. Моему сознанию было сложно перенестись из учебной аудитории в чащу леса. И пока мои мысли не нашли опору в этом мире, в моём мозгу продолжали звучать слова учителя: «найти пользу великую в этом процессе». Я задумался. Это хорошо, что я смог получить много свободного времени для осмысления ситуации. Мысль о том, что всё происходящее со мной есть не великая, страшная трагедия, а лишь большой урок, преподанный мне высшими силами, позволяла мне смириться с происходящим. Не надо истерить. Не надо плакать или жаловаться на несправедливость этого мира. Надо найти пользу…
 
Я огляделся. Солнце совершило полный круг по небосводу. День явно шёл к завершению. Начинался вечер. Солнце, пройдя свой полуденный пик, медленно, но неуклонно стремилось к горизонту. Тени от деревьев вытягивались, заполняя собой всё вокруг и вытесняя освещённые участки. И хотя воздух был ещё достаточно прогрет, но расползающийся сумрак у подножия деревьев обещал ночное похолодание. Вокруг раздавался птичий щебет. Зоркий, натренированный глаз подмечал на поверхности среди деревьев перемещение лесных животных, ведущих свою обыденную жизнь. Лес готовился встретить ночь. Птицы и звери перемещались в поисках пищи и безопасных мест, чтобы переночевать и остаться при этом живыми.
Я оглянулся в себя. От долгого сидения в неподвижной и неудобной позе мои мышцы затекли и подавали сигналы боли. Я открыл глаза и осторожно оглянулся, стараясь не производить лишних движений. Одновременно я прислушивался к птичьему гомону, надеясь, что птицы укажут мне на опасность, исходящую от чужаков. За время моего нахождения здесь, птицы и звери привыкли ко мне, и перестали воспринимать как опасность. Но я надеялся, что они выдадут мне посторонних, пришедших на это место недавно. Убедившись, что опасности нет, я потянулся и поёрзал на дереве, напрягая мышцы и восстанавливая кровоток в них. При этом я старался шевелиться не сильно, чтобы издалека не привлекать внимание к своим шевелениям и не напугать птиц, живущих на этом дереве, которые могли выдать меня наблюдателям, возможно находящимся в лесу. Это была моя миниатюрная физзарядка для восстановления тонуса мышц. И я получил от этого небольшое удовольствие.
Какая-то назойливая мысль билась на грани моего сознания, стараясь привлечь моё внимание. Что-то беспокоящее, что пробудило меня от моего сна. Пока я не осмотрелся и не привёл моё тело в напряжение, мне не удавалось осознать эту мысль. И только потом я уделил ей своё внимание. Тревога, опасность, возбуждение, окончание ожидания. Каждое из этих чувств требовало моего рассмотрения и осмысления. Я открыл глаза и ещё раз внимательно осмотрел окрестности по окружности, постепенно расширяя круг моего внимания. И я увидел то, что искал, и моё сердце усиленно забилось от возбуждения. 
По дороге от города в направлении перекрёстка двигалась крытая повозка, в которую был запряжён наш пони. На передке повозки сидел возница. Разглядеть его личность не представлялось возможным. Целый табун мыслей пронёсся в моей голове. Пони я узнал. И движется в моём направлении. Но кто управляет? Почему чужая повозка? Вроде бы возница один. Но есть ли кто-то внутри повозки? Было далеко, чтобы говорить что-то определённое. Я постарался расслабиться и ждал. Мысли продолжали проноситься в моей голове, рождая различные образы. Если это Голендил, то он должен приехать на место нашей стоянки, чтобы забрать меня. Если же он не придёт, а повозка с возницей проедет мимо, то я подожду ещё день и дальше отправлюсь в одиночестве. Дорога мне известна. Будет, конечно, скучно, но я справлюсь. Мне предстоит великое путешествие, приключение и урок. И я вынесу из него пользу. Почему Голендил может не прийти? Да много причин. Кто я ему? Он и так уделил мне много внимания. Он мог решить, что больше мне ничего не должен. В конце концов, его могли не отпустить соплеменники, как важного жреца, давая приют на время до весны.
Я ждал. А повозка медленно приближалась к перекрёстку, давая возможность разглядеть её более подробно. И чем ближе она приближалась к месту моего расположения, тем лучше я мог видеть происходящее. При этом градус эмоций постоянно возрастал, мешая мне здраво мыслить. В тот миг, когда мне стало тяжело сидеть на дереве, я обругал себя последними словами, заставляя успокоиться. Мне потребовалось немного времени, чтобы привести нервы в порядок. И только когда равновесие духа установилось во мне, в моём мозгу вспыхнула идея, которая позволяла мне всё узнать сразу и не беспокоиться. Идея пришла в виде картинки. Вспомнился последний вечер в лагере после битвы с орками. Я и полковник стояли на вершине холма, и полковник просил меня осмотреть окрестности вторым видением. Чувство было такое, будто голос полковника прозвучал прямо рядом со мной. Где-то на грани сознания вспыхнула досада от осознания себя глупцом. Я совершил успокоительный вздох и, прикрыв глаза, включил второе видение.