Алтарь (СИ)

— Ну что, когда он прилетит? — спросила Элли, усевшись на валун.
— Уже летит, через пять минут будет, — ответил Ластик, справившись у пилота по прямой связи.
Вдали показался вертолёт. Он подлетел ближе и медленно приземлился на поляну. Грохот был оглушающим. Пыль и брызги, поднятые в воздух винтами, полетели в сторону Элли. Она прикрыла лицо рукой.
«Ну вот, приключение началось. Обратной дороги нет.» — подумала она, всё ещё не веря в реальность происходящего.
Она поднялась с валуна и пошла в сторону вертолёта, пригибаясь как можно ниже. Казалось винты могут снести ей голову. Ластика она держала в руках, чтобы его не сдуло. Дверь открылась и её поприветствовал широкой улыбкой мужчина в огромных наушниках и таких же огромных очках. Он помог Элли забраться в кабину и устроиться в кресло. От громкого звука и незнакомых резких запахов у неё опять забурлило в животе. Она посильнее прижала к себе Ластика.
— Рад тебя видеть, Элли, — услышала она оживленный энергичный голос в своих наушниках.
Ластик автоматически подстроил уровень шумоподавление её наушников, чтобы она не оглохла от звука двигателя. Так же он подключил их к сети вертолёта, и поэтому она могла слышать, что говорит мужчина.
— Меня зовут Этьен, — продолжал голос в наушниках. — Я младший научный сотрудник Объединённого Совета. Я буду вести тебя на протяжении всего процесса на Земле. Ты можешь обращаться ко мне с любыми вопросами. Как настроение в целом? Волнуешься?
— Немного, — улыбнулась Элли в ответ. — Сколько нам лететь?
— Около 5 часов, — ответил Этьен, давая отмашку пилоту о готовности лететь.
Элли с замиранием сердца смотрела, как земля в иллюминаторе быстро удаляется вниз. На краю поляны у дерева стоял одинокий велосипед и как будто махал ей на прощание, колыхаясь от воздушных потоков, поднимаемых вертолётом.
  
4. Дворец
 
Элли с интересом пялилась в иллюминатор, разглядывая пролетающие мимо неё пейзажи. Ей никогда до этого не доводилось летать на вертолёте. Всю дорогу Этьен возбужденно что-то рассказывал, а Элли иногда вяло ему отвечала, чтобы не показаться невежливой. В какой-то момент ровный гул двигателя и неугомонная болтовня Этьена убаюкали её, и она уснула, упёршись лбом в иллюминатор.
Её пробудил толчок приземлившегося вертолёта. Элли вздрогнула и взглянула в окно. Оказалось, что они приземлились на крыше здания, которое, хоть и было невысоким, но занимало огромную территорию. Вокруг раскинулся ухоженный парк с деревьями, цветами и фонтанами, а местами даже виднелись статуи. Здание находилось на берегу реки, с другой стороны которой тянулись небоскрёбы мегаполиса. Слева можно было увидеть мост, перекинутый через реку и соединяющий оба берега.
— Ну как, поспала? — энергия так и плескала из Этьена. — Готова к свершениям?
— Где мы? — спросила Элли, ещё не до конца проснувшись.
— Это Дворец Науки, — ответил Этьен. — Здесь находится лаборатория.
Элли осторожно выбралась из вертолёта. Двигатели уже выключили, и можно было насладиться тишиной. Этьен оставил в кабине наушники, но очки так и остались на нём. Видимо, он их использовал как экраны.
— Идём, я тебя угощу кофейком, а потом все тут покажу, — сказал он. — До начала первой фазы осталось всего пара часов.
Этьен почти подпрыгивал, когда шёл впереди. Они зашли в дверь и оказались внутри здания. По лестнице они спустились на этаж вниз и вошли в холл со стеклянными дверями и мягкими оранжевыми полами.
— В офисах почти никого нет, все находятся в лаборатории, — сказал Этьен, придерживая для Элли очередную дверь. — Мы можем спокойно перекусить на кухне.
Этьен завёл её в огромную кухню с ровными рядами столов, холодильников и разной другой техники. Он подошёл к блестящим эспрессо-машинам и спросил, что ей приготовить.
— Латте, пожалуйста, — ответила Элли.
— Можешь пока поджарить багели, — Этьен указал на поднос с пакетами багелей разных сортов.
Она достала один багель с кунжутом, разрезала его пополам и отправила в тостер. После того, как он хорошенько поджарился, она намазала на каждую половинку нежное сливочное масло и благодарно приняла кружку с ароматным горячим латте. В вертолёте она съела всего лишь один банан и только сейчас поняла насколько голодна. Пока она ела, Этьен что-то выяснял с лабораторией по удаленной связи. Закончив, он выпил залпом свой напиток и посмотрел на Элли:
 
— Ну что, готова? Пойдем в лабораторию?
Элли кивнула, и они направились к лифту. Лаборатория располагалась под землёй, поэтому им пришлось спуститься на самый нижний этаж. Здесь уже было довольно много народу. Взъерошенные люди бегали взад и вперёд, живо обсуждая между собой какие-то важные вопросы. Элли следовала за Этьеном, чтобы случайно ни с кем не столкнуться. Они продвигались по коридорам, пока наконец-то не остановились перед какой-то дверью.
— Мы специально выделили для тебя эту комнату, — сказал Этьен, открывая дверь карточкой. — Здесь тебя никто не побеспокоит, и ты сможешь спокойно наблюдать за экспериментом.
Комната была просторной, с большим столом для митингов и экраном на стене по правую сторону от двери. Однако самой главной деталью было окно, занимающее почти всю противоположную от двери стену. Элли приблизилась к окну и увидела огромное помещение внизу. По середине залы находилось массивное устройство, сферической формы. Оно выглядело хаотично и неряшливо, словно некий великан слепил из металлических обрезков, проводов и керамики гигантский снежный ком. Вокруг устройства сновали учёные и инженеры в белых халатах, а рядом с ними летали персональные ассистенты, похожие на Ластика. Они могли залетать высоко на самую верхушку сферы и делать там измерения. Некоторые из них проецировали прямо на сферу голограммы, помогая учёным с их работой.
— Сейчас мы проводим финальные проверки и доводки, — объяснял Этьен. — Как только получим подтверждение от радиообсерватории, начнём отправку частицы.
— А чего вы ждёте? — спросила Элли, с интересом наблюдая за снующими внизу человечками, пытаясь понять логику их действий.
— Мы ждём, когда Корара выстроится в одну линию с Амирой и Пульсаром, — ответил Этьен.
— Парад звёзд? — сверкнула эрудицией Элли.
— Парад, но не простой, — ответил Этьен. — Корара оказывается между Амирой и Пульсаром примерно каждые 3 года, но нам нужен особый парад, который вызывает так называемую гармоническую конъюнкцию, при котором объединенные гравитационные волны от Пульсара и Амиры создают уникальные возмущения на бране, относительно легко описываемые математически. Это событие происходит раз в 32 года. В этот момент наша частица не может промахнуться при возврате в брану, — Этьен указал на включившийся экран у стола. — На экране будет показана анимация всего процесса, чтобы тебе не было скучно.
Элли кинула рюкзак на один из стульев и села на соседний.
— Сколько еще ждать? — спросила Элли, пытаясь настроить кресло поудобнее.
— Еще примерно час. Ты пока устраивайся. Я вернусь прямо перед запуском, чтобы вместе с тобой понаблюдать отсюда, — сказал Этьен и поспешно выбежал из комнаты.
Наконец-то Элли осталась одна в покое. Она встала с кресла и погасила свет. Теперь лишь свет от окна в залу и мерцание экрана освещали внутренности комнаты. Вновь усевшись в кресло, она подкатилась на колёсиках поближе к окну. Ластик всё это время увлеченно смотрел вниз, время от времени сменяя цвета. Наверно он тоже хотел быть среди этих деловых ассистентов внизу и делать сложные вычисления.
— Это генератор гравитонного поля, — с восхищением проговорил Ластик. — Последнее достижение науки и техники. Гравитон — это частица, которая отвечает за силу гравитации. Это единственная частица во Вселенной, способная беспрепятственно перемещаться перпендикулярно бране.
— То есть гравитон легко может путешествовать в балке? — уточнила Элли.
— Именно, — подтвердил Ластик. — Генератор создает мощное гравитонное поле вокруг объекта, который мы хотим отправить в балк. Когда поле становится достаточно мощным, объект как бы выдавливается из нашей браны в балк.