Аксиома Эскобара: всегда занимай высоту (СИ)

— Не знала, что ещё способна вызывать у тебя такие эмоции, любимый…
Пабло, приподнявшись на локтях повернулся к жене и удивленно поинтересовался:
— Это ты с чего такое решила?
— Ну, я такой страсти от тебя уже полгода не видела…Даже в нашем отпуске.
— Нууу, — протянул Эскобар, — прости, не хотел обидеть.
Мария хмыкнула, хихикнула…А потом вообще зашлась в хохоте.
— Ну, чего ты ржешь-то, скажи, пожалуйста?
  
— Маму вспомнила…
Вспоминать или обсуждать тещу в такой момент Пабло не очень хотелось, но он все же уточнил:
— В каком плане?
— Она мне, когда я девочкой была, всё время говорила опасаться парней, потому что все они только одного и хотят…Но вот когда я выросла, и стала с подружками обсуждать, смотрю, все мужики хотят поесть, поспать, посмотреть футбольный матч с друзьями, желательно под пиво, обсудить новые машины… А «одного», видимо, хотим только мы, девчонки.
Эскобар яростно возразил:
— Эй, женщина, мы просто много работаем, вот и всё. И вас, красоток, хотим, конечно. Просто не всегда выходит.
— Верю-верю, — Мария с улыбкой закивала, — доказывать не надо!
И снова засмеялась.
Уже чуть позже, после душа, натягивая на себя футболку-поло и застегивая джинсы, Пабло подумал, что много правильного спорта в жизни — это прекрасно. Особенно в сочетании с правильным питанием. Появляется очень много сил и энергии.
День предстоял весьма насыщенный.
Сначала к нему приедут Роберто и Густаво. Здесь, на вилле, они посмотрят на скорость роста их наркоимперии, и поговорят про целевые показатели, словно Медельинский картель — или, точнее, los Pablos, был обыкновенной корпорацией.
Потом «не отходя от кассы» оценят — ну или, если точнее, попробуют оценить — эффективность отмывания стремительно нарастающих потоков наркоденег и решат, сколько еще грязных долларов можно потратить на покупку золота и драгоценностей. И на «тихие» благотворительные проекты — любимое детище Пабло.
Последнее съедало очень много наличности, но и давало заметный результат. Количество людей, обязанных Эскобару образованием, домом, здоровьем, жизнью и, порой, всем вместе взятым, росло настолько быстро, что сам el Patron переставал понимать, к чему это приведёт. И это была далеко не только Колумбия: Венесуэла, Эквадор, Перу, Панама, с недавних пор Сальвадор… Далеко не обо всей такой помощи пела пресса — да чего там, СМИ рассказывали о малой доле — но Пабло этого и не надо было. Зачем, когда ему достаточно было получить лояльность. Ну и возможность прийти к человеку и попросить об услуге.
Это была как раз ещё одна тема для подробного разбора: понять, скольки же именно людям они уже помогли. По прикидкам Пабло, число перевалило за сотню тысяч семей по оценке «снизу», то есть — минимально.
Если бы власть имущие понимали, что именно нарастает, весь объем поддержки Эскобара среди простых людей, они наверняка нашли бы способ его убрать. Пока что «на верхах» у Пабло просто имелась репутация очень щедрого благотворителя, может пощедрее чем обычно, но ничего сверхвыдающегося. Сколько это продлится оставалось непонятным, учитывая, что система заработала «на полную» только-только. И за такие короткие сроки результаты поражали. В одном только Медельине в самом скором времени под половину населения будет решительно «про-эскобаровским», и это в пессимистичном сценарии. В десятках мелких городков процент был еще больше. Богота, Картахена, Кали ещё пока были в роли догоняющих, но и там изменения становились очевидны.
После обсуждений дел тайной части империи Пабло, они с Роберто отправятся в офис, где с генеральным директором их логистической компании обсудят, как идёт подготовка к запуску очередного проекта: сразу трех крупных терминалов, все три — с автоматическим сортером. И заодно прикинут масштаб инвестиций для увеличения флота грузовиков.
Ну и после всего этого Пабло ждало свидание с Линой. Что, на самом деле, выглядело бы для постороннего человека странным, учитывая его утро с женой…Но Пабло всегда был исключительно любвеобильным человеком. Сейчас он ещё хоть скрывал свои отношения, в отличие от той жизни, в которой притаскивал любовниц чуть ли не гостить у себя в доме, не особо свои походы налево скрывая от жены. Так, минимальные приличия. При этом старательно не обращая внимания на её слёзы.
Густаво приехал классически: четыре бронированных Линкольна, парочка Носорогов. Он, будучи фактически замом Пабло «по криминалу», на охрану не скупился. И использовал всё тот же посоветованный кузеном трюк: никто до последнего момента не знал, в какой он поедет машине. Даже он сам не знал, выбирая с помощью игрального кубика.
Роберто прибыл чуть позже и гораздо скромнее. Два Носорога — и всё.
Обсуждение затянулось. Все трое смотрели на цифры, не особо понимая, как такое отмывать. Рост спроса на таблетки превышал просто всё, что они закладывали в принципе и ситуация выглядела так, что к 85-ому им надо будет отмывать что-то вроде тридцати, если не сорока миллиардов в год. Раз так в пять-семь больше, чем в той реальности…
Подобные суммы не укладывались в головах. Так, экспорт США в 74-м был 98 миллиардов. Да, инфляция за десять лет и всё такое…но иметь выручку размером в половину экспорта первой мировой экономики…это безумие просто.
Казалось логичным притормозить, но тут на дыбы встал Густаво.
— Много денег — это лучше, чем мало денег. Найдем, куда потратить. На ту же помощь тем, кому не повезло. Купим за наличку коз для крестьян или еще чего…
— Коз? На сорок — пусть тридцать — миллиардов? — скепсис на лице Роберто был написан крупными буквами. — Ты собрался незаметно всех коз в мире купить?
— Ну, я образно. Некуда тратить? Гаити, Парагвай…да хоть вон, Боливия теперь добавилась. Будем людям помогать. Да у нас и тут дел ещё…Нельзя останавливаться! Нельзя!
— Мы не можем вливать в экономику миллиарды незаметно, как ты не понимаешь! — Роберто был близок к взрыву. — Даже нынешние объемы уже заметны, и, честно говоря, если кто-то полезет прям в глубь, нам не поздоровится.
— Нам не поздоровится, если мы дадим вырасти конкурентам на неудовлетворенном нами же спросе, — мягко заметил Пабло. Он тянул гранатовый сок через трубочку и всем видом выказывал умиротворение. — Далее. Я найду куда потратить наличку. Десятки миллиардов — легко. Но в девяностых, не сегодня и не завтра.
— Ну, на сегодня у нас и нет столько, — буркнул Роберто.
— Hermanos, у нас явно есть некоторое расхождение во мнениях. Предлагаю прерваться. Роберто, позвони, отмени нынешнюю встречу в офисе, на завтра перенеси. А мы с Густаво сгоняем куда-нибудь, проветримся. А после обеда продолжим. Договор? — Эскобар протянул старшему брату руку.
— Договор, — проворчал Роберто, но протянутую руку пожал.
Густаво и Пабло вместе вышли к машинам. По пути Эскобар махнул дежурившему Хесусу, чтобы тот взял с собой текущую смену на выезд.
— Куда хоть поедем-то? — усевшись в Носорог Эскобара поинтересовался Густаво.
— Да я подумал — давай в новую галерею? Здоровенный торговый центр открыли в новом районе, прогуляемся…
— А, слышал. Твоя за ужином говорила, хотела туда сгонять…
— Потратить денег мужа, — хохотнул Пабло.
— Ага, превратить его из миллиардера в миллионера, — поддержал бородатой шуткой Густаво.
— Так-то там красота. Сотни маленьких магазинчиков, ресторанчики, кафешки…настоящие улицы, просто стеклянным потолком накрыты. Выглядит шикарно, особенно когда дождь льёт.
— Он же наш, верно? — Густаво не так, чтобы плотно следил за «белой» частью бизнеса, и про всю россыпь компаний, входящих в конгломерат «Инвестиционного холдинга Эскобара» попросту не знал.
  
— А то. Мы же из недвижимости, сам понимаешь, — Пабло лукаво улыбнулся. — Надо поддерживать реноме… Вот и построили лучший торговый центр Колумбии.
— Не хвастайся, hermano… Тут скоро весь Медельин в твое портфолио превратится, так-то. Миллионы квадратных метров жилья, офисов, заводов… Да ещё и небоскреб теперь. Кстааааати, — Густаво повернулся к кузену. — А скажи, что там с твоим небоскребом?