Аксиома Эскобара: всегда занимай высоту (СИ)

Именно поэтому большая часть из купленных профессионалов до сих пор на него работало. В конце концов, личную безопасность, как и безопасность родни и близких людей Эскобар ценил достаточно высоко, и уж точно больше, чем жалкие несколько миллионов в год. Он прекрасно понимал, во что ввязывается, и считал необходимым иметь хотя бы минимальную страховку от крушения всех своих планов и надежд путем свинцового отравления…
  
Но от того, что Вилмер всего этого не знал, легче ему не становилось, ведь надо было что-то придумывать, а мысли как-то не спешили оформляться во что-то достойное. Ждать случайности? Ну так потрахушки с любовницей — дело малопредсказуемое. Вон, Эскобар несколько месяцев с ней не виделся.
Поневоле вспомнилась мелькнувшая на секунду в окне красивая грудь Варгас. А эта картинка, наконец, родила идею: может, попробовать пойти через журналистку? В конце концов, тут у Эскобара точно меньше охраны, чем обычно. А будь Вилмер готов, то несколько человек с автоматами «Эль Патрона» не спасли бы.
— А это мысль, — на пустой дороге нога сама выжала газ, словно тело подсознательно пыталось ускорить события. — Использовать любовницу, чтобы добраться до цели…
Учитывая, что нечто подобное Вилмер как-то раз проворачивал в Мексике, задумка выглядела перспективно. В той ситуации тоже было не добраться до много возомнившего о себе посредника из Гвадалахары. Но Александр вычислил парочку любовниц и у дома одной из них устроил засаду.
Ждать тогда пришлось немало, но, в конце концов, операция прошла успешно: ещё бы, с двухсот пятидесяти метров Пиджак практически никогда не промахивался.
Здесь требовалось сообразить нечто подобное. Вот только быстрее, сильно быстрее — дожидаться, когда Эскобар в очередной раз приедет удовлетворить своё либидо, времени не оставалось. Мало ли, может, в Париже этого вообще и не повторится — о планах своей цели Вилмер в курсе не был, лишь только предполагал, что вряд ли Эскобар во Франции на недельку. Но кто его знает…
А значит, кровь из носу нужна была провокация, которая притащит Эль Патрона в нужную точку. И помочь в этом должна будет именно Лина Варгас.
Как?
На лицо сикарио, гнавшего по ночному Парижу, выползла гнусная ухмылка. Была у него одна идейка…
  
Глава 21
 
В Париже у Пабло было ещё одно важное дело. Точнее, два: встреча сначала с Ли Якоккой, а затем — с вице-президентом Тойоты.
Дело в том, что идею крупного автомобильного производства Эскобар и не думал забрасывать. При этом он прекрасно понимал, что создать его полностью самостоятельно у него, скорее всего, не выйдет. Нет, можно конечно набрать инженеров, перекупить даже из топ-менеджмента какой-нибудь корпорации человека-другого, что-то организовать…но это, прямо скажем, выглядело не очень быстрым вариантом даже с учетом грязных денег. Разработка платформы займет годы, потом затачивание под неё производства, лечение «детских болезней», зарабатывание репутации…В хорошем случае, даже если абсолютно всё получится с первого раза, раньше какого-нибудь там 88-го на дорогах Южной Америки в целом и Колумбии в частности вряд ли такой автомобиль появится. И будет это все очень и очень дорого — а даже наркодоходы Пабло бесконечными не являлись.
Но если сначала создать совместное производство, а уже на его базе начать мудрить что-то новое — первые «свои» автомобили появятся на колумбийских дорогах уже в следующем, грубо говоря, году. Надо было только правильно выбрать партнера.
Отличным и почти безальтернативным вариантом такового казалась Тойота — там, благодаря некоторым связям Пабло в Японии, имелись свои подвязки, плюс тем очень хотелось залезть на южно-американский рынок поглубже. Нет, завод в Бразилии у японцев присутствовал, но этого явно не хватало, и в целом в эти годы здесь почти безальтернативно царствовали американские корпорации с небольшой примесью европейцев в виде того же Фольксвагена.
Кроме того, не просто так компании страны Восходящего Солнца именно в это время глобально громили тех же американцев — в том числе у тех дома. Поэтому сотрудничество с ними выглядело чем-то максимально логичным. Три-четыре слегка адаптированные модели: Королла, Камри, Хилукс или тот же Лэнд Крузер — очень даже неплохо должны были вписаться в реалии Колумбии.
С другой стороны, американцы казались более привычным партнёром, давали дополнительные связи в Штатах вкупе с некоторым же дополнительным влиянием и, в целом, в варианте с Крайслером, в части совместного предприятия оставались просто-напросто выгоднее. На первых этапах уж точно: Якокка компанию из кризиса ещё не вытащил, и за относительно небольшой прайс наверняка согласится на СП. А тот же Додж Караван, разрабатываемый Крайслером «вот прямо сейчас», в нынешней Колумбии с огромным количеством многодетных семей, имел все шанс стать очень и очень популярным автомобилем. Да и пикапы тоже.
И, напоследок, Пабло хотел себе производство двигателей Hemi CUDA — потому что сейчас его «Носороги» фактически оставались завязанными на уже произведенные ранее движки, что для премиального авто выглядело как минимум странным. Линия была списана и разобрана, но её не уничтожали, как и документацию — так что с помощью американцев переместить её в Медельин выглядело вполне себе реалистичной задачей. Или в Картахену — поближе, так сказать, к воде… И в рамках СП добиться успеха будет сильно-сильно проще. Да, в конце концов, можно и в штатах оставить — хотя с тамошними профсоюзами связываться особенно не хотелось.
До Парижского автосалона оставалось еще почти девять месяцев — тот традиционно проводился в октябре — но так совпало, что и Эскобар, и Якокка, и представитель Тойоты оказались в столице Франции единомоментно, решая вопросы касательно мероприятия.
Честно говоря, изначально Пабло эту серию встреч и не планировал, но раз уж так совпало, то решил, что «если гора не идет к Мухаммеду…» — и далее по тексту.
Якокка с радостью согласился пообедать. У Крайслера уже был завод в Мексике, но Колумбия тоже выглядела более чем перспективным рынком, а обозначенные ещё на встрече в посольстве в Боготе идеи Пабло директору концерна, что называется, «зашли». Как и «Носорог», вызвавший у Якокки восторг. Премиальный бронированный внедорожник, в том числе «семейный» — такого на рынке до изделия Пабло ещё не встречалось.
La Tour d’Argent, он же «Серебряная башня» — легендарный ресторан в пятом округе Парижа, один из символов парижской гастрономии 80-х. Три звезды Мишлен, вид на Сену и Собор Парижской Богоматери, гигантская винотека и длиннющая история, уходящая аж в шестнадцатый век. Более чем достойное место для встречи двух крупных бизнесменов.
Расположившись за столиком в углу и заказав местное коронное блюдо — утку по-руански — мужчины и не подумали соблюдать принятый неизвестно кем этикет, немедленно начав обсуждать основное дело, ради которого собрались. Прямо, четко, «по-американски», что явно Якокке импонировало.
— Собственно, тут все просто, — Пабло подвинул в сторону американца тонкую папку. — Я готов построить завод — начнем с крупноузловой сборки. Потом заплачу за обучение людей и обеспечу, грубо говоря, инфраструктуру. И даже оплачу оборудование. Ну а вы в качестве вклада даете технологии, линию производства движков, которую сами не используете и доступ к вашей дилерской сети.
Якокка пожевал губы. Звучало достаточно неплохо: Крайслер не тратил ни цента (ну, почти), еще и зарабатывал и получал — Ли полистал документы — сорок процентов от совместного предприятия. Но соглашаться вот так сразу?
  
— Как-то маловато, Пабло, — американец пожал плечами. — Не уверен, что Совет Директоров сходу согласится.
— Ли, — Эскобар отложил приборы в сторону и подпер руками подбородок. — Мы же с тобой оба прекрасно понимаем, что ваша компания шатается. Или, если по-простому, в предбанкротном состоянии. Я фактически даю вам возможность перекредитоваться под новый перспективный актив.