Сокровище Нефритового змея (СИ)

– Я не имею права тебя просить о чем-то, но, может быть, ты спрашивала у Великого Айша о деле этом? – вдруг робко спросила Лориавель.
А мне стало неловко. Потому что просьбу девушки я хоть и не забыла, но все же отложила до поры до времени в долгий ящик. Да и что может сделать огромный паук в такой ситуации? Наплести колдовской паутины, чтобы в нее попадали только преступники?..
– Нет, Лори, – проговорила я тихо, но не успела прибавить еще что-то, как дочка жреца стремительно закивала.
– Ничего-ничего, понимаю я, не нужно беспокоиться…
– Лориавель, я поговорю! – перебила я ее. – Обещала – значит, скажу.
Девушка немного нервно сжала губы, дернувшиеся, чтобы улыбнуться. И кивнула снова. Один раз.
– Пойдем, – потянула она меня дальше по каменному коридору, в котором пахло маслом и огнем.
– Куда на этот раз?
– Покажу тебе поляну красивую.
И она снова повела меня перепутанными тропами, петляющими тоннелями и переходами, в которых элементарно можно было заблудиться. Но что меня удивило больше всего, так это наклоны пола. Никогда прежде я не видела, чтобы хоть в каком-то доме они шли под значительным углом. Угол, конечно, был недостаточным для того, чтобы упасть или начать скатываться, но его вполне хватало на что, чтобы я запыхалась, поднимаясь наверх, и чтобы сердце замирало, пока я шла вниз.
Невероятная особенность – делать такие горы и склоны вместо лестниц. Сейчас мы с Лориавель двигались по тоннелям, которые были выдолблены прямо в земной тверди, и, может быть, дело просто в том, что их строили не люди, а гигантские подземные черви.
Однако в какой-то момент Лориавель резко выставила передо мной руку и проговорила:
– Стой.
От неожиданности я запнулась и чуть не упала. И зря! Потому что в двух шагах впереди обнаружилась пропасть. Коридор дворца неожиданно закончился обрывом, и продолжался проход лишь через несколько метров впереди. Получалось, чтобы продолжить путь, нам теперь нужно было преодолеть около пяти шагов… двигаясь над бездной.
– Это еще что за ерунда? – выдохнула я, с замирающим сердцем заглядывая в черную каменную пропасть, внутри которой уже не светили чадящие лампады. Однако, к моему изумлению, чем ближе я подходила к краю и чем глубже заглядывала в пропасть, тем отчетливее становились мелкие желтовато-зеленые и розоватые огоньки, устилающие камень. По стенам провала таки росли местные светящиеся грибы! Этого тусклого света хватило, чтобы оценить глубину бездны.
Дна ее видно не было.
– Это… ну… провал, – пожала плечами Лориавель и хитро посмотрела на меня. – Нам надо туда. Что делать будем?
Я несколько раз хлопнула ресницами, чувствуя себя испуганным страусом, которого поставили на вымощенную плиткой тропинку.
– Я… могу повернуть назад, например, – предложила, надеясь, что не выгляжу слишком глупо.
Похоже, чего-то я не понимала в местных правилах.
– Знаешь, – проговорила тихо Лориавель, прикрывая глаза, – я люблю очень этот фокус. Даже на жителей каньона производит он впечатление, а уж о тех девушках, что из Шейсары прибывали к нам, и вовсе говорить нечего. Правда, мне редко похвастаться удается так.
С этими словами она подняла руки и зашевелила в воздухе пальцами. Словно плела невидимую паутину.
В ушах глухо застучало. Мне почудилось, что я слышу едва различимый звон. Где-то на границе слышимости. Тонкий, как писк комара, как скрип ногтя по струне лютни…
А затем я различила голос, но сколько ни вглядывалась по сторонам – кому он принадлежал, так и не смогла понять. Ведь губы Лориавель были плотно сомкнуты. Как и глаза.
«Открой мне двери,
Сплети дорогу,
Мой голос – ветер
Я искра бога…»
При этом я готова была поклясться, что произнесенных слов так и не услышала. Но голос продолжал издавать эти странные звуки, и я будто бы понимала, о чем они. Не слышала слова, лишь шелест. Но все понимала!
И когда дочь жреца снова открыла глаза, ткнув вперед пальцем, я, наконец, увидела нечто удивительное.
 
С другой стороны провала зашевелился… камень. Я отшатнулась назад и едва не упала, пронзенная резкой стрелой ужаса, потому что из тьмы коридора к провалу шагнул гранитный голем.
Прежде его не было видно, но сейчас тусклый свет лампад упал на рубленые, словно вытесанные топором, углы его тела, на мощную, но маленькую голову с дырками вместо глаз. И на огромные руки, одна из которых поднялась и опустилась на незаметный прежде рычаг.
В тот же миг раздался скрип и треск, затем скрежет и грохот, а откуда-то из провала под нами начал подниматься тяжелый каменный мост.
Голем тем временем шагнул назад, прислонился к стене и снова замер в неподвижности.
Я не могла издать ни звука, наблюдая одновременно за застывшим диковинным существом, подобные которому, как я думала, существовали лишь в легендах, и за небольшим переходом, который наконец замер и полностью заполнил собой бездну, превратившись во вполне широкую тропу.
Я представления не имела, с помощью каких механизмов эта тяжеленная штуковина держится в воздухе и не падает. Было страшно.
– Ну, пойдем? – спросила довольная Лори и смело шагнула вперед.
Девушка вся светилась от радости. Видать, выражение изумления на моем лице было столь велико, что это компенсировало все дурное настроение дочки жреца.
Я глубоко вздохнула, стараясь придать себе уверенности, и почти так же смело двинулась следом за своим провожатым.
Разве что каменного голема я обошла по широкой дуге, боясь, что его глаза вот-вот зажгутся огнем и он меня пришибет одним легким движением ручищи.
– Не надо бояться, – покачала головой Лориавель. – Он сейчас снова стал просто камнем. В нем нет искры жизни.
А у меня в голове всплыли слова, которые никто не произносил:
«Мой голос – ветер
Я искра бога…»
Интересно, слово «искра» в данном случае было лишь совпадением или тот голос, который я слышала у себя в голове, на самом деле принадлежал Лори? И она колдовала непонятным мне способом?..
В магии я не разбиралась, потому что у меня ее никогда не было. Но и спрашивать о своих догадках я не торопилась. Тетка с детства приучила меня не афишировать свои «фантазии», чтобы не сойти за сумасшедшую. Если повезет, сумею вывести дочку жреца на откровенность и другим способом.
– Значит, это ты только что оживила голема? – спросила я, когда мы прошли в тоннель дальше. Прикоснувшись к одной лампадке, Лориавель чем-то щелкнула, и тут же все остальные лампадки в коридоре тоже начали зажигаться по очереди с таким же щелчком. Похоже, она привела в действие какой-то механизм, который запустил серию однотипных действий – высечение искры из кресала. А затем эти искры зажигали фитили.
– Ага, я, – довольно кивнула Лори. – Это древняя магия шаррвальских жрецов. Жаль только, что мои способности малы очень… Но я могу рассказать интересную историю тебе.
Я поспешно закивала, потому что с некоторых пор всё, что касалось подземного племени, стало для меня ужасно интересно.
– Считается, что веков много-много-много тому назад наши предки обладали Великой силой. Они с камнем умели разговаривать, голоса пауков слышали и управлять землёй имели способность. Поговаривают, что особо сильные жрецы могли заставить сойти с мест своих высокие горы. Они были подобны богам! Однако коварные лисшах убили всех до единого. И с пор тех племя наше обескровлено. Практически не сохранилось никого, в жилах чьих текла бы древняя сила. А потому и новых колдунов почти не рождается…
 
– Подожди-подожди, – прервала я её, нахмурившись. – Что ещё за племя лисшах?
В это время мы всё дальше и дальше продвигались по каменному коридору, и впереди уже начала виднеться маленькая удивительная поляна, со всех сторон окруженная водой. Там вдали было очень светло, хотя я никак не могла понять, откуда в глубине каменных пещер, буквально в недрах земли, может быть такое светлое пространство.