Абсолютно неправильные люди. Ветер перемен.
Ольга Назарова
Абсолютно неправильные люди. Ветер перемен.
Глава 1. Помощь семейного гения
Хорошая штука лето! Особенно его начало, когда листья ещё ярко-зелёные и бодрые, даже в городах пахнет скошенной травой и липовым цветом, а люди ждут от отпуска всяческие приятности.
– Моря, леса, озёра и реки, дача и картошка, шашлыыыык. Ыыыыы… – проныла Марина, обнаружившая, что ей отпуск в ближайшее время как-то и не светит. – Тёмочка, радость моя, вот скажи мне, это разве справедливо?
Маринина радость Тёмочка, который весил порядка восьмидесяти килограмм, мордой лица напоминал сероватого медведя, а в душе был, как утверждала Марина, голубь-голубем, сочувственно зевнул.
Марина осмотрела открывшийся ей вид…
– Тираннозавр на выгуле, – вздохнула она. – Тёмочка, мальчик мой, закрой ротик, а то Фиона решит, что это такая лежанка и там поселится. Ты знаешь, она и не то может!
Пасть со стуком захлопнулась, и Тёмочка с опаской покосился на синеглазую сиамку-Фиону.
– Может! Эта – всё может! – вздохнул он по-собачьи, но очень понятно.
– Итак, что мы имеем? А имеем мы трудоголика загнанного, одна штука. Да ещё, ко всему прочему, ещё и безотпускного, зато гостеприимного. То есть гостепринимающего, из серии хоть тресни, но принять надо!
– Зачама? – клацнули челюсти Тёмочки.
Фуфик – второй представитель гордого собачьего племени проживающий у Марины, принадлежащий к породе ши-тцу, спросонок решил, что дают какую-то еду, а он всё пропустил, и с полузакрытыми глазами рванул на кухню к мискам, сшибив по дороге пару хозяйкиных котов – Фила и Фарлафа.
На бурное и визгливое выяснение кто куда шёл и почему коты не уступили Фуфику дорогу, Марина даже ухом не повела – занята была.
– Понимаешь, какое дело… – объясняла она Тёмочке, с сожалением закрывая на компьютере фото с видами леса, моря и картофельных грядок с колорадскими жуками.
– Гостья, которая едет – дочка моего двоюродного брата. Он нас очень выручает, когда бабушку и деда с дачи увозит вместе с урожаем. У него мини автобус имеется – как раз под бабулин урожайный объёмчик. Короче, отказать я ему не могу, они нам реально помогают, да и так люди хорошие, а у них проблемка случилась с дочечкой. И вы мне поможете её решить! – она осмотрела своих слегка озадаченных животных.
Появление племянницы на пороге квартиры Марина ожидала с нетерпением. Прямо-таки жаждала узреть человека, про которого родители говорят так:
– Маринка, умоляем! Сделай хоть что-нибудь! У неё вывих мозга по полной схеме! Какая схема? Называется «все плохие, а она жeртва»! Как это «чего жeртва»? Всего, разумеется. Сначала виноваты мы. Не спросясь крестили во младенчестве, а это насилие над личностью. Неее, это ж только начало! Дальше мы её в садик водили! Маринка не тормози! Как, в какой садик? В детский, разумеется! Хотя, наверное, правильнее было отволочь и сдать в зоопарк! Там детёныши не в пример разумнее вырастают! – излагал Маринкин двоюродный брат Сашка.
– Ты про школу забыл! – донёсся голос его жены, – Мы жутко плохо поступали, потому что ей приходилось делать домашку, ходить к репетитору по английскому и не прогуливать уроки!
– Да! Точно! В школе поголовно все её обижали, хотя, мне регулярно жаловались родители мальчиков. На что жаловались? Ну, как бы это… она их гоняла как тараканов.
– Это потому, что мы, нехорошие люди, вместо того, чтобы направить дитятко на совершенствование духовных практик, отправили на самбо! Но она же сама хотела… – опять добавила жена кузена.
– Ага, короче, и тут не угодили! – вздохнул братец. – А дальше, Марин, мы вообще страшное-престрашное сделали – помогли поступить в вуз!
– Жу-у-у-ткие мы люди! – простонала у трубки мама креативной племянницы.
– Точно! Жуткие-прежуткие! Васька хотела на айтишника, туда и поступила. Проучилась два курса и прозрела! – простонал Сашка.
– Да, она, оказывается, туда не хотела, а хотела на психологический, чтобы с нacилием бороться! – снова не выдержала его жена.
– С каким? – не поняла Марина.
– Ну, как же! Все вокруг абьюзеры, висхолдинги, гостинги, блайкинги, и эти… газлайтинги! Если ты думаешь, что я это наизусть говорю, сразу скажу – ты ошибаешься! Я специально это на бумажке написал! У меня тут ещё много. Хочешь?
– Нееее, оставь это «ещё много» себе! – порекомендовала Марина. – Короче, Склифосовский…
– Да уж куда короче-то… – вздохнул Сашка. – Марин, выручай, а? Она последний год всех с ума сводит тем, что обвиняет вот в этом всём… Погоди, счас листок возьму и ещё раз зачту!
– Не-не, не надо, я помню! – торопливо остановила родственника Марина. – От меня-то что нужно?
–Мозги ей вправить! – наперебой заторопились родители продвинутой и прогрессивной Василисы.
– Сейчас она в эмоциональном кризисе! – Васькина матушка забрала у мужа смартфон и продолжила изложение. – Встретилась с этим… погоди… Сашка, где листик?
– Вот! Слово я обвёл! – забубнил Сашка жене.
– А! С гостингом! – озвучила она. – Я-то никак понять не могла, чего это? А это, оказывается, когда нacилие происходит из-за того, что общаться прекращают. Ну, нет, я понимаю, это неприятно, когда встречались-встречались, а потом кто-то из пары исчезает, и думай, жив он вообще, здоров ли… Но Васька-то один раз на свидание сходила!
– И парень не перезвонил? – cообразила догадливая Марина.
– Точно! – возликовали родители Васьки. – Ты ж голова! Сразу поняла!
– Я вот никак осознать не мог, с чего он должен звонить? Если она два часа рассказывала ему, какие у неё вокруг эти… где листок? – засуетился Сашка.
– Саш, я поняла, кто! – успокоила братца Марина. – Короче, парень облегчённо вздохнул, когда свалил от племяшки, а она тут же записала его в нарушителя её душевного спокойствия!
– Гений ты наш семейный! – умильно пропел Сашка при полной поддержке супруги. – Маринка, спасай! Сил нет! Ты ж знаешь, мы её в жизни пальцем не тронули! Никто не обижал, любили и любим! Только вот «не так любили»…
– Спокойствие только спокойствие, дело-то семейное! – хмыкнула Марина. – Ладно, давайте, присылайте дитятко! Мне прямо уже интересно посмотреть, как это она так изменилась, что в голове такая фигня…
Дитятко в комплекте с фигнёй прибыло в Москву к Марине вовремя – ну, то есть поезд прибыл ровно по расписанию.
Марина внимательно осмотрела беззаботно щебечущую племянницу.
– Симпатичная, милая, не дурочка… Ну, на вид, по крайней мере! Ладно, будем смотреть…
– Ой, тётенька Мариночка! Как я рада, что к тебе приехала! – восторгалась Васька. – А то, у нас в Питере стало совершенно невыносимо жить! Одни абьюзеры! Погоди-ка… А у вас тут с этим как? – бдительно прищурилась племянница на Марину.
– Отлично у нас тут с этим! – машинально ответила Марина.
– Аааа, ну, ладно… – слегка озадачилась Вася, не сообразив, как это «отлично». Отлично – это пруд пруди или ни одного на подлёте не замечено?
– Так, Вась, я тебя сейчас дома сгружаю, и на работу! Собаки выгулянные, кошки кормленные, что бы кто ни говорил, так что ты абсолютно свободна – гуляй – не хочу.
– Вот и не хочу! – Василиса надулась как мышь на крупу.
– О как… А что? – Марина посигналила типу на фордике, глубоко задумавшемуся на перекрёстке о чём-то своём фордо-философском. – Ну, давай уже! Двигай покрышками! – пробурчала она, покосившись на племянницу.
– Сидит вся такая… возвышенно-загадочная. Сразу хочется стукнуть сумочкой по головушке многомудрой, благо в сумочке килограмма четыре документов… Ой, бедная-бедная девочка, про абьюзеров меня спрашивала… гыыыыыыы. На работе от истерических припадков все кататься будут! Сначала вдоль коридора, а потом поперёк! У меня-то такое спрашивать! Да на конкурсе аудиторов-абьюзеров Москвы и Московской области я запросто и с большим отрывом возьму первое место! Вот Сашка попаааал. Она ему теперь до своей пенсии будет вспоминать главное его прегрешение – отправил зайку на съедение к злой тётке! Тётенька-тётенька, а почему у тебя такие большие глазки? – подумала Марина и тихонько про себя захихикала. – Да, кстати, а почему это деточка нежная гулять-то не хочет? Начало июня, погода роскошная, Москва красивая, она тут на свободе от родительского насильственного произвола ни разу не была. И чёчилось? – Марина, как человек простой и неприхотливый, страдать от нерешенных вопросов не любила. Есть вопрос – задай и не мучайся!