Архимаг с пеленок. Том 6 (СИ)
Повисло молчание. Баронет медленно кивнул. А потом махнул рукой.
— Пошли отсюда! — развернулся он, приказывая своим. — Нам ещё надо придумать, как защитить наше Усиление от всяких малолеток! Чтобы его нельзя было так легко взломать!
— Что, даже совета не попросишь? — улыбнулся я.
— Сами научимся. И уделаем вас через пять лет!
— Командир, ты чего⁈ — зашипел «конь». — Не, это мы ща шутили и всё такое, но… может нахер это усиление? Есть же вариантики…
Видимо, зная, на что тот намекает, баронет просто подошёл к нему… И отвесил смачную такую оплеуху. Возвышаясь над севшим от неожиданности парнем, он грозно процедил:
— Чтобы я никогда больше об этом не слышал! И вообще… Андрей, свали-ка ты из нашей команды. Мелкие вчетвером справляются, справимся и мы!
— Но…
— Я всё сказал. А вы, мелочь, бывайте. Спасибо за урок. И… Рина, тебя ведь так зовут? Прости меня и вот этого клоуна. И ты, прости…
— Константин.
— Да. Мне и правда ещё рановато терять представления о дворянской чести.
А затем баронет встал на одно колено и склонил голову.
Надо же, даже «петуха» ни разу не пустил! Как облагораживает человека признание своей неправоты… ну и животворящие люли, конечно! Правда, верится в это всё с трудом… Думаю, уже через пару дней он отойдёт и вернётся к старому.
…Я ошибся. Через пару дней эти теперь уже четверо снова пришли к нам на арену.
— Слышал, сегодня вы арендуете! — помахал нам баронет. — Не против, если мы присоединимся к тренировкам?
Глава 2
Устранение препятствий
А пока ребята проводили лето за тренировками, кое-кто ещё задумал, наконец, окончательно решить свою проблему. Жирную и омерзительную проблему, совсем потерявшую берега!
Настя Долгорукая… пока ещё Долгорукая, сидела и нервничала. Не помогал даже успокаивающий чай, налитый ей Имреданом.
А уж чай у них отменный… ничего такого, просто хороший настоящий чай.
— Нравится мне у вас бывает. — слегка нервно усмехнулась Настя, решив поболтать, чтобы немного отвлечься. — Не в общем зале, конечно, там кромешный ужас. А здесь…
Она оглядела уютный полуподвал, обшитый досками. С её первого посещения это место изменилось… не без её прямого участия. Одну из стен очистили от досок, теперь там ровный красный кирпич в стиле лофт, забранный стальным каркасом.
Над стойкой, за спиной вечно что-то протирающего Имредана, настенные горшки с растениями — внешне грубые, но на деле дизайнерское изделие.
Такое сейчас — самый писк моды. Вся эта нарочитая грубость форм, некоторая аляповатость, иллюзорная примитивность.
Вот и былые табуреты Имредан заменил на грубые, покрытые корой, пни. Со спинками — разумеется, со спинками. Простота не должна мешать удобству посетителей. Кстати, довольно редких.
— А чего вы сюда никого, кроме наших не приглашаете? — спросила она, подхватывая новую чашку чая, появившуюся из ниоткуда на барной стойке. — Главное, обустроили тут всё по феншую, а никому не показываете!
— Ха, ну как это никому? — усмехнулся своим слегка металлическим смехом хозяин заведения. — Тебе, вот, показываем. Осинским. Даже Дашков, уж на что не любит нас, пару раз захаживал!
— Ну ты же меня понял! Устроили бы тут ВИП-зону, для особых гостей.
Имредан скептически покачал головой… ну, наверное скептически. Даже с этой его артефактной маской, напоминающей человеческое лицо, мимика у него сугубо произвольная. Выглядит это жутковато.
— ВИП-зона у нас уже есть! Где, по-твоему, твой боров щас барахтается? Не с чернью же всякой! А здесь… здесь у меня особое место. Для совсем особых гостей… Может, когда все наши проблемы разрешатся, я открою этот зал для широкого круга лиц. А пока… пока это чревато.
— Скоро он там? — помрачнела Настя. — Конечно, план оказался хорош, и компромата на… муженька у меня уже вагон и маленькая тележка, но это утомляет!
— Ну вот! — притворно насупился Имредан. — Сидеть с друзьями её уже, видите ли, утомляет!
— Да ты тут один стоишь!
— Э-э, милочка… — раздался вкрадчивый шёпот будто бы из самих стен… да, вообще-то, именно из стен. — Я всегда здесь…
Долгорукая поёжилась. С этим демоном-паразитом, сидящем в Древе Смерти, она не имела столь близких отношений, как с Имреданом.
Всё-таки он слишком уж чужд человеческому. Неуютно с ним как-то. Имредан-то хоть был человеком раньше, почти всю жизнь так прожил. А этот… Откуда вот он взялся вообще⁈
— О! — встрепенулся вдруг Имредан. — Закончил! Щас мы его пощёлкаем-с, и будет свободен. А ты можешь отчаливать. Сегодня ещё не время. Но, чую, он уже совсем на грани!
Вздохнув, Настя залпом допила чай и поднялась с места. Опять мимо. Почему её муж настолько ничтожен, что даже в «виртуале» не может позволить себе чего-то по-настоящему жёсткого⁈
Тем, что младший княжич изменяет жене с виртуальными шлюхами журналистов не удивишь… да вообще никого не удивишь. Как и тем, что он в процессе тут употребляет.
— Надеюсь, уже скоро. — брезгливо поморщилась Настя. — Надоело ждать!
— Эх ты… — поцокал Имредан. — Вот так вот. Поможем мы тебе избавиться от мужа, и ты совсем о нас забудешь!
— Да блин! — фыркнула Настя, спеша убраться подальше. Не дай Бог муж здесь её увидит.
* * *Прошло ещё две недели. Семейство Долгоруких… а точнее, его маленькая и не совсем чистая на руку часть сидела глубоко в саду родового поместья. Настя, её старшая сестра и её муж — будущий наследник всего рода Долгоруких. Павел Долгорукий.
Павел вообще ничем не походил на своего младшего брата. Ни внешне, ни внутренне. Настя частенько подозревала, что они сводные… А точнее, что Павел не родня остальным долгоруковским отпрыскам.
Их ведь пятеро — два брата и три сестры. И четыре из них — выродившийся сброд, прожигатели жизни, ожиревшие от денег и статуса кровососы. В отличии от него.
— Что ж. — произнёс своим глубоким бархатистым баритоном Павел. — Это уже явно перебор, что есть, то есть. Связи с несовершеннолетними… даже вот такие, сугубо виртуальные, это позор для Рода. Достаточный позор, чтобы мы могли публично отсечь порочную ветвь.
— Ты так красиво говоришь, любовь моя! — захлопала глазками Настина сестра. О, при муже она умела и любила изображать этакую дурочку и подпевалу. — И ты полностью прав, несомненно!
Разумеется, Павел всё прекрасно понимал. И всё одобрял. На публике сногсшибательно красивая, но глупенькая жена лишний раз подчёркивала его, Павла, выдающийся ум. А в личной жизни… Мало ли у кого какие ролевые игры.
Настя не осуждала.
— В таком случае, я могу организовывать утечку? — улыбнулась Настя. — Мы, наконец, от него избавимся?
Павел кивнул.
— Можно. Похоже, все пазлы на своих местах. Итак…
Настя уже знала, что сейчас он начнёт перечислять. Это, пожалуй, единственная навязчивая привычка Павла: страсть к перечислениям, спискам, расчётам. Особенно при планировании.
— … Мы настроили против него восемь из одиннадцати старших членов Рода. — действительно начал он. — Мы сделали ему несколько намёков, которые он, разумеется, не понял, ввиду чего окончателньо утратил ценность в глазах папеньки. Мы успешно подбросили компромат на него нескольким журналистским агентствам, чтобы создать иллюзию независимых расследований… И, наконец, мы сумели заманить его к этому твоему знакомому, постепенно доведя его до откровенно криминальных фантазий.
— Всё так, всё так. — на лице Насти расцвела улыбка. — Месяцы работы… и вот мы можем сначала сделать эту свинью позором для Рода, а потом избавиться от него, героически выйдя из этого «испытания».
— … И не выводя тебя из Рода, сестрёнка! — потрепала Настю по кудрям сестра. — Знаешь, я так счастлива, что ты взялась за ум!
Настя ничего не ответила, лишь криво улыбнулась. Конечно, все прекрасно понимали, ради чего… и ради кого Настя помогала им по журналистской части. Да и по части компромата… всё-таки, она была и остаётся ближайшим человеком своего мужа.