Испорченный ребенок (СИ)

— Да… Но у меня две просьбы! — спохватился Вельт. Оглянувшись, я бросил на него полный недоумения взгляд. То есть… он вот буквально только что рыдал, умолял меня не разочаровываться в нем, был весь такой послушный и покладистый, — а сейчас уже готов выпрашивать что-то? Бойко! — Мне… нужно кому-то посылать свои видео… Я и дальше хочу их снимать и посылать — это… так…
— Ближе к делу, умоляю тебя.
  
— Можно я буду отправлять их тебе? А ты удаляй сразу, если хочешь!
— Бога ради, Вельт, чего я еще могу захотеть, получив от тебя такой ролик?! Естественно, я буду их удалять! Что еще тебе надо?
— Деньги… — сдавленно пискнул он. — Совсем немного…
— То есть ты хочешь, чтобы я платил тебе деньги, а ты мне параллельно будешь порнографические ролики с несовершеннолетним посылать?.. Это план, по которому ты меня посадишь в тюрьму в отместку за что-то? На что тебе нужны деньги? Честно.
— На мастурбатор в виде рта… чтобы мужчина, о котором я говорил, будто бы делал мне минет…
— Срань Господня… — выдохнул я в кораблик из ладоней. — Вельт… пожалуйста… я дам тебе деньги, но пока я не скажу: «Хорошо, можешь опять выносить мне мозг!», не говори ничего подобного… иначе я потеряю сознание от шока прямо у вас на лестнице — и тогда у твоих родителей появятся вопросы…
***
Вернувшись домой, я позволил себе упасть на кровать, мордой в подушку. Не было сил раздеваться, ужинать или принимать душ: хотелось только одного — забыться, заснуть и оказаться как можно дальше от этого кошмара…
Но в кармане брюк два раза подряд просигналил телефон, и нехотя я открыл список сообщений:
«Поздравляем!
Теперь Ваш аккаунт привязан
к номеру телефона:  * ******»
Спасибо, я знаю свой номер, не обязательно мне же его присылать…
«Ваш аккаунт удален.
Код восстановления: fath31»
========== Глава 9 ==========
Сразу по пробуждении все пережитое прошлым вечером казалось мне страшным сном. Извращенным нереалистичным кошмаром. Я потянулся в постели, случайно столкнув холодную подушку Синди на пол, и в эти минуты истинного блаженства свято верил, что никаких изменений в моей жизни не произошло! — ведь медведей-дилдо-порно-воровства и черт знает еще чего просто не было, так?.. Покинув кровать, сонно, еле передвигая ногами, я направился в ванную комнату. Напавшая зевота оставила в покое мои бедные челюсти только к моменту, когда я остановился на теплом пушистом половике перед унитазом и достал из боксеров член. Цветочные ароматы шампуней перебивал настойчивый сладкий запах, мягко окутывал каждую извилину только включающегося мозга… Это же… молочный шоколад…
— Какого черта, Вельт? — раздраженно бросил я, не оборачиваясь к двери, за которой и притаился малолетний негодник. Вежливость требовала отложить удовлетворение нужд на потом, но дело уже пошло, поздновато спохватываться.
Дверь двинулась, и мальчишка покинул ненадежное укрытие. Большие виноватые глаза глядели в пол, руки обхватывали живот, словно бы вздувшийся под пижамной рубашкой.
— Извини… Я не могу сказать, зачем я здесь…
— Что прячешь под рубашкой, очевидно, тоже?
— Угу…
Уходить или хотя бы подождать меня за дверью ванной Вельт не собирался. Боится уронить то, что прячет? Раз… О Боже мой… все мои воспоминания о вчерашнем вечере реальны, значит, мальчишка что-то систематически крадет у меня. И чаще всего я нахожу его в своей ванной. Я, конечно, не Пуаро, но сдается мне, чему-то именно из этой комнаты Вельт и «приделывает ноги». Но что можно воровать из ванной? Полная бессмыслица… Разумеется, сейчас я бы мог схватил его за шкирку и достать из-под пижамы то, что он с таким трепетом и стыдом прячет, однако — насильничать, тем более по отношению к этому ребенку?.. Я на такое не способен.
Перепрыгнув обратно в круг приличий, я спустил воду и подошел к раковине. Отражение Вельта перед моими глазами было настолько недвижимым, что я вполне мог бы поверить в замену зеркала на качественное фото. Шум воды из крана смолк, и Вельт вздрогнул, как если бы тишина напугала его подобно далекому выстрелу.
— Мне… оставить тебя в ванной одного, или что? — попытался догадаться я, вытирая руки и лицо о полотенце.
— Если можно… — пробормотал Вельт. Когда я проходил мимо него к двери, его хрупкое тельце жалось к стенке.
— Свет не выключать?
— Пожалуй…
«Пожалуй», блин… Что не так с этим ребенком?.. Натягивая свободные спортивные штаны и футболку, в которых мне комфортнее было завтракать каждое утро, я прислушивался к шорохам в ванной — и их, к моему удивлению, не было. Не включалась вода, не шлепали грязные босые ноги Вельта по кафельным плиткам, не шуршала одежда. Он что, просто стоит между стеной и дверью?.. Что я должен делать в такой ситуации?! Поговорить он отказался, а помимо этого — какие еще у меня варианты?..
И не стремясь к наведению порядка, я кое-как раскидал одеяло по постели и сделал шаг к кухне. Подошву неприятно кольнула земля. На полу красовался довольно четкий отпечаток миниатюрной ноги Вельта, вот только пальцы «глядели» в сторону не ванной, а входной двери.
— Вельт?..
Но ванная комната уже была пуста…
У меня только один вопрос: «Как?» Неужто во избежание неприятного разговора он прошмыгнул позади меня, пока я одевался или «заправлял» постель? Его способность оставаться в тени не так пугала бы, если б я не знал обо всех извращениях, манящих Вельта.
Мой маленький мальчик Вельт…
Сделав щедрый глоток черного кофе, я вернул кружку на стол.
…У него же все это временно?.. Я не говорю про влюбленность в какого-то взрослого мужика, хотя и это может постепенно сойти на нет: я ведь полюбил Синди, невзирая на свои предпочтения. Но даже если случай Вельта иной, сексуальная ориентация — меньшее, о чем стоит беспокоиться. Похоже, он довольно легко согласился раздвигать ноги перед объективом; если на улице ему предложат деньги, что он ответит педофилу? Добровольно отправится вместе с ним в номер ближайшего мотеля? О таком и думать страшно… Пока все не стало хуже в разы, я обязан починить его моральные ценности, избавить Вельта от сексуальной распущенности, да только каким образом и с чего начать?..
***
Приметив проблему, с которой необходимо разобраться, я, тем не менее, совершенно не был готов разговаривать с Вельтом — и в определенной степени даже был ему благодарен за уход по-английски из ванной. Но точно не за проникновение в мой дом!
Однако, как выяснилось, Вельт не разделял мое стремление побыть порознь хоть самую малость. Сегодня у его класса не было ни одного урока алгебры, но Вельту данное ничуть не помешало мелькать у меня на виду целый день. На каждой перемене его зоркие глаза следили за мной из дверей кабинета. В обеденный перерыв он заявился в столовую для учителей, занял место напротив за небольшим одиночным столиком у стены и поедал приготовленный Шерон завтрак, не отводя пробирающего до костей взгляда. И так не шибко хороший кофе вставал комом в горле, и, дабы не удавиться, мне все-таки пришлось спросить его о причине столь частых наших сегодняшних встреч.
— Ты готов поговорить? — крайне серьезно ответил он вопросом на вопрос. В долгу не остался и я:
— Поговорить о чем?
— Вчера ты сказал, что я смогу плакаться тебе в жилетку по поводу своей безответной любви.
— Вельт, ну не в школе же…
— А по возвращении домой ты будешь готов?
— Вельт! — Если бы у меня в руках была газета, я бы, потеряв всякое терпение, шумно ее закрыл. — Вчера ты вывалил на меня такую огромную кучу… правды, что я вряд ли скоро приду в себя. Тебе прямо сейчас нужны деньги, о которых ты упоминал? Хорошо, дома я переведу какую скажешь сумму на твой кошелек. Нужна наличка? Лады! Но слушатель из меня в ближайшее время будет просто никудышный, потому что вспоминать о прочитанном в твоем ноутбуке — и уж тем более о ненароком представленном! — я не хочу. Не смогу, пойми.
Повесив нос, Вельт молчал. Его крепко сжатые кулаки, кукольные по сравнению с моими, лежали поверх стола. Наконец напряженная мысль обрела в его голове словесную форму и вырвалась наружу: