Семья госпожи Аннари (СИ)

Олирия сегодня выглядит помолодевшей и непривычно нарядной. Впервые вижу её мужа (серьёзного блондина с аккуратной бородкой), а также старших детей, которые похожи больше на мать, чем на отца.
После того как они нас поздравляют, Татина подходит к Шардену, тянет его за руку и выразительно смотрит. Тот улыбается и произносит:
– Моей жене будет неудобно всё время ездить в Гатр. Скажите, как вы смотрите на то, чтобы перебраться в столицу?
  
– Мы и сами об этом подумывали, – с волнением в голосе отвечает Олирия.
– Поскольку вы очень помогаете моей жене, я бы хотел сделать вам подарок.
Он дожидается, пока к нам подойдёт слуга с подносом, и вручает конверт, который на нём лежит, Олирии:
– Примите, пожалуйста, этот подарок, который компенсирует неудобства из-за предстоящего переезда. Также это моя признательность за вашу помощь моей жене.
– Спасибо, – Олирия берёт конверт и освобождает место для приятелей Шардена.
– Мамочка, я пойду, – Татина отпускает руку принца и убегает следом за Чари.
Наклоняюсь к мужу и шёпотом спрашиваю:
– Что в конверте?
Он отвечает также шёпотом:
– Купчая на дом слева от нашего. Слева – это если стоять лицом к входной двери.
– Ого!
Пока принимаем поздравления от приятелей Шардена, вспоминаю, что слева был дом лишь немногим меньше нашего, с красной черепичной крышей и небольшим садиком. Испытываю к мужу сильную благодарность – если рядом будет подруга, переезд Татине дастся гораздо легче. А мне, чтобы обсудить рабочие вопросы, достаточно будет пройти всего несколько метров. О лучшем подарке на свадьбу я и мечтать не могла!
После того как поток поздравлений иссякает, мы спускаемся в зал, а наше место на помосте занимают музыканты и начинают играть лёгкую весёлую мелодию.
Гости рассаживаются за небольшие столики. Нам с Шарденом достаётся отдельный и немного в стороне. Происходящее не особенно похоже на привычную мне свадьбу: никаких тостов или криков «горько»; гости перемещаются по залу, общаются; кто-то танцует на свободном от столов пространстве. Ощущение, как будто я попала на вечеринку.
Шарден кивает на стол возле помоста, на котором высится гора свёртков и коробочек:
– У нас в семье не принято вручать подарки прямо в руки. Сначала служба безопасности проверит всё, что нам подарили, а завтра утром подарки доставят в наш дом. Не то чтобы мы боимся покушений, поскольку подданные нас очень любят, да и тайная служба не зря ест свой хлеб, но всё равно лучше привыкать к осторожности.
Еда скорее похожа на фуршетную: маленькие тарталетки, бутербродики и канапе, которые можно съесть за один укус. Через полчаса к нашему столику подходит Мадж:
– Татину я заберу домой и присмотрю за ней, так что не переживайте.
– Огромное спасибо, – благодарно улыбается Шарден.
Обмениваемся любезностями, свекровь расхваливает великолепный белый с зелёными прожилками камень стен, восхищается большими хрустальными люстрами и угощением, а затем желает нам приятного вечера и уходит.
– Аннари, любимая, ты уже поела? – прищуривается муж.
– Да, – киваю я.
– Вот и славно. Идём, – он встаёт и предлагает мне свою руку.
– Идём… А куда мы идём? – уточняю я, после того как Шарден, не замедляясь, подводит меня к дверям зала.
– Нас уже все поздравили, мы сыты, так что вполне можем перестать стеснять своим присутствием наших гостей.
– Мы их смущаем?
– Пока нет. Но ты сегодня настолько красива, что с каждой минутой становится всё тяжелее сдерживаться… Заодно покажу тебе нашу спальню.
– О!
Щёки вспыхивают, поскольку муж сопровождает свои слова таким многообещающим взглядом, что становится жарко.
Стоит дверям за нашими спинами закрыться, Шарден подхватывает меня на руки и очень быстро несёт по коридорам дворца. Когда нам попадаются люди, смущённо прижимаюсь лбом к плечу мужа и опускаю взгляд. Неловко из-за того, что он несёт меня на руках, но при этом понимаю, что идёт Шарден так быстро, как я сама не смогла бы. Да и очень сложно, когда всё внутри слабеет от предвкушения. Понимаю, что все догадываются о причине спешки мужа, и это смущает, но и льстит тоже. Откликается внутри тёплой волной.
У дверей замка нас ждёт маленький открытый экипаж. Шарден опускает меня на сиденье, касается моих губ мимолётным поцелуем, а затем занимает место кучера.
Лошади срываются с места. Едем довольно быстро. Сперва немного страшновато с кем-то столкнуться, но улицы, которые мы минуем, пустынны. За нами подглядывают из окон и из-за заборов, но чувствую это скорее интуитивно, чем вижу.
Ворота нашего дома предусмотрительно распахнуты. Экипаж останавливается во дворе, Шарден бросает вожжи подбежавшему слуге, после чего снова подхватывает меня на руки.
Чувствую нетерпение и предвкушение. Мир сужается до этого мужчины и торопливого стука его сердца.
Когда он поднимается по преобразившейся после ремонта лестнице, слышу вопрос.
– Что? – приходится переспросить, потому что смысл слов от меня ускользает.
– Что ты думаешь о детях?
– О детях?
– Ты не будешь возражать, если они появятся у нас в ближайшее время?
– Что? – не понимаю, к чему он это спрашивает.
– Ты хочешь, чтобы мы предохранялись, или уже готова к тому, чтобы у нас появились дети? Понимаю, что это внезапно, что момент не совсем…
Обрываю его:
– Не нужно предохраняться.
То, что его интересует моё мнение, что он хочет предоставить мне выбор, кажется очень романтичным. Обвиваю его шею руками. Рада, что не ошиблась в нём.
Муж заносит меня в спальню и ставит на пол.
– Аккуратнее с платьем, – прошу я.
– Повернись спиной.
Он ловко расстёгивает пуговки, ласкает пальцами обнажающуюся кожу, а когда платье белоснежным облаком оседает на пол, целует в шею, подхватывает меня на руки и относит на кровать. Аккуратно укладывает и тут же нависает сверху. Тянусь к нему губами и руками. Избавляем друг друга от мешающей одежды, а затем наконец-то сливаемся в одно целое…
_
Обвиваю мужа руками и ногами, удобно устроившись на его плече. Мышцы приятно ноют, чувствую удовлетворение. Муж поглаживает меня по спине:
– Проголодалась? Или хочешь попить?
– Нет.
– Ладно, – он укрывает меня простынёй: – Тогда давай спать… Сладких снов, любимая.
– Сладких снов, любимый.
Утро начинается с жадных губ и рук, стонов, смятых простыней. Наслаждения, затапливающего каждую клеточку моего тела. Продолжается в огромной мраморной ванне, где мы легко умещаемся вдвоём.
Затем муж укутывает меня в большое полотенце и относит в гостиную, где уже сервирован стол для завтрака. Еды так много, что её с лихвой хватило бы на пятерых.
Усмехаюсь:
– Мы кого-то ждём? Тогда мне лучше бы одеться.
– Я просто не знал, что ты любишь, – улыбается Шарден. – Я обычно завтракаю жареным мясом, хлебом и овощами. А ты?
– У меня нет особых предпочтений. Чаще всего это омлет или что-то сладкое. Под настроение. Уж точно не мясо.
– Я передам поварихе твои пожелания.
– А почему ты не дал мне сперва одеться?
– Потому что на три дня ты только моя.
– Только твоя? – не то чтобы я возражала, просто хочется больше подробностей.
– Татина сказала, что три дня вполне без тебя потерпит. Насчёт остальных дел я тоже всё уладил.
– Всё предусмотрел?
– Ты против? – он обжигает жарким взглядом.
– Совсем нет, – во рту пересыхает, поэтому отпиваю травяной отвар.
– Хорошо.
После завтрака муж снова подхватывает меня на руки и относит в спальню. И я совсем не возражаю.
  
  
Глава 24
 
Через три дня мы всё-таки сперва одеваемся в повседневную одежду, а уже после этого завтракаем. Стараюсь не смотреть на мужа, поскольку слишком велик соблазн и сегодня остаться дома. Если бы не переживания о том, что дочка успела по мне соскучиться, так бы и поступила, но…