Искупление (СИ)

Гарри отвернулся к окну, крепко вцепившись пальцами в подлокотники кресла, не решаясь смотреть на профессора и опасаясь отказа.
- Хорошо, – тяжело вздохнув, сказал Северус, – я приготовлю вам несколько флаконов с воспоминаниями о детстве и юности Лили.
Ему было тяжело на это согласиться. Эти воспоминания являлись для него отдушиной, и он хранил их бережно, не давая никому прикоснуться к ним. Они относились к разряду настолько личного, что было желание ответить отказом на довольно-таки бестактную просьбу Поттера. Но видя, как тот нервно сжимает пальцы, замерев в нерешительности, Северусу стало жаль его. Ведь Поттер вообще не помнил Лили. Поэтому он захотел дать мальчишке хоть немного радости, поделившись своими воспоминаниями.
  
Получив согласие, Гарри еле сдержал порыв, чтобы не вскочить с кресла и не броситься к Снейпу, сжимая его в крепких объятиях. Вместо этого он лишь облегченно вздохнул и благодарно улыбнулся когда-то ненавистному профессору.
Северус застыл, не веря своим глазам. Впервые он видел на лице Поттера такую открытую и радостную улыбку, да еще и обращенную лично к нему. Он кашлянул, чтобы скрыть охватившие его при этом эмоции, причину которых пока затруднялся охарактеризовать.
- Ну что ж, раз мы все обсудили, – скрывая за сухим тоном свою растерянность, Северус решил перейти к делу, – может, перестанем уже топтаться на месте, и вы все-таки ответите, как вообще тут оказались?
- Хорошо, – покладисто согласился Гарри. В данный момент ему больше всего хотелось расспросить Снейпа о маме, но он сдержался. – Я решил не возвращаться на Тисовую улицу, посчитав, что мне там делать нечего. К тому же, чем меньше человек знает о моем местонахождении, тем труднее меня найти Пожирателям, простите.
Снейп внимательно слушал и лишь махнул рукой, отметая извинения. Гарри же тем временем продолжал.
- О том, что я здесь, в данный момент знаете только вы. К тому же, особняк закрыт от посещений кем бы то ни было.
- И вы хотите сказать, что даже мисс Грейнджер не знает, что вы здесь живете? – недоверчиво хмыкнул Северус, поражаясь совершенно несвойственному для Поттера логичному поступку.
- Я же вам сказал – никто, кроме вас! Или вы мне не верите? – Гарри подобрался в кресле, готовясь к спору с профессором.
- Не задирайтесь, Поттер, – ухмыльнулся Снейп, – я просто уточнил. И что? Какие ваши дальнейшие планы?
- Ну… – Гарри немного растерялся от такого вопроса, потому что планов было много, а вот способа воплощения их в жизнь он не видел. Он надеялся, что они вместе со Снейпом смогут решить, что делать дальше. – В Хогвартс я не вернусь, пока идет война и Волде…
Снейп резко вскочил и зажал мальчишке рукой рот, злобно прошипев ему в лицо:
- Никогда! Запомните это раз и навсегда: никогда не произносите имя Темного Лорда!
Гарри отстранился от ладони профессора, вжавшись в спинку кресла. Он немного растерялся от этого внезапного выпада, но, сумев взять себя в руки, чуть прищурившись, глянул на Снейпа, который уже успел сесть на место.
- И как мне прикажете его называть? Темный Лорд? А у него ничего не треснет? – раздраженно бросил он. – Дамблдор всегда называл его по имени.
- Поттер, – Снейп вновь устало прикрыл глаза, – то было раньше. Сейчас же имя Темного Лорда служит своеобразным маячком, по которому отслеживают членов Ордена Феникса. Как только вы его произнесете, на площади перед домом тут же появится несколько Пожирателей. И пусть в дом они не попадут, да и увидят его едва ли, но вам же не нужно, чтобы они караулили площадь день и ночь в надежде изловить вас как зайца?
- Не… нет, – Гарри даже стал заикаться от подобной новости. Он уже настолько привык называть Волдеморта так, что теперь с трудом представлял, как будет отвыкать от этой укоренившейся привычки. И ведь если бы не Дамблдор, который вбил ему в голову не бояться имени, он вряд ли бы сам решился на такое. Но тут он вспомнил, что и некоторые другие члены Ордена постоянно называют Волдеморта открыто, и в страхе спросил: – А вы предупредили об этом остальных наших?
- Естественно, предупредил! – Снейп только покачал головой, поражаясь глупости вопроса. – Так что вы там говорили о Хогвартсе и Темном Лорде? Кстати, у него есть фамилия и имя, которые он носил до принятия этого прозвища. Если знаете, можете пользоваться ими.
- Конечно, знаю. Том Риддл. И до того, как вы меня прервали, я говорил, что не вернусь учиться, пока не уничтожу его… или же он меня, – совсем тихо закончил Гарри.
- В общем-то, это довольно верное решение, – одобрил Снейп. – Темный Лорд начал активные действия. Рейды проходят почти каждый день. Медленно, но верно происходит смена власти в стране. И горстка орденцев пока ничего с этим не может сделать, – он ненадолго замолчал, обдумывая идею Поттера и удивляясь правильности его решений. – Но, судя по вашим словам, у вас есть какой-то план действий по уничтожению Лорда?
- Плана, как такового, нет. Но мне известно, как это можно сделать, – Гарри подобрался в кресле, готовясь сказать Снейпу самое главное, – учитывая вашу клятву маме, а также то, как доверял вам Дамблдор, я хочу поделиться с вами информацией, которая касается способа уничтожить Вол… простите, Риддла.
Снейп довольно кивнул, когда Гарри вовремя исправил свою оговорку.
- Я вам еще раз повторю, что нужно обязательно отвыкнуть от того, чтобы называть его по имени. Считайте, что это вопрос жизни и смерти! – Снейп проследил, как Поттер согласно склонил голову, признавая его слова. – Если с этим моментом мы разобрались, то я готов вас выслушать.
Набрав побольше воздуха, словно готовясь к прыжку в воду, Гарри резко выпалил:
- Речь пойдет о крестражах Риддла!
- О чем? – Снейп резко побледнел.
Произнесенная Поттером фраза заставила Северуса испугаться. Нет, не крестражей Темного Лорда, а того, что мальчишка знает об этом. Ведь он сам является крестражем.
- О крестражах. Я знаю, что вы в курсе. И даже более того, чтобы вы не переживали, как сообщить мне страшную весть о том, что во мне живет один из осколков души Риддла, я вам сам об этом расскажу. Но помимо того крестража, что находится во мне, есть где-то еще как минимум четыре таких же…
- Поттер, подождите! – перебил его Снейп. – Позвольте поинтересоваться, откуда вам известна подобная информация? Особенно, что касается находящегося у вас внутри крестража?
- Ну… – Гарри отвел взгляд и несколько мгновений рассматривал противоположную стену, затем решительно посмотрел на Снейпа. – О крестражах мне рассказал директор на занятиях, которые проводил со мной в этом году. А вот о том, что я и сам являюсь крестражем… Простите, сэр, это, конечно, несколько некрасиво, но мне довелось подслушать ваш разговор с Дамблдором.
- Что?! Ну, знаете! – Северус укоризненно покачал головой.
Он никогда не думал, что Поттер сможет удивить его до такой степени. Мало того, что он был в курсе вещей, о которых, по словам Дамблдора, до последней битвы ему было знать не положено. Так еще и говорил все это с абсолютным безразличием, словно речь шла не о его жизни и смерти. Такое самообладание поражало и вызывало невольное восхищение. Только следовало все же выяснить, чем оно обусловлено: смирением или все же глупостью и безрассудством.
- А позвольте вас спросить, мистер Поттер, как вы умудрились подслушать разговор, который велся в кабинете Дамблдора при закрытых дверях? – Северус пытался произнести все это с ехидством, маскируя за ним свое любопытство и растерянность, но у него это плохо получалось. Поттер своей непредсказуемостью сбивал с мысли и не давал сконцентрироваться, преподнося все новые и новые сюрпризы.
  
- Понимаете… – Гарри не хотел выдавать Кричера, который и подслушал весь разговор, – так уж получилось, что в связи с некоторыми событиями, произошедшими прошлым летом, я почти весь год следил за вами.
- Что?! – Снейп понимал, что повторяется, но откровения Поттера не позволяли надеть привычную маску безразличной ко всему сволочи. – То есть, как это следили, позвольте узнать? На каком основании?