Искупление (СИ)

После получения аттестата предстояло сделать выбор профессии. Гарри прекрасно понимал, что Северус не сможет ему помочь в этом вопросе. Однако даже молчаливая поддержка супруга придавала уверенности в себе.
В авроры Гарри идти категорически не хотел, несмотря на то, что многие, в том числе Рон Уизли и нынешний министр Кингсли Шеклболт, упорно прочили ему дорогу в аврорат. Вспоминая своих друзей и знакомых, павших в последнем бою, Гарри неожиданно понял, чем он хочет заниматься в дальнейшем. Обладая неплохими знаниями в защите, он мог обучать студентов, как когда-то учил своих товарищей из ОД, чтобы передать личный опыт, который когда-нибудь может спасти им жизнь. Не тратя больше времени на размышления, Гарри отнес в министерство ходатайство о рассмотрении его кандидатуры на должность преподавателя защиты от темных искусств. Однако, повинуясь внезапному порыву, он как-то не учел, что работать ему придется под руководством собственного супруга.
  
Все оказалось не так просто. Северус, будучи директором Хогвартса, по согласованию с Отделом образования министерства, в разы ужесточил требования к найму преподавателей. Чтобы занять желаемую должность, Гарри пришлось отправляться за границу и получать там сертификат, разрешающий вести преподавательскую деятельность, поскольку в Англии, несмотря на новые законы, еще не создали необходимых курсов подготовки.
Северусу не понравился выбор супруга, и он открыто заявил, что не станет делать ему поблажек ни на собеседовании, ни по работе. И как обычно бывало в таких случаях, препятствия к желанной цели лишь еще сильнее подстегнули решимость Гарри. Он с небывалым энтузиазмом окунулся с головой в учебу, которая проходила во Франции при магическом филиале Сорбонны и длилась два года. В течение этого времени они очень редко виделись с Северусом и сильно скучали в разлуке. Наверное поэтому, каждая их встреча больше походила на романтическое свидание, которых они были лишены до свадьбы, и всегда начиналась и заканчивалась бурным сексом.
Вернувшись из Франции, Гарри все же пришел преподавать в Хогвартс, надеясь, что работая рядом с Северусом, наконец-то сможет зажить нормальной семейной жизнью. На собеседовании супруг лично проверил подготовку Гарри, что в теории, что на практике. Судя по улыбке, то и дело кривившей его губы, он остался доволен результатами, хотя вслух так ничего и не сказал, лишь, хмыкнув, подписал заявление о приеме на работу.
Но надежды Гарри на «нормальную семейную жизнь» так и не оправдались. Видимо, как всегда любил повторять Северус: «нормальность» – это не про Гарри Поттера. Работая в одном коллективе, они ругались почти каждый день. Их знаменитые скандалы по рабочим вопросам остальные преподаватели называли «семейными разборками» и старались в такие моменты оказаться как можно дальше от бушующей парочки. Гарри спорил с Северусом по любому поводу: неудачное расписание, неправильный подход к процессу обучения, недостаток учебных пособий и прочее, и прочее. И каждая такая производственная ссора неизменно завершалась после тяжелого трудового дня бурным примирением в постели. Порой казалось, что они специально провоцируют друг друга, зная, во что все это выльется вечером.
Лишь поселившись вместе с Северусом в личных комнатах директора Хогвартса, в которые Гарри перебрался в первый же свой рабочий день без всякого смущения и стеснения, он понял, насколько страстный мужчина ему достался в мужья. До сих пор у них не было возможности подолгу находиться вместе, поэтому Гарри считал, что неутихающая страсть Северуса обусловлена частыми разлуками. Но сейчас ему в полной мере довелось ощутить на собственной заднице бурный темперамент мужа. Как бы Северус не уставал за день, он не мог успокоиться, чтобы не разложить супруга на близлежащей горизонтальной и вообще любой поверхности, пригодной для занятий любовью.
- Я не представляю, как ты все эти годы обходился без секса? – еле переводя дух после очередного раунда их сексуальных игрищ, спросил как-то Гарри, без сил раскинувшись на пушистом ковре возле горящего камина.
- А с чего ты взял, что я обходился? – насмешливо уточнил Северус, хитро ухмыльнувшись и легко стирая пальцами капельки пота, выступившие на теле мужа.
- Я, конечно, не следил за тобой, когда учился, но мне кажется, если бы ты каждый день бегал к любовникам, это было бы заметно, – спокойно пожал плечами Гарри. Как ни странно, но на подначку Северуса даже искра ревности не зажглась в его груди: он всецело доверял супругу.
- Конечно не бегал, – серьезно подтвердил Северус и пристально посмотрел мужу в глаза. – Приходилось сдерживать свой темперамент, из-за чего и третировал несчастных студентов, особенно отдельно взятых гриффиндорцев. Знаешь, что такое сублимация?
Гарри кивнул и, не выдержав, расплылся в улыбке.
- Значит теперь, мне – бедному-несчастному и моему многострадальному заду приходится расплачиваться за все те годы, что ты вел монашеский образ жизни?
- Твоему несчастному заду приходится страдать потому, что мне никто не нужен кроме тебя, – не поддержал шутку Северус. – Да и что-то я не вижу, чтобы тебе были в тягость мои притязания. Вероятно, это любовь подбивает меня на несвойственные возрасту подвиги.
- Ты опять за свое? Скажешь тоже – возраст! – довольно зарделся Гарри и крепко прижался к мужу, аккуратно убирая растрепавшиеся черные волосы с его лица. Слишком редко супруг снисходил до подобных признаний. Говорить о чувствах для Северуса было до сих пор очень сложно, а Гарри не настаивал, и без того понимая, что любим. К тому же они оба прекрасно знали, что все их дневные перепалки – обычная провокация, но, тем не менее, Гарри не мог удержаться, норовя хоть таким образом вывести Северуса из образа холодной бесчувственной глыбы.
Со временем их рабочие ссоры перешли на другой уровень, и стали больше походить на словесные дуэли, в которых победителем считался тот, кто более едко и иронично сможет уесть «противника». И постепенно, учась у Северуса язвительности и острому сарказму, Гарри иногда начал выходить из подобных словесных состязаний победителем. Ведь у него был прекрасный пример перед глазами, который годами оттачивал свое мастерство.
Однако появляясь на людях и на неизбежных светских мероприятиях, куда их как героев войны неизменно приглашали, они проявляли чопорную сдержанность и старались вести себя безупречно, невольно защищая и оберегая друг друга – привычка, выработанная ими еще со школьных лет Гарри.
За послевоенные годы их семья заняла устойчивое место в магическом сообществе. Северус, освобожденный от учебного процесса, несмотря на руководящую должность, теперь мог больше времени уделять своим любимым зельям. Ему удалось разработать и запатентовать несколько новых зелий, содержащих компоненты частей тела василиска, одно из которых являлось сильнейшим противоядием от всех змеиных ядов. Помимо этого он публиковал статьи в научных журналах и приобрел с их помощью широкую славу одаренного зельевара. Его не раз приглашали работать в Сорбонну, но он неизменно отказывался, не желая уезжать из Британии и возвращаться к ненавистному преподаванию.
Гарри тоже не сидел сложа руки, занимаясь одним лишь обучением студентов. При помощи супруга он разработал несколько совершенно новых методов обороны, где тесно переплетались широко применяемые в защите заклятия, создавая совершенно неожиданный эффект. Аворорат, узнав о подобных новых техниках, обратился к Гарри с просьбой – поделиться опытом, и ему пришлось провести для авроров несколько показательных занятий.
  
С Уизли у Гарри после войны сложились довольно натянутые отношения. Чаще всего он общался с близнецами, не чувствуя с их стороны никакого напряжения. Он до сих пор считался спонсором и партнером братьев. Их бизнес, благодаря смекалке и незаурядному мышлению, процветал и развивался, принося неплохой доход. К тому же, Фред и Джордж первые и единственные из всего своего семейства совершенно спокойно восприняли свадьбу Гарри. Даже вроде бы добросердечная и заботливая Молли осталась недовольна, что он связал свою жизнь со Снейпом. Она, конечно, старалась не высказывать свое мнение, но Гарри замечал, как брезгливо и горестно поджимались ее губы, когда они появлялись в Норе вместе с Северусом. Джинни тоже не была в восторге от их присутствия, но поскольку после войны усердно занялась спортивной карьерой, то дома бывала редко. Гарри с мужем, чувствуя себя в Норе нежеланными гостями, старались появляться там как можно реже.